Лучшие враги навсегда (ЛП)

Я остался один против целого гребаного мира, и это осознание терзает душу. Я мерию шагами гостиную, подхожу к окну и смотрю на весенний полдень. Следовало взять домой больше работы.
Я жажду отдушины, того, чем можно себя занять.
Пронзительный звук домофона вырывает меня из раздумий. Курьер, полускрытый за роскошной цветочной композицией, к которой прикреплена открытка, стоит за дверью. Я расписываюсь за доставку, и отправляю парня прочь.
  
Доставка от Эвана.
На открытке золотыми буквами написано Поздравление, а ниже неразборчивым почерком: Полагаю, тебе не удалось решить маленькую проблему?
Засранец. Я бросаю цветы на кухонный стол, к другим, привезенным ранее, все еще завернутым в целлофан.
Я наливаю себе выпить и возобновляю одинокое шествие по комнате.
Телефон снова звонит. Хочется проигнорировать его, но какая-то неведомая сила заставляет взглянуть на экран.
Конни.
— Да? — ответил я безжизненным голосом.
— Моя семья знает.
— Полагаю, как и весь мир, — изнеможденно отзываюсь я.
— Они хотят с тобой познакомиться.
— Ох.
— Да. В воскресенье. Так что нам нужно встретиться и все отрепетировать.
— Отрепетировать? — ехидно переспрашиваю я. — Супружескую жизнь?
— Да. Любой пустяковый вопрос может разрушить и без того хрупкий союз. Где мы встретились? С чего все началось? Как мы обычно проводим время?
— Никто не будет задавать таких вопросов.
— Ты не знаком с моей семьей, — отвечает Конни.
— Полагаю, сегодняшняя семейная встреча прошла не лучшим образом?
Она замолкает, а затем ее голос становится еле слышным.
— Честно говоря, лучше, чем я ожидала. Но все же не идеально. Как у тебя все прошло?
— Я справился.
— Хорошо. Итак, ты сейчас свободен?
Я хмуро взираю на раскинувшийся перевод мной Нью-Йорк, на здания вдали и на угловатые формы, устремленные в небо.
— А что?
— Я собираюсь в ювелирный магазин и хочу, чтобы ты подъехал туда.
— А. Кольца.
— Да. Тебе это даже в голову не приходило, не так ли? — спрашивает она тоном студентки, разочарованной партнером по групповому проекту.
— Вообще-то я подумывал подарить тебе фамильное кольцо, — говорю я.
Это ложь, ведь она права: я совершенно не думал о кольцах.
Но не хочу подтверждать ее правоту.
— О нет, только не это, — говорит она, звуча совершенно ошеломленно. — Мы пойдем и купим новые кольца.
Я усмехаюсь.
— Звучишь очень радостно.
— Я практична, — говорит она. — Ты сможешь приехать? Если нет, просто пришли размер своего кольца.
— Думаешь, я его знаю?
— Разве мужчины не помешаны на… измерении всяких вещей?
Я понижаю голос на октаву.
— Только те, кто не уверен в себе.
— Отлично. Тогда пошли со мной.
Я хватаю пальто со спинки стула и оставляю без внимания на цветы на кухонном столе. Отдам их домработнице, когда она придет.
— Пришли адрес.
* * *
Двадцать минут спустя такси останавливается у одного из лучших ювелирных магазинов Нью-Йорка. Логотип на здании знаком. За эти годы я купил там немало маленьких голубых коробочек для матери и тети, а однажды — в тщетной попытке завязать романтические отношения.
Я нахожу Конни в отделе колец. Ее волосы собраны в высокую прическу. Сзади она выглядит строгой и гладкой, но затем Конни поворачивается, и я вижу пряди, обрамляющие ее лицо.
Тренч, который Конни носит, плотно затянут на талии, подчеркивая изгибы ее фигуры. Я лавирую сквозь прилавки к ней, словно к магниту. С каждым шагом ощущаю прилив энергии, словно приближаюсь к оголенному проводу.
Обращаться с осторожностью.
Она замечает меня.
— Наконец-то, — произносит Конни.
Эта фраза заставляет улыбнуться.
— Ждала меня, принцесса?
Ее глаза полны сарказма, но отвечает консультант.
— Ах, это ваш партнер!
— Разумеется, — говорю я и встаю рядом с Конни. — Вы уже придумали, как опустошить мой банковский счет?
Консультант хихикает и пододвигает ко мне поднос, обтянутый бархатом.
— У нас есть несколько превосходных вариантов. У вашей супруги безупречный вкус.
— Не уверена в этом, — сухо замечает Конни. — В конце концов, я же вышла за него замуж.
Консультант снова смеется. Я слегка толкаю плечом Конни.
— Да, и была так нетерпелива, что настояла на тайной свадьбе.
— Разве это не романтично? — спрашивает консультант.
— Очень, — Конни берет одно из обручальных колец. Гладкое, золотое и тонкое. — Это мое. Мы ищем подходящее для тебя.
— Прекрасно, — говорю я.
В груди зарождается странное чувство. Словно я актер в пьесе, на которую не проходил прослушивание.
Брак не был тем, к чему я стремился. Скорее отдаленной возможностью: чем-то, случающимся с другими людьми, но не со мной. И полагаю, так оно и есть, даже сейчас, когда я якобы женат.
Но кольца делают происходящее ощутимым.
— Какие кольца ты выбрала? — спрашиваю я Конни.
Она проводит пальцем по ряду из трех колец. Это простые бриллианты огранки «принцесса», закрепленные на одинарной платиновом шинке.
— Любое сгодится, — бормочет она.
Консультант занята подбором различных обручальных колец, и я пользуюсь возможностью, чтобы обратиться непосредственно к Конни.
— Ни одно из них не ассоциируется с тобой.
— Не ассоциируется? — переспрашивает она. — Разумеется, нет. Я не собираюсь покупать обручальное кольцо своей мечты ради фальшивого брака.
Меня задевает это заявление. Не должно. Но задевает.
Я прячу обиду за высокомерной улыбкой.
— Какое бы кольцо ты ни выбрала, оно будет прямым отражением того, как сильно я тебя ценю.
Ее брови взлетают вверх.
— Ух ты.
— Именно так мир будет это воспринимать, — говорю я. — Думаешь, они поверят в то, что Томпсон купил Коннован это?
Мой палец обвиняюще зависает над самым маленьким из трех обручальных колец.
— Хорошо, — шипит она. — Тогда выбирай сам. Не то чтобы я собиралась долго его носить.
— Прекрасно, — бормочу я в ответ.
Это все, на что есть время до возвращения консультанта. Я примеряю обручальные кольца, пока не нахожу простое и подходящее по размеру, а затем отправляюсь на поиски самого ужасного и безвкусного обручального кольца, которое только смогу найти для Конни.
Я останавливаюсь у гигантского желтого камня, закрепленного на ободке из более мелких сверкающих бриллиантов. Конни оказывается рядом и выдыхает «ни за что!» Я останавливаюсь, чтобы посмотреть на нее и продолжаю просматривать кольца. Консультант говорит, как романтично с моей стороны — проявлять такую заинтересованность, и я одариваю ее самой очаровательной улыбкой.
— Все для моей принцессы.
Взгляд останавливается на кольце с большим прямоугольным изумрудом. Он закреплен на тонкой шинке, окруженный маленькими бриллиантами, а цвет гармонирует с цветом глаз Конни. В нем есть что-то вневременное, элегантность и достоинство. Это классика.
Как Констанция14.
Ценник огромен, но это не помешает покупке.
— Оно – то самое.
Консультант восторженно рассказывает о происхождении камней, их сертификации и каратах, в то время как Конни молчит и неподвижно протягивает руку, пока консультант надевает кольцо ей на палец. Теперь оно находится рядом с выбранным ранее обручальным кольцом.
— Ну что? — спрашиваю я.
Конни смотрит на меня впервые с тех пор, как я выбрал кольцо. В ее глазах мелькает уязвимость, но мгновенно исчезает, превращаясь в привычную мне боевую ярость.
— Сойдет, — говорит она.
— Хорошо.
— Прекрасно.
Я оплачиваю кольца, и Конни настаивает на том, чтобы сохранить все квитанции.
  
— Итак, насчет репетиции, — говорит она.
Ее левая рука находится в кармане пальто, и я задаюсь вопросом, чувствует ли она тяжесть колец так же отчетливо, как я. Мой большой палец прижимается к непривычному металлу на безымянном пальце.