Переселенец 2 (СИ)

Радует, что налог на землю в жёлтой и красных зонах достаточно небольшой, и не стоит даже того, чтобы о нём думать. Да, бери и владей! Я не стал вдаваться в частности, поскольку важно лишь то, что первоначально надо оплатить задолженность прежнего владельца, а лишь потом размышлять над отчуждением ненужной площади или, наоборот, добавлением к ней. Да, каждые десять лет налог будет пересматриваться с учётом изменившейся привлекательности, но тут уж ничего не поделать, так как федеральное правительство тоже на что-то должно существовать.
  
Теперь-то я всерьёз задумался: а нужны ли мне такие заморочки? Зачем мне оплачивать хибару, куда я буду наведываться от силы один или два раза в месяц, и в которую без моего разрешения войдут чужие люди? Ещё могут возникнуть трения с новыми охотниками, заселившимися в дом Мосали… Понятно, что по берегу я всё равно пройду, так как от максимальной полосы прилива судоходного озера до границы любой собственности должно быть не менее пяти метров. А вот не будут ли мне вредить новички? Вдруг, они окажутся чересчур амбициозными и неуживчивыми? Вопрос хороший!
Подумал и решил, что была, не была… Сумма не такая уж большая даже для меня, чтобы долго ломать голову. Не понравится, так десять лет аренды меня не разорят. Подал заявку. Время покажет, прав ли я.
***
Свои недоумения о чрезмерной, на мой взгляд, плотной городской застройке направил Муэнье, и ответ пришёл лишь через несколько часов: «Это стандартный план, которого придерживались первые строители. Мы же только достраиваем согласованные с владетелем участки».
«Можно хотя бы расстояния между будущими частными домами сделать побольше? К тому же, как оказалось, соседние города объединены в кластер с одинаковой архитектурой. Почему бы в Землекаменск не привнести разнообразие? Да, строительство станет чуть сложнее из-за разных возводимых серий домов, но зато уютнее».
«Составляй план, который передам владетелю, а дальше всё от его решения будет зависеть».
Ну, вот… Сам того не ожидая, придумал себе занятие! Теперь и заднюю не дать, потеряю лицо, как говорится.
И пришлось мне ближайшие вечера и выходные вместо того, чтобы заботиться о своей прибыли, осваивать новую специальность и заниматься зонированием будущей городской территории, периодически отбиваясь от Пенжуаля, роющего копытом землю в надежде что-нибудь ещё притащить из нового похода.
Проект у меня получился, хоть и не без огрехов, как заметила Муэнья. Впрочем, это не помешало отправить работу владетелю Ингуруку Люрену Хавию. Да, уж… засветился я теперь и на этом уровне. И кто заставлял? Ведь всего-навсего имел ма-а-аленьку корыстную цель, — перебраться в частный дом с относительно большой территорией.
Когда наконец выбрался на свет и беспричинно прогулялся до магазина, то пришлось выслушивать продолжение истории о своих бывших соседях. Они, оказывается, решили разъехаться, на что Муэнья лишь махнула рукой, типа делайте, что хотите, только народ не баламутьте. И эта затея удалась. Пришлось Мапенци даже конкурс устраивать, поскольку перебирался именно он, и теперь в моей бывшей квартире проживают две женщины.
Я вежливо выслушал, хотя было абсолютно всё равно, как сложится жизнь этих людей. Не удивлюсь, если через какое-то время вылезут наружу их проблемы из прошло жизни. Говорит ли во мне досада на Мапенци и Мрему? Да, именно так! Обидно, что так плохо разбираюсь в людях. Оно и неудивительно, если почти всё время раньше проводил за компьютерами. Надо, надо больше социализироваться!
***
Повод для того, что я назвал большей социализацией, представился довольно быстро, когда в городском чате было объявлено о выдвижении от каждого многоквартирного дома по выборщику. На вопрос, что в каждом здании различное количество жильцов, отвечено, что упомянутые выборщики будут иметь не по одному голосу, а столько, сколько людей проживает в доме. Таким образом, если имеется восемнадцать совершеннолетних, то степень влияния у выборщика больше, чем у того, кто представляет двенадцать. В моём доме на данный момент одиннадцать жильцов и ещё две двухкомнатные квартиры свободны, что не так уж и мало, так как в некоторых других вообще по восемь или даже шесть человек.
И вот началась предвыборная кампания, в которой стали участвовать все желающие. Я не желал. Мне только общественной нагрузки не хватало! В результате пять моих соседей по очереди приходили и заверяли, что раз такой известный в городе человек не хочет претендовать на должность выборщика, то они согласны взять на себя нелёгкое бремя представлять наш дом. Каждый желал лишь одного, — чтобы я проголосовал именно за него, а уж он-то расстарается…
Пришлось выслушивать и неопределённо отвечать, что забота о процветании Землекаменска очень важна… что хорошо, когда есть инициативные люди, берущие на себя ответственность… и так далее, и тому подобное. Вроде бы отбрехался.
Потом начались выборы, в которых сами кандидаты участвовать не могли. Таким образом, шестеро жителей выбирали одного из пятерых. И никто не выиграл, так как я воздержался, что вычислилось довольно скоро, так как каждый из кандидатов проживал в какой-то одной квартире и за него, естественно, голосовал сосед.
Мой голос неожиданно стал решающим, и количество посещений моей квартиры кратно возросло. Какие только песни не пели кандидаты! Какие только обещания они не давали! Пришлось выслушать каждого, а потом я сказал: проголосую за того, кто придумает концепцию увеличения покупателей в городском магазине.
Намёк вроде бы на поверхности, но лишь двое из пяти поняли его. Ну, а тот, чей план оказался продуманным почти до мелочей, и стал выборщиком от нашего дома. Лоббирование? Коррупция? Нет, не слышал!
Проигравшим сделать бы правильные выводы из ситуации, но, как это часто бывает с недальновидными людьми, взыграла обида, и они побежали в городской офис жаловаться. Как результат, был вызван я.
— Фанух Аршанус, — посмотрела на меня строго Муэнья. — Эти люди — кивок в сторону неудачников, — жалуются, что вы заставляли их рекламировать ваш товар, И тот, кто сделает это с большей для вас пользой, получит решающий голос. Что можете сказать об извращении процедуры избрания выборщиков в своих личных, корыстных целях?
— Скажу, что на самом деле я заботился не о себе конкретно, а о всём городе. К тому же речь шла о мерах по увеличению количества потенциальных посетителей магазина, а не о каких-то моих товаров.
— То есть, — подал голос Джутаан Вадакиз, — вы не заставляли рекламировать свою рыбу и прочее?
— Нет. Обо мне речь вообще не шла. Только о посетителях магазина, которые начнут что-то там покупать.
— Это так? — спросила Нотуса Уаккиз у жалобщиков, решив, что и ей надо поучаствовать в дознании.
Те поначалу начали отнекиваться, но в итоге признали, что случайно исказили мои слова, но не по злому умыслу… Просто они почему-то поняли меня именно таким образом.
В результате мои коэффициенты подросли, как и расположение со стороны городского руководства и, особенно, Муэньи. Жаль, что это реальность, а не РПГ-игра! Иначе бы увидел сообщение типа «Ваша репутация у жителей города Землекаменск +10».
***
Прежний замысел пойти посмотреть земли, лежащие на северо-востоке, подвергся переосмыслению. Теперь, после обретения катера, можно задуматься над пересечением Большого озера. Да, очень хочется взглянуть на первые полностью отстроенные города, расположенные на южном побережье. Правда, денег на какие-то покупки нет, и эта поездка не принесёт никакой выгоды. Но очень, очень хочется! Может, что-нибудь продать из ненужного?
  
Пришлось наступить на горло собственной песне, и отправляться смотреть, что там с семенами корнеплодов, которые уже должны созреть.
Пенжуаль в этот раз работал в магазине, так что всё опять пришлось делать в одиночку. Впрочем, выдавать тайну, что именно собираюсь выращивать, и где достал семена, тоже не хочется. Монополия — наше всё!