Муза желаний. Академия «Редкие дары»

– Извините, мне не стоило… Давайте я вам помогу, – взмахнула рукой.
Столы, удерживаемые эйтом, послушно поднялись вверх и ровненько разместились друг на друге, аккуратно уперевшись в потолок. Упавшие и перекрывшие проход стулья взметнулись следом, расчищая путь к двери. Я удовлетворенно осмотрела свою работу.
– Ну вот, так лучше, – улыбнулась, пытаясь сгладить неловкую ситуацию.
  
– Ильгида! Я буду у себя! – откашлялся эйт. – Вы идете за мной, – добавил для меня, заправляя выбившуюся рубашку в брюки.
Следуя за мужчиной, я смотрела ему в спину и соображала, что наговорила. Вроде все по делу, да, может быть, в обвинительном тоне, но правду. И лгать я не умею. Синтер сразу понимал, когда я лукавлю. На моем лице расцветает яркий румянец, и бегающий взгляд выдает меня молниеносно… Должно быть, этот великан тоже профессор. А если еще и друг самого ректора? Тогда вряд ли меня здесь ждет трудоустройство. Сникла я основательно, но что теперь об этом говорить.
Впереди идущий эйт нагнетал мое нервозное состояние своим молчанием. Размашистым шагом шествовал по коридору, заставляя меня ускориться. Мне стало жарко. Я расстегнула пальто, сняла его и повесила на руку. Воротник платья вдруг стал у́же, плотно прилегал к горлу, не давая глубоко вдохнуть. Набрав темп, я почти бежала, чтобы поспеть за великаном. Когда он резко остановился, я за малым не врезалась в него.
– Не спешите, мы пришли! – открыл ключом-заклинанием дверь и пригласил меня войти.
Затемненное окно небольшого помещения едва пропускало солнечный свет. Стол с кипами документов, несколько цветов в напольных вазонах и два учебных стула. Пока я рассматривала кабинет, эйт прошел в смежный с ним. Взял из платяного шкафа и надел мантию красного цвета. Застегнул ее на скрытые пуговицы и разместился в кресле за огромным письменным столом.
– Входите и присаживайтесь, – указал мне на стул.
Перехватив ремешок сумки и поправив пальто, я прошла к нему и присела на предложенное место.
– Меня зовут Гилатер Гурский, я ректор Королевской академии.
Я поперхнулась.
– И пока вы не начали оправдываться за сказанное, предупрежу. Вы правы.
Я немного выдохнула, а ректор тяжело вздохнул.
– Нехватка кадров у нас – факт. Конечно, так было не всегда. В прошлом году сложилась непредвиденная ситуация. По разным причинам академию покинули несколько профессоров, а вместе с ними и подсобные рабочие. Быстро найти нужных специалистов не так просто. Ильгиду Брум, занимающую должность моего помощника в отделе снабжения и заведующую хозяйственной частью, я перевел на должность декана бытовой магии. И, как вы поняли, ее предыдущее место пустует. Нужен хороший бытовик. Сильный. С опытом подобной работы. У вас есть рекомендации? – Ректор сплел пальцы в замок и положил руки на стол, покрытый специальной впитывающей влагу эмалью.
Я видела такую столешницу у нашего градоначальника в Дорке. Помню, он хвалился, что если вдруг прольется его любимый бодрящий напиток, то ни один документ не пострадает. Люди подшучивали над ним:
– Лучше бы меньше пил за рабочим столом, и не было бы необходимости тратить деньги, честно заработанные подданными королевства.
Я про себя улыбнулась, вспоминая смешки и подначивания в адрес большого человека нашего маленького городка. Может, ректор тоже злоупотребляет?
Нахмуренные белесые брови сидящего напротив руководителя академии слегка приподнялись в ожидании моего ответа. Ну что ж, настало время немного слукавить. Постараться не выдать тихую ложь бегающими глазами. Не отрывая взгляда от ректора, я начала заготовленную речь:
– Меня зовут Лина Рид, – встала и протянула руку, чтобы поздороваться.
Ректор тоже приподнялся и ответил рукопожатием. Широкая кисть с реками вен и длинными прямыми пальцами обхватила мою. Совсем слегка, словно боясь сжать крепче.
– Я недавно переехала с сыном в столицу из небольшого городка на краю Интарии. Наш дом… – потупила я взгляд, пытаясь изобразить грусть и тяжелые воспоминания, но так и не смогла выдавить слезу, хотя очень старалась, – наш дом сгорел, и я осталась вдовой. Все наши вещи пришли в негодность, как и многие документы, кроме подтверждения обучения. И то оно немного потрепано и почернело… – Я протянула Гурскому бумагу с печатью о прохождении обучения на дому.
Конечно, ненастоящую, с измененным именем, но качественно оформленную и, что самое главное, обычную, бумажную. Да, сейчас предпочитают визировать документы аурой, но они не из дешевых, и многие довольствуются обыкновенными, написанными преподавателем от руки.
Я посмотрела на ректора, и, кажется, он не проникся моей тирадой. Смотрел на меня внимательно, затем взял мой документ. Морщинки в уголках глаз напряглись, и я затараторила, чтобы он не особо вчитывался в бумагу:
– Но вы не думайте, я хороший работник. Обучалась бытовой магии на дому, и мои преподаватели меня хвалили. Всегда все выполняю в срок. Труда не боюсь. Умею вести счета. Да и к детям отношусь хорошо и никогда не обижу, – зачем-то добавила я.
– Как раз последнее не проблема. Защита академии вас бы не впустила, если бы вы замышляли плохое для ее учеников и преподавателей, – как бы невзначай проговорил ректор.
На этих словах мы замолчали. Я не знала, что добавить. Возможно, о Розе? Сказать, что работаю и живу у нее? Она может дать рекомендации.
– Какой у вас второй дар? – спросил Гурский.
Я на секунду замешкалась, но ответила:
– Второй дар не раскрыт. Наверно, совсем незначителен, – пожала плечами, солгав.
Он кивнул. Неудивительно. В большинстве случаев оно так и есть, не всегда проявляются два дара. Порой они настолько малы, что сливаются с повседневными, не выходящими за рамки обычного умениями. А мой второй дар, даже думать о нем не хочу. От него одни беды и беды только для меня. Поэтому я приняла решение больше никого не посвящать в это. Так спокойнее всем.
– Что ж, – отклонился на спинку кресла ректор. – Даю вам испытательный срок в два месяца, а там будет видно. В этот период жалование в три тысячи инт. – Эйт Гурский постучал пальцами по столу. – Времени искать другого специалиста нет. Через пару недель к нам приезжают представители академии из королевства Маркены во главе с послом самого короля. Для перенятия опыта в учебном процессе, налаживания связей и, возможно, организации обмена студентами. Необходимо все привести в порядок. Список работ Ильгида вам подготовит.
Я нерешительно закивала, еще не веря в такую легкость трудоустройства на весьма высокую должность. Надо же, три тысячи – это замечательно. За два месяца соберу на взятку стражам. К тому же Элана одену, найму ему преподавателя для учебы, куплю столько береники, сколько он захочет, а мне-то и не надо многого.
– Сколько лет вашему сыну? – отвлек меня от мечтаний ректор.
– Эм… почти семь. – Я предвидела его дальнейшие слова, поэтому здесь тоже пришлось солгать.
Элану только недавно исполнилось шесть, но он мальчик смышленый и опережает своих сверстников по знаниям.
– Прием студентов закончен, но ребенку необходимо обучение. Под присмотром высококвалифицированных преподавателей он приступит к занятиям, а вы – к своим обязанностям. Чтобы не тратить время на проезд до академии.
Я вновь кивнула утвердительно, а сама и не могла желать лучшего. Это просто сказочно, неужели все получится? Мой план осуществится?
На этом ректор поднялся из-за стола и подошел к окну. Отодвинул тяжелую портьеру и, сцепив руки за спиной, посмотрел в небо. Поняв, что разговор окончен, и стараясь не шуметь, я взяла свой документ об образовании со стола, и пошла к двери.
  
– Зачем вы изменили внешность? – раздалось так внезапно, что я вздрогнула.
Что? Как?! У меня самая качественная иллюзия, последняя разработка. Да, теневая, но изготовитель клялся, что ее никто не распознает, и гарантировал анонимность. Такие имеются в продаже, но на них метка «Для раскрытия личности в случае надобности». Здесь же ее нет, оттого она и под запретом. Я судорожно прикоснулась к лицу, к волосам. Руки задрожали, а эйт Гурский обернулся.