Шайтан Иван 4 (СИ)

— Хорошо, Максим Сергеевич, пожалуйста подробно, в докладной, опишите всё, что рассказали мне и напишите свои выводы по есаулу Иванову. Напомню вам, что это просьба генерала Бенкендорфа, тщательно отслеживать и постараться оградить Иванова от излишнего давления со стороны военного чиновничества. При необходимости оказать поддержку, не афишируя нашего участия. Когда вы намерены отправиться к себе, в Пятигорск?
  
— Завтра, утром, господин полковник.
— Прекрасно, держите меня в курсе всего, что связано с есаулом. До свидания, Максим Сергеевич.
После обеда у Ашота, мы с его человеком отправились к нам на постоялый двор. По тревоге собрал всех и ознакомив с делом отправил Савву с Эркеном наблюдать за нашими фигурантами. Они должны были отслеживать их и в случае изменения обстановки поставить меня в известность. Я же стал обдумывать наши дальнейшие действия.
К часам девяти на постоялый двор прикатил Эркен с молодым мужчиной. Видимо коляска принадлежала ему.
— Ваше благородие, разрешите доложить. Вот, общался больше часа с нашими знакомыми. Доставлен согласно вашему приказу.- доложился официально Эркен.
— Позвольте, по какому праву вы задерживаете меня. Меня ждут больные. — стал возмущаться задержанный.
— Есаул Иванов, командир отдельной сотни. Представьтесь.
— Жданович Николай Иванович, доктор, занимаюсь частной практикой. Постойте, — как-то странно посмотрел на меня доктор. — Не вы ли, тот сотник, который врачевал раненых после боя в Баракайской долине?
— А вы с какой целью интересуетесь? — Ответил я по-еврейски.
— Как с какой, это же вы показали свой метод лечения раненых. Мне рассказал об этом фельдшер, который был с вами. Весьма интересно — оживился доктор удобно устраиваясь на табурете.
— Вы знаете, господин есаул, ваша метода весьма эффективна, волшебный раствор применяемый мной, очень неплохо показал себя, обработка раны очищенным хлебным вином, тоже весьма хороша. А обработка рук вином, простая процедура, а сколько пользы! Нет, вы просто обязаны осветить свои труды и ознакомить с ними коллег.
Я просто растерялся от такого напора.
— Остановитесь, Николай Иванович. Мы обязательно обсудим медицинские вопросы, но после того, как вы ответите на мои вопросы.
— Хорошо, что вас интересует? Надеюсь это важно, раз вы задержали меня.
— Николай Иванович, вы поляк?
Жданович усмехнулся.
— Нет, ополяченный литвин, католик. Сослан на восемь лет поселения, как неблагонадежный. Окончил Петербургский университет, медицинский факультет. После работал в Варшаве, в госпитале Святой Валентины, состоял в кружке молодых патриотов Польши. Дворянин, но ничего не имею за спиной. Наше маленькое поместье забрали за долги, родственников нет, не женат, двадцать восемь лет. В настоящее время практикую в Пятигорске и при необходимости выезжаю в станицы и поселения. Вас что-то еще интересует?
Его тон был сухим, равнодушным, как будто он повторял его в сотый раз.
— Политикой не интересуюсь, переболел, знаете ли. Осознал, что Великая Польша, глупость несусветная. Дай, что-либо полякам, они сами все развалят со своим гонором и спесью.
— Тогда зачем вы были на встрече с купцами? —
Спросил я. Жданович заметно смутился.
— У меня не хватает средств для работы. Пан Хмелевский выделил мне пятьдесят рублей, серебром и попросил отвезти пару писем в две станицы, где отбывают ссылку другие поляки и передать им некоторые суммы.
— Так. А куда они собрались ехать?
— Я не знаю?
— Ну, что же, готов ответить на ваши вопросы.
Жданович не завалил, а утопил меня своими вопросами, каждый раз подчеркивая их важность. Единственно, когда он отвлёкся, увидев мою мазь. Он нюхал, тёр между пальцев, даже на вкус пробовал.
— И какова эффективность?
— Заметно снижает воспаление и осложнения, ускоряет заживление ран.
— Простите, есаул, а откуда у вас столь глубокие познания в медицине?
— Долгое общение со знающими людьми в народной медицине. Анализ, переработка полученных знаний и некоторое развитие методик касающихся боевых ранений.
— Весьма толковое развитие. Не думали уйти в медицину.
— Нет, это не моё. Изучал, как важную необходимость в моей службе.
— Жаль, очень жаль. Позвольте мне записать некоторые ваши методы?
— Только у меня к вам просьба задержаться на некоторое время.
— Что ж, извольте, если это так необходимо.- с неохотой согласился доктор.
— Замечательно. Не хотите посмотреть мой набор скорой помощи? Аслан, принеси мою сумку.
— А это что за жидкость? А это что за раствор?..
Я подробно отвечал на вопросы доктора, уже смирившись с неизбежным.
— Да, читал о применении настойки йода и о том, что он вызывает сильные ожоги кожи. Я к сожалению не могу себе позволить купить эти кристаллы.
Мы беседовали до позднего вечера, пока я, сославшись на неотложные дела, не удалился в другую комнату, поручив Аслану присматривать за Ждановичем. Тот произвел впечатление человека, искренне увлечённого своим делом. В его глазах горел тот самый огонёк, который бывает только у тех, кто нашёл своё призвание.
Вернулся Савва, которого сменил Эркен.
Удалось узнать, что наши подопечные завтра утром выезжают в сторону Грозной. Они наняли возчика. Решили брать их утром, в верстах трёх от города, под видом казацкого патруля.
Мы ожидали уже час, когда появилась добротная телега с высокими бортами. Возчик похоже зажиточный крестьянин и двое пассажиров. Один типичный турок, а второй европеец. Оба добротно одеты, сидели в телеге и настороженно следили за нами.
— Стой, патруль, кто такие и куда направляемся? — Выступил Паша, — документ есть?
— А как же, — спокойно ответил крестьянин и полез за пазуху.
— Захват — крикнул я. Савва и Эркен, с лошадей прыгнули на не ожидавших нападения двух шпионов. Паша уложил лицом в землю ошеломлённого возчика. Отреагировать успел поляк, который откинулся и попытался выхватить нож, но получил сильный удар по голове и отключился.
— Савва, осторожней надо, он живой нужен.- Поморщился я, продолжая сидеть на Черныше контролируя окружающее пространство. Пленных связали, заткнули кляпы и повернули телегу в сторону молодого лесочка и кустарника. Отъехали метров пятьсот от дороги и остановились для проведения допроса. Эркен тщательно обыскал телегу и вещи задержанных.
— Что там интересного? — равнодушно спросил я.
— Вот, командир.
Эркен положил передо мной два кожаных пояса. Я посмотрел содержимое, турецкие золотые лиры и наши червонцы. Судя по весу, получится солидная сумма. Два свёртка с ассигнациями, приблизительно тысяч тридцать, не меньше. Развернул первую бумагу: Мехти Гуломов, купец из Владикавказа. Вторая –мещанин из Астрахани, Александр Пижманов. Бумаги подтверждены Пятигорским жандармским отделением.
— Занятно получается. Видимо, сидели и ждали документы, — думал я, рассматривая их. Совсем не разбираюсь в делопроизводстве таких паспортов.
— Придётся отдать их ротмистру Булавину. Что тогда делать с деньгами? Сдавать их жандармам… Ой, как не хочется.
Пленные сидели спокойно, без видимых признаков беспокойства. Возчика Паша отвел подальше и наказал сидеть тихо до особого распоряжения. Я кивнул Савве — он вытащил кляпы. Поляк долго отплевывался и спокойно сказал.
— По какому праву вы захватили нас? Или это простое ограбление? Впрочем, ничего удивительного, казаки всегда промышляли разбоем. Нас будут искать, поверьте. Во всём разберутся, вас найдут и накажут. Единственное, что могу предложить, вы отпускаете нас, возвращаете наши вещи, мы даём каждому по двадцать рублей золотом и забываем о недоразумении. Поверьте, в жандармерии есть люди, которые знают нас и то, куда мы едем. В случае если мы не прибудем в означенное число, нас начнут искать.
  
— Звучит всё складно и пугающе правдиво. Создаётся впечатление, что они состоят на службе у жандармов. А может, действительно состоят? Да, задачка…