Великая. История Екатерины II
Переселенцы хлынули толпами, преимущественно из Пфальца; в одной Саратовской провинции поселилось до 10 000 семейств. Когда движение остановилось, то в 1774 году число колонистов простиралось до 26 000 человек.
9. Уничтожение гетманства и Запорожья. Вместе с этим населением степей мирными трудолюбивыми колонистами происходило окончательное преобразование в быте старых населенников степей, знаменитых в нашей истории казаков. Начальный человек в Малороссии по-прежнему носил название гетмана, что прямо указывало на его войсковое значение, на историческое значение казачества в этой стране. Со времени преобразования Петра гетман потерял прежнее значение; в продолжение некоторого времени его вовсе не было; потом явились опять гетманы, но отнюдь не с прежним значением; существенной перемены от появления гетмана никакой не происходило, страна привыкла мало-помалу к этому безразличию: есть ли гетман, нет ли его.
При Елисавете назначение гетманом Кирилла Григорьевича Разумовского, человека в Малороссии неизвестного, всего лучше показывало, что гетманство здесь потеряло прежнее значение; при Екатерине II в 1764 году, еще при жизни Разумовского, гетманство было окончательно уничтожено. Порешили и с знаменитым Запорожьем. Мы видели, что Сечь была взята и разорена войсками Петра Великого и бывшие при Мазепе запорожцы должны были бежать, поддаться крымскому хану и основали новую Сечь в Алешках. В царствование Анны им позволено было по их просьбе возвратиться снова под русскую державу на старые места. Но запорожцы недолго могли жить при прежнем широком раздолье своем. Степи начали населяться, и вследствие этого в 1764 году явилась Новороссийская губерния.
Запорожцам стало тесно, потому что при своих промыслах – скотоводстве и звероловстве, без хлебопашества, – они имели нужду в огромных пустых пространствах. Начались столкновения и жалобы. К тому же с возвращением запорожцев появились разбойники, гайдамаки; предводителями гайдамацких шаек были обыкновенно запорожцы. Между тем Запорожье не переставало требовать, чтоб все вновь населенные степные пространства были ему возвращены, т. е. чтоб Новая Россия обратилась в такую же пустыню, какою была до 1740 года. Запорожские уполномоченные твердили: «Все это наше было и есть! Если к нам будут посланы землемеры без ведома Коша, то хоть и повесят их, то нечего будет взять».
Легко понять, как могущественное государство должно было отвечать на запорожские требования и угрозы. Императрица велела Потемкину постараться занять Сечь и все Запорожье вооруженною рукою, и 5 июня 1775 года приказ был исполнен. Запорожье перестало существовать, часть казаков успела уйти из Сечи и пробраться в турецкие владения, где поддалась султану; оставшимся русское правительство позволило или возвратиться на прежние места жительства, или жить в Новой России на правах всех остальных ее жителей. В 1783 году из них составлено было особое ополчение под именем черноморских казаков, а в 1792 году этому черноморскому войску дан был остров Фанагория с землями между Кубанью, Азовским и Черным морем.
10. Меры относительно духовенства. При Екатерине II была приведена в исполнение мысль Петра Великого об отобрании церковных имений. Для этого императрица велела учредить особую комиссию из духовных и светских членов под собственным своим наблюдением. В ноябре 1762 года дана инструкция этой комиссии, где, между прочим, говорилось: «Сорок лет тому уже миновало, как Петр Великий составил духовный регламент и предпринял в нем такие правила, которые бы в простом нашем народе учреждением благоразумно воспитанных и обученных священников прямый путь к исправлению нравов открывали. Но к соболезнованию нашему видим, что столь многие леты уже миновалися, а народ в том же еще пребывает заблуждении».
В исходе 1763 года в комиссию были доставлены описи всем церковным, монастырским и архиерейским землям, ведомости о числе крестьян и количестве доходов; оказалось крестьян 910 866 душ: между прочим, Троицкая лавра владела более чем 120 000 крестьян, Кириллов Белозерский монастырь имел около 35 000. Положено было все эти имения взять из духовного ведомства и поручить так называемой Коллегии экономии, которая должна была собирать с крестьян по 1 р. 50 коп. в год с души; от этой Коллегии экономии происходит употребляющееся и до сих пор название «экономических крестьян».
Для монастырей и архиерейских домов, разделенных на три класса, для ружных церквей и для чиновников синодального ведомства составлены были штаты; что же оставалось за этими расходами, определено на содержание духовных училищ, инвалидных домов, госпиталей; белое духовенство освобождено от сборов деньгами и хлебом на духовные училища; отставных военных запрещено отсылать в монастыри для прокормления, а назначены им для жительства украйные города и пенсии из экономических доходов.
Присоединение западных русских областей по трем разделам Польши было важнейшим событием в истории русской Церкви. Униаты толпами начали обращаться в старое православие. Поляки, не имея возможности препятствовать этому силою, стали внушать, что соединение с русскою империею будет непродолжительно, что западные русские области отойдут опять к Польше, но православное церковное начальство спешило рассеять эти ложные внушения, успокаивая жителей, что они не потерпят никакой неприятности от обращения к вере предков и что вторичное соединение их с Польшею невозможно. В два года, от 1794 до 1796, более полутора миллиона униатов обратилось в православие.
11. Меры относительно раскола. Соответственно мыслям, высказанным в Наказе о веротерпимости, употреблялись кроткие меры относительно раскольников: тем, которые не чуждались православной Церкви, готовы были принимать священников, но желали только оставаться при старых обрядах и старопечатных книгах, дозволено иметь свои церкви. Особенная раскольничья контора была закрыта, и раскольников велено ведать в общих управлениях без притеснения. В 1782 году раскольники были освобождены от двойного оклада, который с них собирался со времен Петра Великого.
12. Меры для умножения и сохранения народонаселения. Народонаселение империи в конце царствования Екатерины простиралось до 36 000 000. Увеличивали его тем, что призывали раскольников, ушедших за польскую границу, призывали иностранных колонистов. В то же время употребляли меры для его сохранения.
Вместо прежней петровской Медицинской канцелярии учреждена была в 1768 году Медицинская коллегия, которой обязанность состояла в сохранении народа посредством врачебной науки, воспитания русских докторов, хирургов и аптекарей, в надзоре за исправностью аптек; в Москве был департамент этой коллегии. Учреждены были фабрики для хирургических инструментов. Каждый город обязан был иметь городового и уездного врача; русских лекарей для этого недоставало, вызвали многих из Германии по контракту. Приказы общественного призрения имели обязанность учреждать народные госпитали и больницы и надзирать за ними, заводить домы для неизлечимых больных и умалишенных.
В 1768 году введено было оспопрививание; чтоб подать добрый пример, императрица привила оспу себе и четырнадцатилетнему сыну своему, наследнику престола Павлу Петровичу. Ни один лекарь, ни один священник в России не противился оспопрививанию, как это было в Западной Европе. В Петербурге учрежден был особый дом для оспопрививания; сначала денежными наградами приманивали родителей, чтоб они приносили туда детей своих, но скоро это средство оказалось ненужным. В 1772 году оспопрививание начало распространяться даже и между сибирскими инородцами.
13. Меры для народного воспитания. В Наказе своем Екатерина объявила, что самое надежное средство сделать людей лучшими – это усовершенствование воспитания, и потому мы должны ожидать мер для этого усовершенствования. Правила, которыми хотело руководиться правительство в деле воспитания, высказаны в «учреждениях, касающихся до воспитания», составленных Ив[аном] Ивановичем] Бецким, знаменитым устроителем воспитательных заведений в России в описываемое время.