Лихие. Депутат (СИ)
Попутно я проводил подготовительную работу. Через Временный совет оппозиции вкидывал информацию о том, что первого декабря в Чечню прилетит думская делегация, чтобы начать мириться и искать компромиссы… Через Абрамыча я запустил слухи о том, что лично глава бюджетного комитета везет Дудаеву зажатые бабки — прямо наликом. Тема любых денег сильно возбудила Березу, тот вызвался ехать вместе со мной. И это была самая лучшая новость из всех. Ведь если едет Боря — едет его охрана. Я потребовал, чтобы нас сопровождал дополнительный отряд бодигардов. «Из моих людей». Абрамыч посопротивлялся, но в итоге согласился. Похоже, в Грозном ему пообещали какие-то дополнительные гешефты, олигарх был готов на все.
А мы тем временем уже перекидывали людей на отбитую оппозицией военную базу в Ханкале. Потихоньку, понемногу, чтобы не вызвать подозрения. Туда же отправили бронированные Мерсы.
* * *— Борис Абрамыч — я повернулся к Березе, который сидел по правую руку от меня. — Присмотри за деньгами. Живот прихватило. Я мигом.
Товарищи в папахах презрительно заулыбались, начали переглядываться. Сегодня в зале президентского дворца собрался весь чеченский бомонд: Дудаев, Басаев, и еще много известных личностей, чьи фамилии заканчивались на «ев».
К моему удивлению, нас никто даже не попробовал ни обыскать на входе, ни досмотреть. Зря, выходит, я маскировал взрывчатку пачками баксов. И оружие у многочисленной охраны никто не отбирал. Может быть, потому, что сами чеченцы были все поголовно вооружены? И не просто пистолетами и автоматами, но и РПГ. Видел даже несколько ручных пулеметов с присоединенными коробами. Многие из боевиков красовались перетянутыми на груди пулеметными лентами крест-накрест. Ну, прямо революционные матросы.
— Тебя проводят, — гортанно произнес Дудаев, жадно поглядывая на огромный чемодан на колесиках, что я, потея, втащил на четвертый этаж здания. Во дворце у президента почему-то не работали лифты, и вообще были проблемы с электричеством. Пока ждали, несколько раз банально свет вырубался.
Я встал, вытер платком лоб. Вдох, выдох… Потел я не от страха — хотя ноги подрагивали — а потому, что в зал набилось под сотню бородачей. И дышать тут было совершенно невозможно.
— Присмотрю, — заулыбался Березовский, переглядываясь с Дудаевым. — Не беспокойся, Сергей, все под контролем!
Я встал и вышел из зала. Чтобы успокоиться, начал негромко напевать Дюну. Пока ехали из Ханкалы в Грозный — слушал в машине:
…Год за годом растут большие города
Всё для народа в любое время года
Нам навстречу встаёт великая страна
Так добрый вечер, привет с большого Бодуна…
В коридоре подмигнул бледному полковнику, кивнул Гуту. Тот засунул руку в карман, приготовился.
…Мы рады встрече, но если кто-то нездоров
Так я отвечу, что мы без докторов
Болезни лечим бокалом доброго вина
Так добрый вечер, привет с большого Бодуна…
Народ на меня удивленно оглядывался, но я быстром шагом шел по коридору. Справа и слева нас пасли вооружённые дудаевцы. Впрочем, они были на расслабоне, автоматы заброшены за спину.
…На рассвете всё слышен звон гитарных струн
А свежий ветер разносит по планете
Песни эти, поёт и Белый и Чугун
Нет на свете прекрасней города Бодун…
Мы ушли в противоположное крыло бывшего республиканского комитета КПСС. Подальше! Подальше от зала заседаний! Ведь если рванет, весь президентский дворец может сложиться как карточный домик, а мы останемся под его развалинами. В грязном туалете Гут перекрестился и нажал на кнопку детонатора. По ушам ударил громкий БУУМ! С потолка посыпалась бетонная пыль, и мы закашлялись. Тем временем полковник уже достал Стечкин из кобуры и не целясь, одной очередью, скосил наших сопровождающих.
— Красиво деньги потрачены! — криво усмехнулся я, а когда ко мне повернулись удивленные лица, добавил. — Что? Баксы в чемодане самые настоящие были! Не обращайте внимание. Это нервное…
* * *30 килограмм той субстанции, которую умельцы из ФСК и моей ЧВК запихнули в чемоданы вперемешку с поражающими элементами, вызвали просто чудовищный эффект! Здание, огромное здание как будто застонало от мощнейшего удара, и пользуясь хаосом вокруг, я ринулся вниз. Вот кто-то целится в меня — два выстрела из «Глок-17», и фигура падает. Дальше — короткая очередь проходит по стене, и пули рикошетом дырявят что-то сзади меня, обдав острыми крошками бетона. Еще три выстрела, и противник сражен. Продолжаю бежать по лестнице, на пределе сил. Впереди и позади топает охрана, но целей хватает на всех. Бородачей в здании дворца — еще очень и очень много.
Внизу слышится короткая и очень ожесточенная стрельба. Это начали работу штурмовики из моих частников и «отпускников» спецуры. План здания заучен всеми наизусть, и подрыв «гостинца», должен был стать сигналом к атаке. Вот навстречу кто-то в форме с белой повязкой на рукаве. Кричу — получаю отзыв, и зажатый между мощными телами в тяжелой броне, лечу вместе с офицерами вниз. Стремительный рывок, и меня заталкивают в бронированный джип. Рвем на всех парах из города, а вокруг продолжается беспорядочный огонь. Стреляют по нам, стреляют друг по другу. Ощущение, что весь Грозный палит куда-то в надежде кого-то задеть. Грохот! И за спиной взлетает на воздух бронированное авто из нашего кортежа. Короткие переговоры по рации, и пулеметчики «Альфы», высунувшись через заранее сделанные в крыше бронелюки, превращают в решето две машины преследователей. Это сидящие в одной из них, как я понял из переговоров, подловили на повороте нашу колонну, пустив РПГ-7 с места. Жаль ребят…
* * *Пытаемся проскочить из города на Алхан-Юрт, но все выезды перекрыты. Одна разведгруппа передового дозора уничтожена, сообщив о вступлении в бой. Вторая вернулась назад. Авто потрепано, но мужики целы. Пересели в другие тачки, и снова лихорадочно ищем выход. План города все знают назубок. Однако выхода как раз нет, и появилось полное ощущение, что на охоту за нами вышли все, кто умеет ходить. Впрочем, почему ощущение? Так и есть. Да, здесь нет сотовой связи, но обычная работает вполне. Наши приметы сообщили, хотя их и так знали все, кому оно интересно. А потому началась старинная местная забава под названием: «охота» на человека. Да, «дичь» мы крайне кусачая. Да, можно потерять голову в процессе ловли. Но ведь и награда в случае чего, будет огромной! Кто именно будет награждать — никто вопросом не задавался. Смерть Дудаева и верхушки коллаборационистов, как я понял из обрывков прослушки эфира и пояснений спецназовцев, оставшиеся в живых решили скрыть. И у них уже там начинается внутренняя свара. Однако нам оттого не легче, ведь все вокруг грезят «самостийностью» и надеются на щедрую «косточку» от Джохара.
* * *Площадь «Минутка» — она же площадь Хрущева. Резко тормозим около высотных домов, и вытаскивая один за другим ящики с БК, несемся в подъезды трех многоэтажек. Машины оставляем внизу. Конечно, им придет конец. Однако им и так придет конец, если продолжим попытки прорыва, только уже вместе с нами. А так — есть шанс остаться живыми. Ну, призрачный, конечно, однако же есть. Если все пойдет по плану (хотя когда это в России было так), то скоро начнется «второй акт», и к нам придет подмога — в Грозный зайдут войска. Танки, БТР… Езда же по городу — верная смерть, поскольку лупят по нам с каждой крыши. Только что, за три км отсюда, потеряли еще одно авто, и в нем 4-х бойцов. НСВТ в упор не оставил шансов… Забегаем, вламываемся в квартиры и начинаем выгонять испуганный жильцов.
— Все съебались отсюда быстро вниз! — орет Валерка, размахивая автоматом
Бесчеловечно? Да, бесчеловечно. Но еще более жестоко, если эти люди, вместе с детьми и стариками, лягут здесь, с нами. Потому — без вариантов, только в подвал. В это же время на чердаках рассаживаются снайперы. В подъездах, подключившись в бытовой сети, ЧВКшники и ГБисты начинают варить из кусков рельсов «ежи». Решение это тоже видел в ТВ, во время боев за Бахмут, куда вгрызалась другая, всемирно известная ЧВК… ВСУ ставило такие сварные конструкции, которые невозможно вытащить, ибо лучи упираются в стену внутри домов: на входах, в пролетах. И проскочить их под огнем было не так-то просто. Можно, конечно, однако сложно, ведь делать это нужно по-одному. А по тебе в это время стреляют. И взрывами такие конструкты не разобрать, разве что вместе с домом. Что иногда и делалось.