Проект «Наполеон» (СИ)
— Хорошая работа. Эти цилиндры позволяют менять внешность по заданным параметрам, вплоть до одежды. Причем для окружающих изменения на всех уровнях ощущений будут реальны. Теперь про энергию. Зажимаешь артефакты в кулаках, держишь и ни в коем случае не отпускаешь и не теряешь сознания. Никаких убеганий в астрал, — проинструктировал меня мой динозаврик.
Я мрачно уселся в кресло, сжав артефакты, прикрыл глаза и сам себя начал убеждать, что это как прием у стоматолога. Только нет анастезии в клинике! Будем удалять нерв наживую, словно в детстве. Зато потом боль уйдет, и стану опять пить горячий чай и жрать шоколад…
Боль! Нет, не так. Жуткая боль заполнила каждую клеточку моего организма. Открыв глаза, сразу вспомнил, где я нахожусь. Хоспис. Здесь, в печальном приюте, я пытаюсь сдохнуть от последней стадии рака, поразившего мой позвоночник. Эти умники врачи называют его как-то по-научному. Как будто мне важно знать, как правильно называть костлявую, пришедшую по мою душу! Казалось, я лежу в кипящей воде. Хотелось орать, но горло, сорванное в предыдущем приступе, издавало только легкий хрип. Двигаться я не мог, кричать тоже. Слезы выплакал уже давно. Сволочной мир, почему я не теряю сознание от боли… Когда же, наконец, придет медсестра, сделает этот гребаный укол, и я отправлюсь чуток отдохнуть в фэнтезийный мир? Врут писаки, что, уходя за кромку, ты вспоминаешь прошлую жизнь, родных, любимых. Просто они сами ни разу не подыхали от боли. В голове крутилась только одна мысль — «Боже, забери меня быстрей».
Но вдруг тело стало воздушным, исчезла боль. Я сидел в спальне, обставленной в стиле Людовика третьего. Пот струился по лицу, сил пошевелиться не было, лишь издалека или как сквозь вату доносился смутно знакомый голос.
— Ты чего замер? Эй, ты живой? Да твою дракона маму, ну, вякни что-нибудь! Ведь откат от разрушенного артефакта мизерный. Чего твой мозг такую ментальную стену громоздит? Ау, эгегей, угуууу?! Ты там, в крепости, меня слышишь?
— Молчи, глюк, — приказал я.
— Это с какой радости обзываешься? Обижусь и уйду. Неблагодарный ты человек! Я стараюсь ему помочь, переживаю, а он в благодарность меня глюком обзывает, — ворчал голос.
— Кто ты, если не глюк? Меня наркотой накачали, я еще и не такое услышать и увидеть могу. Вон сейчас вообще сижу в музее. Сейчас переделаем на хай-тек, с гелевой виброкроватью и двумя красотками для антуража. Так что заткнись и не мешай ловить кайф, пока препарат действует, — сказал я голосу, прикрыв глаза и начав в уме перекраивать ретро-иллюзию.
Фантазия у меня богатая. Представив все до мелочей, особенно подсветку кровати и фасоны купальников красоток, я с улыбкой чеширского кота открыл глаза. Блин, филиал музея никуда не делся!
— Ну ты, в натуре, ваще! — восхищенно воскликнул глюк.
— Агент Смит, попрошу заткнуться и не нарушать законов виртуальной реальности. Я, как новоиспеченный Нео, имею полное право исправить историческую симуляцию. Будете мешать, напишу жалобу в администрацию машинной цивилизации,— после этой бредовой речи голос выдал «Ну и нихрена себе», только в грубой форме, и затихарился.
Я еще несколько раз пытался заменить сюжет этой виртуальной игрушки, навеянной медицинскими препаратами, на более интересный и повыше рейтингом. Ничего не получалось. Музей вокруг меня стоял несокрушимо.
— Прошу подсказку! — возмущенно заорал я. — У вас игра зависла!
— Пользователю Нео просьба применить способность «Равнодушие эльфов» и «Распараллеливание сознания». После этого выйти в астрал, — произнес другой знакомый голос.
«Все тут через мягкое место. Поиграть перед смертью не дадут!» — подумал я, выполняя заданные действия.
Потрясение было — как от удара кувалдой. «Равнодушие эльфов» стабилизировало вихрь мыслей и помогло осознать мое положение, распараллеливание выдало ответ: «Снять проклятие может паразит». Желание выйти в астрал оказалось таким сильным, что меня буквально выбросило на ледяную арену, где зелено-желтые стебли оплели мою голову. Именно в этот момент я и ощутил всю прелесть удара по голове.
— Спасибо, паразит, — хрипло произнес я.
Стебли отпустили голову и расползлись по арене.
— Я рад помочь, — сказал паразит.
— Ты можешь объяснить, что произошло?
— Ты разрушил артефакт для наложения проклятий. Основную энергию, выделившуюся при этом, поглотил пазл дракона. Остаточным фоном от этого действия зацепило тебя и вновь сместило в глубокий слой астрала. Есть и хорошая новость. Если решишь стать чародеем, то твое сосредоточение и каналы для работы с заклятиями увеличились в два раза, — ответил паразит своим обычным деловитым голосом.
— Спасибо, Паразит. Пойду в явь разбираться с чешуйчатым гадом,— с этими словами я поспешно вывалился из астрала.
Тело мое все это время так и просидело в кресле, сжимая в кулаке проклятый артефакт. Когда кулак разжался, на ладони виднелись лишь крупинки зеленоватого цвета размером с гречневые зерна.
— Дракоша, ты мне ничего сказать не хочешь? — зловеще произнес я.
— Ну, а чего? Я ничего! Энергии полно. Все очень хорошо. Остатки артефактов не выкидывай. Будем коготь растить, это пригодится для улучшения дизайна. Когда он будет выращен, достаточно нанести немного этой зеленой штуки и дать мысленную команду. Тебе легче всего будет проговорить «сменить скин», как привык в своих играх. В общем, я готов к работе. Как буду нужен, зови! — затараторил дракоша, надеясь заболтать меня и улизнуть.
— Стоять, бояться! Ты, ящер-переросток, что творишь!? Еще чуть-чуть, и я бы концы отдал или с ума сошел! Почему на меня проклятие пришло, пока ты жрал энергию в одну харю!? — мысленно заорал я.
— Чего орать? Бывает... форс-мажор. Очень крутой артефакт. Зато энергии у нас теперь дофига! — радостно сообщил гад чешуйчатый.
В итоге мы поорали друг на друга, выдохлись и отправились по своим норкам на отдых.
С утра, послав Жозефа по делам, я попросил его забрать на обратном пути у герцога посылку с реактивами для выращивания когтя. С отцом и матерью договорился о бараке для сезонных работников. Сыграл с Луи в шахматы. Я не гроссмейстер, но играю неплохо. Однако когда мальчишка поставил мне мат два раза подряд, играть расхотелось.
Сбежав от братишки в спальню, я сел рисовать разные варианты защитной амуниции из шкуры вепря. Особенно мне удалась мохнатая треуголка. Еще приятно было мечтать, как я удивлю противников непробиваемой экипировкой. Их будет ждать жестокий облом!
Свинцовый карандаш легко двигался по бумаге, создавая все более фееричные одеяния. Память подкинула воспоминание, как я делал наброски для промо-арта очередного обновления игры Perfect World нашему дизайнеру. Мне особенно удался наряд друидки-лисички в ее человеческой форме. Дизайнер тогда даже покраснел. Хорошие были времена… Я грустно посмеялся и нарисовал друидку вновь, уже в этом мире. Пусть будет напоминание.
Потом явились Жозеф и Антонио, принесли два небольших кофра из жесткой кожи. Поставив груз от герцога на прикроватный столик, я заметил, что оба молодых парня, смущенно краснея, рассматривают мой рисунок.
— Это ты кого нарисовал? — застенчиво спросил Жозеф, тыкая пальцем в полуобнаженную красотку.
Стоявший рядом Антонио стыдливо опустил глаза и, зачем-то взяв мой карандаш, начал вертеть его в руках. А потом сунул во внутренний карман.
— Это я разрабатываю походную экипировку для Кьяры и ее амазонок, — пошутил я.
Но они шутку не поняли и вытаращили глаза.
— Не-е, Кьяра с девчонками скорее тебя пришибут, чем наденут такое, — заявил Антонио.
— Жаль. Ну что же, придумаю им другой наряд. Если вернешь карандаш, — вздохнул я, сдерживая смех.
— Какой карандаш? — одновременно выкрикнули два оболтуса.
— Тот, что ты засунул в свой карман!
— Ох, прости. Когда я задумываюсь, постоянно кручу что-нибудь в руках и потом прячу в карман. Отец однажды неделю искал очки…. А позволь, я возьму рисунок? — стыдливо сказал Антонио, отдавая мне карандаш. Я только кивнул.