Исцеляющая тьмой. Вторая жизнь

В звенящей тишине Лайса отчетливо всхлипнула. А папенька оглушительно громко уронил ложку.
Я невозмутимо подтянула ближе поднос с запеченной в ягодном соусе уткой и принялась отпиливать от нее ножку. Вообще-то это должны делать слуги, но те были слишком заняты приведением мачехи в чувство. Лайса показательно осела на пол, благо он чистый, и отказывалась приходить в сознание несмотря на все снадобья и притирки.
  
– Откуда в тебе… такое? – дрожащим голосом уточнил йор Вальд.
Будто не про магию, а про глистов спрашивал.
– В пра, скорее всего, – пожала плечами. – Точно не в вас.
– Не смей об этом упоминать прилюдно! Это же пятно на репутации… Зачем я только согласился тебя принять?! Хильде еще партию подыскивать, кто на ней женится, с такой-то сестрой!
– И зачем так нагнетать? – хмыкнула я, отправляя в рот здоровенный кусок бедрышка и зажмуриваясь. На островах отдают предпочтение сладковатым и острым маринадам. Соскучилась по кислинке материковых блюд. —Подумаешь. Не родная же сестра. Одним скандальчиком больше, одним меньше. Наоборот – есть шанс, что ее заметят.
– Ты понятия не имеешь, каково жить в опале! —прошипела неожиданно очнувшаяся Лайса. Она села так резко, что чуть не разбила лицо склонившейся над ней горничной. – Мы три года ютились в крошечном провинциальном домишке! Новой ссылки я просто не переживу!
Тут несчастная закатила глаза и снова демонстративно и драматично потеряла сознание.
– Я выросла на отдалённом острове. При дворе нас с матушкой презирали и ни во что не ставили, так что мы переехали подальше, чтобы не мозолить глаза деду, —негромко, но весомо произнесла я. – Не могу сказать, что мы нуждались, но точно не купались в роскоши. Не говоря о дурной славе, что следовала за нами по пятам. Не стоит мне рассказывать, что такое жить в опале. Я там родилась. Из-за вас в том числе.
– И теперь отомстишь? – прохрипел йор Вальд.
– Нет. Зачем? Все же наладилось. У таммавата я теперь любимая внучка. Вы тоже вроде бы неплохо устроились. А что дар у меня не самый популярный – ну что ж. Это моя проблема. Не ваша. Как вы правильно заметили, демонстрировать магию в обществе не принято. До моего поступления никто не узнает, какое именно направление я выбрала. А после… пусть попробуют что-то сказать.
И усмехнулась так, как всегда делала перед атакой тварей. Хищно и предвкушающе.
Единственным тонким моментом моего плана был вступительный экзамен. Его следовало сдавать с уже выставленной печатью. А значит, в ближайшее время мне следует озаботиться надежным магом-целителем, который мне ее обеспечит. Причем не болтливым, потому что от традиционной печати некроманта та, что я заготовила как образец, отличается довольно сильно. И объяснить причину изменений будет непросто.
– Ты действительно не собираешься нас уничтожать? —неверяще переспросил папенька.
Я покачала головой.
– Зачем мне это?
– Позлорадствовать?
– Возможно, в аристократической среде на материке так принято. Но я с островов. Мы предпочитаем прощать, если ошибки пытаются искупить. Вы приняли меня в своем доме, предоставили кров и защиту. Я в свою очередь не стану вредить вам.
Через пять лет или даже скорее, все наши дрязги станут неважными, как прошлогодние листья. Но рассказывать об этом еще рано. Тем более отцу – он точно решит, что я либо сошла с ума, либо пытаюсь таким замысловатым образом испортить ему репутацию, распространяя бредовые слухи. Подожду пару лет, если повезет.
Если не повезет – то первого прорыва.
Так что печать нужно ставить как можно скорее.
– Спасибо, – искренне поблагодарил меня йор Вальд.
Лайса вползла при помощи горничных обратно на стул и хлопала глазами, не понимая как реагировать. Дети наблюдали за нашим диалогом, приоткрыв рты и переводя взгляд с отца на меня и обратно, как во время игры в мяч. Пожалуй, таких страстей в особняке не кипело еще никогда.
– Не за что, – пожала плечами, позволяя наконец заменить тарелку на десертную. – Это не значит, что я вас простила и прониклась к вам дочерней любовью. Но в данный момент нам выгоднее сотрудничать. Вы же меня понимаете?
– Еще бы, – эхом отозвался папенька.
Подобный подход ему знаком и близок. Ты можешь до смерти ненавидеть конкурента, но если объединиться на время выгоднее – скажем, отправить общий караван с товаром или нанять в складчину охрану – то засовываешь эмоции поглубже и делаешь, что должно.
В качестве финального аккорда беседы в гостиную величественной походкой вплыл Тьмок. Запрыгнул мне на колени, спихнув салфетку, и показательно затарахтел.
– Это еще что за… – отец благоразумно не стал завершать мысль, наткнувшись на мой многозначительный взгляд.
– Это мой кот. Надеюсь, вы не против. Он никого не побеспокоит и драть мебель не будет. Не будет же?
Я потянула хитреца за ухо.
Гостеприимству тоже есть предел. Как бы семейка Вальдов меня ни раздражала, нужно соблюдать нейтралитет, а порча имущества ни к чему хорошему не приведет. Только лишним тратам денег таммавата —компенсировать ущерб то придется.
– Ладно, не будет, – проурчало порождение тьмы в моей голове. – Но с них мя-у-ско!
– Он обещает вести себя хорошо! – радостно подтвердила я вслух.
Йор Вальд животных терпеть не мог. За исключением разве что лошадей, и то на расстоянии упряжки.
Но прикинув все за и против, выдавил кривую улыбку.
Будь это настоящий кот, я бы заперла его в комнате и не выпускала, опасаясь, что из него сделают варежки. Но это же Тьмок! Он сам из кого хочешь макраме сплетет.
Так что со спокойной душой выпустила его бродить по усадьбе и прилежащей территории.
Покои наши же обвесила на ночь охранками, и не зря.
Камала безмятежно посапывала у себя, а я трижды просыпалась, как музыку для души слушая отборный мат шепотом на разные голоса. Родственничкам очень уж хотелось знать, что я эдакого привезла в чемоданах. Но спросить ниже их достоинства, потому послали слуг, тайком.
Утром половина горничных прятала обожженные ладони в перчатках. Отец за завтраком сидел мрачнее тучи, пока я не завела разговор о деньгах.
– Оформите, пожалуйста, разрешение на распоряжение финансами. Я собиралась сегодня с утра в банк, —прощебетала с невинным видом.
Лицо йора Вальда моментально разгладилось и помолодело.
Поскольку я несовершеннолетняя, просто прийти и потребовать открыть счет не могу. Нужно разрешение от старшего родственника. В случае если бы мы не договорились с отцом, таковым мог бы считаться глава посольской миссии, но решать каждый чих через министерство – еще то удовольствие. Проще уж тихо, по-семейному.
– Можешь перевести всю сумму на мой счет! Я буду выдавать тебе понемногу, – щедро предложил папенька.
Всю сумму – это он облезет. Но чуток поделюсь.
Я собиралась придерживаться нехитрого правила, сформулированного одним из моих защитников.
Кто девушку кормит, тот ее и гуляет.
Старый вояка выражался далеко не так деликатно, но в данной ситуации, поскольку я не мужчина, его вариантнеприменим.
– Я открою свой счет, но вам тоже непременно переведу. В конце концов, я не могу сама оплатить обучение в академии, – тактично увильнула от прямого противостояния, не уточнив цифр. Пусть думает, что хочет.
– Вызову мою модистку? – полувопросительно протянула Лайса.
– Нет, лучше после банка сразу заедем в ателье фрекки Хоклинд.
– О-о-о! – выдохнула мачеха благоговейно.
Я назвала лучшую мастерскую, услугами которой не стеснялась пользоваться королевская чета. Записывались туда загодя, и, скорее всего, нас развернут на пороге, несмотря на родство с таммаватом.
  
Но шла я туда вовсе не за платьем.
Нет, я знала самый постыдный секрет владелицы.
И собиралась этим знанием бессовестно воспользоваться.
Отец выделил нам от щедрот экипаж, сам отправился на работу в кэбе. Подозреваю, что заботился он не о моем удобстве, а о Лайсе. Но какая разница, главное результат.