"Фантастика 2025-47". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

— Я так и подумал, — кивая, произнес Романов.
Забрать ее и дать защиту он собирался в любом случае. Причем не просто так, а обеспечит безбедную жизнь. Конечно, размахивать, как транспарантом, не станет. Это лишнее. Но кому надо, будет знать, что он своих не бросает.
— Мой хан. — Воин, вошедший в юрту, замер на пороге, склонив голову и прижав руку к груди.
— Проходи, Метигай. Что-то случилось? Отчего ты прискакал в стойбище с дальнего пастбища? — поинтересовался Кучуккан.
  
— У Лошадиного ручья стоит отряд половцев во главе с великим ханом Шаруканом.
— Что?
От расслабленной позы возлегающего на подушках хана не осталось и следа. Он подался вперед, словно насторожившийся зверь. Русич, конечно, обещал ему помощь. Но до него сейчас далеко, а один из опаснейших половецких ханов стоит под его стойбищем. Интересно, а откуда он прознал, что Кучуккан теперь не является его данником. Он ему эту весть не отправлял. Михаил также обещал не распространяться.
Вот заявятся по осени за данью, тогда и узнают. Это время не очень-то подходит для войны в степи. Повадки русича, обосновавшегося на реке, известны всем. Он с готовностью пускает огненные палы по пастбищам, выжигая траву и оставляя обширные стада без корма.
Именно из-за этого кочевники все серьезнее смотрят на вопрос заготовки кормов на зиму. С каждым годом появляются новые постоянные поселения, где обосновываются невольники и скирдуется сено.
А там придет зима, время, когда кочевники стараются не ходить в набеги. Зато русичей снега не останавливают, и Михаил обещал удивить половцев настолько, чтобы они позабыли о своих данниках. А слов на ветер он не бросал. Одна беда — Шарукан узнал о сговоре слишком рано.
— Сколько их? — поинтересовался хан.
— Сотня воинов.
— Только сотня? — удивился Кучуккан.
— Да, мой хан. Шарукан сказал, что пришел не с войной, а желает с тобой говорить. И чтобы о его приезде никто не знал.
— Хорошо. Найди Темира и скажи, что я приказал собирать личную сотню.
— Слушаюсь, мой хан.
Сборы были недолгими. Не тот случай, чтобы затягивать с выездом. Не стоит заставлять ждать такого человека, как Шарукан, именем которого матери пугают детей, причем не только среди русичей, но и в юртах кочевников.
До дальнего пастбища они добрались еще до полудня. Все оказалось именно так, как сообщил Метигай. Половецкий хан прибыл в сопровождении всего лишь сотни воинов, расположившихся на отдых и готовивших обед. Как сообщил старший отряда пастухов, за овец, пошедших на еду, они заплатили честную цену. Причем наотрез отказались от угощения. Дурной знак.
— Здравствуй, Кучуккан. Присаживайся. Овцы в твоих отарах выросли нежные и невероятно вкусные. Я просто таю от удовольствия, — приветствовал его Шарукан.
Слова вроде бы и добрые, и на губах доброжелательная улыбка. Но вот взгляд не предвещает ничего хорошего. Впрочем, выбор у печенега невелик. Конечно, силы у них сейчас равные, и шансы избавиться от этого степного волка высоки. Но кто сказал, что на этом его неприятности закончатся, а взбешенные половцы очень скоро не подступятся к его стойбищу.
— Слухами степь полнится, что по осени мои воины, придя к тебе за данью, уйдут с пустыми руками, — вкрадчиво заговорил Шарукан. — Что ты спутался с русичем Михаилом, отринув мое покровительство.
— Ты далеко, великий хан, а этот волк рядом. К тому же этим летом он проявил свой норов, разбил уже две орды и отобрал у них детей. У меня нет достаточных сил, чтобы выстоять против него.
— У тебя пять тысяч воинов, — покачав головой, осуждающе произнес Шарукан.
— В степи против русичей вышли двенадцать тысяч, — буркнул в ответ хан.
— Понимаю твои опасения. А теперь слушай меня внимательно, Кучуккан. Скоро я узнаю о том, что случилось, и отправлюсь с войском наказать тебя за непокорность. Михаил узнает об этом и выдвинется к тебе на помощь. Он сделает это, не сомневайся. В разгар сражения ты ударишь ему в спину.
— А если он опять обратится за помощью к великому князю? — не стал возражать против этого плана печенег.
— Сомнительно. В этом году они показали себя плохими воинами. Если бы не Михаил с его дружиной и этими проклятыми пушками, то их ожидал бы полный разгром. Поэтому он наверняка захочет показать им, что и сам может справиться с половецкими ордами. Но ему нужен союзник, потому он и обратил свой взор в твою сторону. Но даже если это и не так, а киевский князь опять пришлет помощь, это ничего не изменит. Русичи не умеют сражаться вместе. Они как бараны, — пренебрежительно бросил Шарукан.
— Я все сделаю, — с готовностью заверил хан.
— Хорошо. Отличные у тебя все же барашки. Я, пожалуй, куплю еще десяток в дорогу.
— Прими их от меня в дар, великий хан.
— В дар? — удивленно вздернул брови Шарукан. Потом улыбнулся, приложил руку к груди и обозначил легкий поклон. — Спасибо, Кучуккан, ты щедрый и гостеприимный хозяин. Я от всего сердца благодарю тебя за твой подарок.
Все же принял. Хороший знак. Оно, конечно, быть союзником куда приятнее. Но быть живым данником значительно лучше.
  
Глава 11
 
Цена верности
 
— Здрав будь, Леонид, — проходя в мастерскую грека, поздоровался Михаил.
Нашел взглядом уголок с образами и, перекрестившись на него, отвесил короткий поклон. Не сказать, что, оказавшись в этом времени, он стал набожным. Но нужно соответствовать. Он и на службах в храме бывает регулярно. В Пограничном вторую церковь уже ставит, причем опять каменную. На каждой заставе имеется храм. Пока из самана, крытого черепицей. Но это временно. И вообще всячески поддерживает отца Нестора в его религиозных делах.
— И тебе здравия, Михаил Федорович. С возвращением, — с радостной улыбкой поздоровался механик.
— По лицу твоему вижу, что слухи, дошедшие до меня, правдивы. Нешто все же удумал?
— Удумал.
— И исправно работает?
— Пока исправно. Не хотел тебе говорить. Собирался сначала полные испытания провести, посмотреть, насколько ладно все будет работать. А уж потом… Да разве тут что-то утаить получится, — безнадежно махнул он рукой.
— Да не сокрушайся ты так-то, Леонид. Неужели думаешь, что после испытаний я радовался бы больше, чем сейчас. Ну, не томи, показывай давай, что тут у тебя.
— Не в мастерской. В доме. Прядильную машину можно разобрать на части и внести в любой дом. Вот я и приставил своих домашних к делу, — указывая Романову на выход, пояснил грек.
— Ага. Лишняя монетка, она лишней никогда не будет, — понимающе кивнул Михаил.
Механические прялки были в каждом доме. За сдаваемую на ткацкую фабрику пряжу полагалась плата. Эдакая надомная мануфактура. Не сказать, что на этом можно заработать большие деньги. К примеру, закупочные цены у степняков были выше, чем у горожан. Михаил не хотел получить воз проблем от пограничников, вдруг лишившихся реального источника доходов. Что непременно случится с введением прядильных машин. Поэтому прядение было всего лишь приработком для баб, занимающихся этим в вечерние часы.
— Не с моими доходами думать о такой малости, — возразил Леонид. — Просто машина несовершенна, то и дело возникают вопросы. В мастерской она будет только занимать место. Устанавливать у кого-то другого, не набегаешься.
— Я вообще-то пошутил, — остановил его излияния Михаил.
— Да? Хм. Прошу, — указывая на дверь дома, произнес механик.
Представленная машина была способна тянуть разом дюжину нитей. Причем делала это быстрее прялки, и обходилась с этим всего лишь одна женщина, вращающая большое колесо привода.
— Ладно получилось, — не без удовольствия наблюдая за работой супруги мастера, произнес Михаил.
Попробовал работать сам и остался абсолютно доволен. Научиться обращаться со станком несложно. Конечно, доля ручного труда все еще была высока. Запустить такую машину от того же конного привода, который способен потянуть хоть пару десятков таких прялок, не получится. Прядильщица постоянно наблюдает за работой машины и чувствует ее, а значит, приметит, если, к примеру, случится обрыв, и сможет вовремя остановить.