Нелюбимая жена-попаданка для герцога (СИ)

Тело ощущалось... по-другому. Не так, как должно ощущаться после пятидесяти лет работы, бессонных ночей, вечной усталости и ноющих суставов. Нет боли в пояснице, нет ощущения, что любое движение — это подвиг Я была... легкой?
Подвижной? И, что самое страшное, молодой?
Нет, ну это уже перебор.
В комнату вошла незнакомая женщина. Нет, не ангел, не медсестра и даже не сотрудник загробного бюро, который пришел выдать мне пропуск на тот свет.
  
Просто женщина. Лет сорока, строгая, с волосами, стянутыми в аккуратный пучок, и лицом человека, который за свою жизнь перевидал достаточно идиотов, чтобы больше их не бояться. Одета... странно. Как горничная? Но не та, что в дешевых фильмах про домохозяек с фривольными фантазиями, а настоящая, с длинной темной юбкой, высоко застегнутой блузкой и фартуком, который явно не предназначался для ролевых игр.
Она посмотрела на меня, вздохнула с явным облегчением и торжественно объявила:
— Леди Вайнерис, вы живы! Ооох! С ума сойти!
Я зависла.
Стоп... кто?!
Открыла рот Закрыла. Открыла снова. Попыталась заглянуть вглубь сознания в поисках хоть каких-то объяснений происходящего, но обнаружила там только панику и легкое желание закричать:
— Какая, к черту, Вайнерис?!
Горничная вытаращила глаза так, будто я сейчас заявила, что предпочитаю пить чай из тарелки, а не из чашки. Ее лицо приобрело выражение человека, который совершенно не был готов к такому повороту событий.
— 0, миледи, у вас, видимо, все еще слабость после падения! — затараторила она, словно пытаясь убедить себя, что это не я несу бред, а просто последствия... чего?
Травмы головы? Сотрясения? Нового сюрреалистического этапа моей жизни? — Вы так напугали нас! Мы уже думали, что лорд Эдгар не переживет этого! Все решили, что вы мертвы...Даже лекарь приходил...Мы уже, прости нас Господи, церемонию заказывать начали... и надо же такое накануне свадьбы с Райнаром.
Лорд кто?И что Райнар? И какая свадьба?
Я подозрительно прищурилась. Кажется, мой мозг окончательно отказывается обрабатывать поступающую информацию.
— Ваш дядя, миледи, — добавила она, поймав мой откровенно потерянный взгляд.
— Лорд Эдгар будет счастлив услышать, что вы живы и вам лучше. Чуд-то какое.
Ладно. Окей. Чудо... Сделаем вид, что мне это не мерещится. Что я не умерла на проезжей части и не проснулась в историческом романе. Дядя — лорд, я — какая-то Вайнерис, женщина в старинном платье называет меня "миледи", а обстановка вокруг кричит, что ни одного розетки в радиусе километра я не найду.
Я глубоко вдохнула, потом выдохнула. Раз, другой. Собрала в кучу мысли, которые продолжали разбегаться, как тараканы под светом фонарика, и наконец задала самый важный вопрос:
— Скажите... у вас здесь... телефон есть?
Женщина моргнула. Раз. Два. В ее взгляде появилось что-то подозрительное, как будто я только что спросила, как пройти к ближайшему Макдональдсу.
— Миледи, что это за слово?
Вот тут я окончательно поняла, что влипла.
- А это...Это что за грязная гадость рядом с вами?
Она округлила глаза и указала пальцем на кота. Он выгнулся и зашипел.
_ Стража!
- Какая стража! Успокоилась быстро. Это мой кот Васька. Василиус. Все.
Захлопнула коробочку. Не ори!
- Кот? У вас не было кота.
- Теперь есть. И не спорь со мной, несчастная. Иди принеси мне что-то поесть. Чаю принеси. С одной ложкой сахара!
Она убежала, прихватив юбки, а я посмотрела на кота
- И что мы тут делаем вдвоем?
Он мурлыкнул, а я почесала его за ухом.
- Ладно. Вначале надо поесть, а потом разберемся.
Я медленно, с осторожностью сапера, оглядела комнату. Не просто посмотрела, а прожгла ее взглядом, пытаясь отыскать хоть что-то, что объяснит мне, где я, черт возьми, оказалась.
Шкафы массивные, деревянные, с резьбой и бронзовыми ручками — явно не "Икея". Гобелены на стенах — не дешевые принты из ближайшего мебельного.
Огромное зеркало в золотой раме, камин с потрескивающим огнем, люстра с настоящими свечами... Нет, ну это уже слишком. Где лампочки? Где цивилизация?
Где хотя бы выключатель?!
Я вслушалась.
Вернее, попыталась, потому что не услышала ничего.
Ни гула машин, ни соседского перфоратора, который работал даже в праздники, ни крика "Коля, закрой окно, холодно же’ ни телевизора, который я всегда оставляла включенным, чтобы квартира не казалась такой одинокой.
Тишина. Глухая, абсолютная, подозрительная. Прибежала служанка с серебряным подносом, чашкой чая и печенья. Поставила на прикроватный столик.
Я устремила взгляд на эту даму в старомодном платье, с выражением терпеливого ожидания застывшую в дверях, вдохнула, выдохнула и, обреченно потерев лицо, спросила:
— И в каком... веке мы, мать его, находимся? И я не хочу печенье принеси мне хлеб с маслом и сыром. А еще можно два.
Женщина даже не моргнула, но ее ответ был настолько ужасен, что мне захотелось обратно под машину.
- Сейчас 1652 год. Эльбрусия Северная...поместье Вильдхолл. Под самым Аденштратом.
Насколько мне подсказывают мои познания в географии такой страны нигде не было и никогда.
- Эльбрусия Северная? Это...типа Северной Каролины?
- Я не знаю...Есть только баронесса Каролина Вендельштам.
- Так все понятно с тобой. Неси хлеб с сыром.
Она сухо кашлянула, прикрыв рот рукой.
- И сама чаю попей с шалфеем.
Мда... Попала так попала. Прям как в книжке.
  
2.
 
Зеркало, тяжелое, с золотой резьбой по краям, возвышается надо мной, как немой свидетель самого сюрреалистического момента в моей жизни. Оно явно дорогое, старинное, возможно, видело больше, чем я когда-либо успею, но прямо сейчас оно мне не друг Потому что в его глубине на меня смотрит. не я.
Я моргаю. Раз. Два. Три. Отражение остаётся тем же.
Гладкая кожа, ни одной морщины, хотя мне, простите, шестьдесят пять, а не восемнадцать! Огромные, ярко-зелёные глаза, не мои карие уставшие, а выразительные, как у героини любовного романа, где всех непременно спасает любовь. Длинные золотистые волосы, которые выглядят так, будто их всю жизнь холили, лелеяли, кормили аминокислотами и заплетали самые заботливые эльфийские феи.
Я с подозрением смотрю на это великолепие, беру прядь, осторожно тяну. Тянется.
Не парик. Блин, настоящие.
— Ну и ну... — шепчу я, ощущая, как разум судорожно пытается найти логическое объяснение происходящему.
Варианты:
1. Кома. Я в реанимации, подключена к аппаратам, и мой мозг устраивает грандиозное прощальное представление.
2. Глюк. Мне вкололи что-то очень нехорошее, и сейчас я в той стадии, когда вижу красивые визуальные эффекты.
3. Попала в другой мир. Но, блин, почему я выгляжу так, будто лично королева эльфов благословила меня на великое будущее?!
Я медленно, очень осторожно, трогаю лицо. Кожа не просто гладкая — шелковая. Скулы высокие, губы пухлые, нос маленький и изящный, хотя раньше был... просто нос.
— Охренеть, — честно сообщаю я своему отражению, и девушка в зеркале точно так же раскрывает губы, округляет глаза и выглядит так, будто сама не понимает, что, чёрт возьми, происходит.
Я резко разворачиваюсь от зеркала, всё ещё переваривая тот факт, что выгляжу не как уставший терапевт на пенсии, а как персонаж из очень дорогого исторического сериала, и тут же вскакиваю на месте, едва не завизжав.
Вокруг меня толпа слуг.
Живых. Настоящих. Суетящихся. И очень, очень старомодно одетых.
Богатые ткани, аккуратные причёски, серьёзные лица, выражение полной покорности и... золотая расческа?!
  
Одна девушка — молоденькая, с огромными глазами — почти бежит ко мне, протягивая эту самую расчёску с таким видом, будто это меч короля Артура, а не банальная щётка для волос. Вторая, чуть постарше, с выражением напряжённого энтузиазма, подаёт изящные туфельки — маленькие, с бантами, выглядят так, будто в них невозможно ходить, но зато умереть от красоты можно.