Великий диктатор. Книга четвертая (СИ)

- Извините, ваше императорское величество, Матти — это Матвей Матвеевич Хухта?
- Да, это он, - подтвердил император и непонятно чему улыбнулся. - Так всё-таки, что за тягач и что за гранаты у Хухты на заводе?
- В прошлом году с Гельсингфорского оружейного завода, принадлежащего господину Хухте, нам прислали ручные гранаты на проверку. Которую проводил господин Рдултовский. И он очень впечатлился съёмными осколочными рубашками для гранат. Данное изобретение позволяет сделать обычную ручную гранату — страшным оружием, дающим при взрыве несколько сотен осколков. Но рубашка, как и граната, были запатентованы господином Хухтой. Последний, в разговоре с Владимиром Иосифовичем, согласился передать патент нашему управлению безвозмездно, если мы разместим заказ на производство гранат на его заводе. Что же касается тягача, то я про него почти ничего не знаю, ваше императорское величество. Эту технику видел при испытании на заводском дворе тот же Рдултовский и предположил, что эта техника может нам подойти в качестве артиллерийского транспортёра.
  
- А как показали себя гранаты Хухты? Вы же провели испытания? Лучше или хуже гранат Рдултовского? У вас ещё остались эти гранаты? - засыпал царь гостя вопросами.
- Так точно, ваше императорское величество, провели. Генерал Кузьмин-Караваев назначил именно меня ответственным за ту проверку. Финляндские гранаты по некоторым параметрам, таким как вес, удобство броска и разлёт осколков, показали себя намного лучше принятой на вооружение в 1912 году пехотной ручной гранаты Рдултовского. Я составил подробный отчёт и отправил его и положительную рекомендацию для принятия на вооружение Дмитрию Дмитриевичу. Но он счёл неразумным вводить в войска две системы. И да, на складах управления должно быть ещё около двух десятков финляндских гранат. Если желаете их опробовать, то я распоряжусь их вам прислать с опытными фейерверкерами и сапёрами.
- Буду благодарен, - кивнул Николай II. - И вот что ещё, Николай Иванович, а поезжайте-ка вы сами к Матвею Матвеевичу и ознакомьтесь со всей линейкой производимых им вооружений. Также я даю вам добро на размещение заказа на гранаты на его заводе. Да и гранаты его системы стоит принять на вооружение. А заодно, если так печётесь о выпуске стрелкового оружия, то проинспектируйте и Улеаборгский оружейный завод. И намекните Матвею Матвеевичу, что мне бы хотелось получить в свой гараж тот гусеничный транспортёр, про который вы мне поведали.
- Так точно, ваше императорское величество! Будет исполнено! - генерал тут же вскочил со стула и вытянулся, постаравшись втянуть изрядный животик и выпятить грудь.
- Ступайте, голубчик, ступайте, - благожелательно кивнул на его экзерсисы император.
…..
Джон Норт Уиллис прибыл в Лондон ранним июльским утром. Устроившись в не слишком дорогой гостинице, он оккупировал телефон на ресепшене и принялся обзванивать конторы пароходных компаний по номерам из справочника, который ему любезно предоставил супервайзер.
После почти часа переговоров он смог выяснить, что для путешествия в Российскую империю ему надо ждать ещё двое суток — до отправления парохода «Царица» или добираться на перекладных — случайных судах, отправляющихся в нужном ему направлении. Но для этого надо ехать в городок Грейсвенд.
- Сэр, простите что отвлекаю, - обратился к Уиллису немолодой супервайзер. - Я так понял, что вам надо попасть в Россию?
- Да, дружище. Именно так, - согласился с ним американец. - Но не совсем в Россию. Мне надо попасть в Финляндию. Это какой-то то ли отдельный штат, то ли графство.
- Я вас понял, сэр. Если вам надо быстро туда попасть, то вы можете воспользоваться полётом на самолёте, - с этими словами гостиничный администратор протянул североамериканцу какой-то красочный буклет. - Уже почти год из Лондона до Копенгагена и дальше в Российскую империю летают пассажирские аэропланы. Стоит это очень дорого, но и добраться можно быстро и безопасно. А тем более сейчас, когда вовсю поговаривают о возможной войне с Германией.
Уиллис вспомнил газетную статью про пассажирскую авиалинию открытую между Сент-Питерсбергом и Тампой, и, представив себя в качестве пассажира двухместного гидроплана, невольно поёжился.
 
- Сэр, просто если вам надо срочно, то быстрее транспорта нет. Если вы вылетите завтра утром, то вечером будете уже в Копенгагене. А там — рукой подать. Но это если есть билеты. Номер телефона указан в том буклете, который я вам дал. Позвоните, узнайте, - продолжал рекламировать авиаперелёт супервайзер.
- Вечером в Копенгагене? - удивился американец. - Но, если мне память не изменяет, до столицы Дании почти тысяча миль. Это же сколько раз аэроплан должен приземляться для дозаправки?
- Если верить статьям в газетах, то всего одна дозаправка. Можете сами почитать. Статья в «Таймс» выходила неделю назад. Могу найти…
- Не надо, дружище. Ты и так мне очень помог. Спасибо, - Джон вытащил из кармана горстку мелочи и выудив странную монетку достоинством в шесть пенсов, положил на столешницу перед администратором.
Поднявшись в номер, он около часа провёл в размышлениях — какой транспорт выбрать. Если он выберет корабль, а война начнётся во время плавания, то германцы могут и напасть на русское судно. Кто же знал, как у них тут в Европе всё сложно? Когда он отправлялся из Нью-Йорка на «Титанике» — ничего не предвещало возможной войны. Взвесив все минусы и плюсы, Джон всё-таки рискнул и позвонил по номеру из буклета и забронировал билет на завтрашний утренний рейс. Его не испугала даже стоимость билета в пятьдесят фунтов.
«Зато будет что рассказать по возвращению домой, - успокаивал и подбадривал он себя весь вечер, - Вот же чёртов Студебекер. Даже словом не обмолвился в своём письме о поездке в эту загадочную Финляндию про путешествия на аэропланах. Хотя, может ему не попался такой назойливый и начитаный супервайзер как мне? Да и войной тогда не пахло, - усмехнулся мужчина. - Всё про тракторы и автомобили, которые теперь будет выпускать, писал».
 Да так хвалил местные мобили, что и Уиллису захотелось тоже съездить и прицениться. Вот он и отправился. Благо, Изабель с детьми уехали на лето в Сан-Франциско к родителям, и он получил возможность съездить в Европу.
Дела на обоих заводах «Willys-Overland Motor Company» шли неплохо, но для двигателя, купленного Джоном у Чарльза Найта в прошлом году, требовалась новая модель мобиля. Так что письмо от Студебекера он воспринял как призыв к действию и, не колеблясь ни мгновения, отправился в путешествие. Британский лайнер «Титаник» доставил его из Нью-Йорка до Портсмута всего за шесть дней. Ещё десять часов он потратил, чтобы добраться до Лондона. И если он завтра за сутки сможет преодолеть тысячу миль, то это будет самое быстрое путешествие в его жизни.
- Если что, вернусь домой через Тихий океан. Давно мечтал совершить кругосветное путешествие. А из русской столицы, если верить «Нью-Йорк Таймс», можно добраться чуть ли не до Японии, а там и рукой до Штатов подать, - заявил он вслух своему отражению в зеркале гостиничного трюмо и подмигнул самому себе.
Аэроплан, на котором он собирался отправиться в путь, его очень удивил. Во-первых, он был огромным и двухмоторным. А во-вторых, ни капельки не напоминал те этажерки Райтов и Уайтхеда, которые развлекали американцев своими показательными полётами.
  
Перед полётом, когда он выкупил свой билет и сдал багаж, его, как и остальных пассажиров, тщательно проинструктировали по правилам поведения в той или иной ситуации. Затем раздали пробковые спасательные жилеты в ярко-жёлтых чехлах и заставили надеть, объясняя, что при возможном крушении, это будет сделать некогда. И в конце, в качестве подарка от компании, раздали какие-то книги. Джон сунул свою книгу в саквояж, даже не глянув на обложку, так как все его мысли занимал предстоящий полёт.
Внутри аэроплана оказалось довольно просторно. Ему досталось крайнее левое кресло, возле небольшого окошка. Усевшись и пристегнувшись ремнём, как того требовал стюард, Уиллис, заставил себя смотрел на взлёт, хотя от внезапно нахлынувшего страха хотелось зажмуриться и даже — закричать. Но он себя пересилил, что принесло свои плоды. Страх постепенно ушёл, уступая место удивлению, любопытству и осознанию, что он ещё жив. Внизу проплывали английские городки, поля, редкие рощицы деревьев. И именно наблюдение за жизнью внизу, с высоты птичьего полёта, окончательно успокоило его.