Пушистая катастрофа для ректора (СИ)

– Ох, нет!
Это было скверно. Ведь если их нельзя запереть, то и защитить было невозможно. В какой-то момент, рано или поздно ректор прознает про то, что они сбежали, и чистельщики найдут пушистиков. И…
Думать об этом не хотелось.
– Вижу, что ты понимаешь, чем это чревато, – Пуфетта смотрела на меня пристально. – Но я могу помочь.
– Но почему?
– Потому что люблю животных. А твои больно милые.
Меня сей факт мало успокаивал.
– А еще я подрабатываю здесь чистильщицей. И если я поручусь за твоих… кхм… котоптичек. То есть большая вероятность, что ректор позволит их не развоплощать. Но тебе придется мне довериться, Делия. Мы, конечно, не родные сестры, но все же… Я действительно хочу помочь.
 Глава 3.4 
Карделия
– Но если они сбегают... Как ты сможешь их сдержать?
– Логичный вопрос, – хмыкнула Пуфетта и, достав из кармана тканевого комбинезона сушку, засунула ее целиком в рот. Что не помешало ей продолжать говорить. – Вот не замечала я за тобой раньше проблесков здравого смысла. Не замечала. Удачно ты все-таки головой приложилась...
– Ты не ответила на вопрос! – я сжала одеяло руками, вперив взгляд в лицо сводной сестры. Ее манера, изъясняясь уходить от темы разговора, сильно напрягала. Скалывалось ощущение, что меня хотят обвести вокруг пальца, заговаривая зубы и пудря мозги. Но между тем сестрица выглядела участливо.
– Делия, – мягкая ладонь чарительницы легла мне на плечо в попытке успокоить. Однако я напряглась еще сильнее. – Тебе нельзя так волноваться. Это может усугубить твое нынешнее состояние.
Я закрыла глаза и глубоко втянула воздух носом. Но это не помогло, из-за переживаний по телу стала маршировать легкая дрожь. Нечто подобное я уже чувствовала ночью, когда температура тела стала подниматься. Неужто жар возвращался?
От чутких рук гессы Римеди сей факт скрыть не получилось, и она, нахмурившись, взяла с прикроватной тумбочки чашку и ушла с ней за ширму. Видимо, чтобы приготовить свой фирменный чай.
– Так на чем я остановилась? Ах да! Я создам для них ошейники. Настроенные только на них.
– И это поможет? – скептически спросила я, чувствуя, как кто-то из пушистиков вцепился в мою ночнушку лампками и начал карабкаться вверх к волосам. И все бы ничего, но лапки больно царапали кожу, без особых усилий насквозь протыкая коготочками ткань одежды.
– Ауч!
Мое возмущение никого не смутило, и пушистое нечто удобно разместилось на моей голове-гнезде и заурчало.
– Розочка!
Почему-то никаких сомнений не возникало, кто именно из пушистиков совершил эту диверсию. Словно подтверждая мои мысли, перед глазом пролетел розовый волосок и приземлился на одеяло. Я самодовольно улыбнулась.
– Кхм, – кашлянула Пуфетта, возвращая меня к разговору. На этот раз в своей руке она держала сухарик. А точнее – половинку сухарика.
Вот уж непомерный аппетит!
– Если быть честной, то я не могу гарантировать, что все получится. Твои питомцы – существа физически-эфимерные, созданные искаженным заклинанием.
Я вопросительно изогнула бровь.
– Это ты к сходу определила?
– Не забывай, – пышка закатила глаза. – Я чистельщик. И это часть нашего дара.
Таких подробностей о биографии сестры не помнила, но что-то мне подсказывало – все не так просто. Особенно подозрительным было то, что чрезмерно любящая животных Пуфетта занималась уничтожением различных существ.
– Ну что ты на меня так смотришь? – стряхнув со щеки прилипшие крошки, Пуфетта увела взгляд в сторону. – Да, мне рассказала Эльза. Но это ничего не значит!
– Еще как значит! – вскрикнула я возмущенно, отчего Розочка чуть не свалилась к собратьям и сестрам. Аккуратно поддержав пищавший комочек, вернула его на место. Вот уж никогда не думала, что быть гнездом для кого-то так странно приятно. –  Что ей мешает прийти к тебе с разговорами и навредить моим пушистикам?
Мои слова возымели эффект и Пуфетта, уперев руки в боки, громко заявила:
– Это уж вряд ли, Делия. Тебе ли не знать! Близко она к этим… пушистикам не подойдет. У нее жуткая аллергия на шерсть. А у твоих созданий этого добра сверх меры. Считай, защищены.
 
По крайней мере, это объясняло, почему Эльза так упорно кричала мне в ухо, когда моя душа размещалась в новом пристанище. Но это не гарантировало, что эта пискля не найдет того, кто испачкает руки за нее. Уверена, сводная сестра со своей почти болезненной худобой, пользовалась в академии успехом у парней. Во всяком случае, пышек, помимо Пуфетты, я здесь больше не встречала, а посему культ крупнотелых девиц можно было смело отнести.
– Я тебя не убедила? – догадалась сестрица.
Мотнула головой и снова поправила Розочку, которая в этот раз даже звука не издала. Видимо, сладко спала.
– Как ты можешь любить животных и их же уничтожать? – все-таки задала волнующий меня вопрос.
Глаза девушки забегали, и она вновь потянулась к карману с едой. Видимо хотела заесть волнение.
– А ты точно Карделия?
Я еле сдержалась, чтобы не дернуться от неожиданности. Неужели меня рассекретили? Но как?
– Ты поумнела… – задумчиво протянула сестрица, засовывая в рот очередную сушку. – Есть причина, почему я работаю именно там. И тебе, Делия, очень повезло… Но ты мне все равно не веришь?
Я мотнула головой, но уже не так уверенно. Что-то такое мелькнуло в ее глазах, заставляющее сомневаться в собственных выводах. Словно я видела картину лишь снаружи. Пуфетта была таким своеобразным айсбергом, малая часть которой была видна людям, а остальная – скрывалась под толщей льда и воды.
– А если я дам тебе колдовское слово? Пусть гесса Римеди его подтвердит высшей руной. Тогда ты мне доверишься?
– Ох, Пуффи… Ты уверена? – чарительница поставила на тумбачку горячую чашку и взволнованно прижала руки к груди. – А вдруг что-то пойдет не так? Это серьезно!
Внутри меня шевельнулось странное чувство. Воспоминания. Я как наяву увидела в собственной голове ворох страниц из какого-то учебника, где черным по белому было написано, что нарушение колдовского слова несет за собой страшные последствия. И я поняла, что это единственное, что может гарантировать сохранность пушистиков.
– Защити их от Эльзы и других чистельщиков. Это единственное, чего я прошу, – осипшим голосом произнесла я, чувствуя, как в горле встал комок. – Как только меня выпустят из лазарета… Я найду способ их обезопасить еще сильнее.
И хоть мои слова звучали пафосно и как-то надрывно, Пуфетта восприняла их вполне серьезно. Повторила мою просьбу, а гесса Римедди начертила неизвестную мне руну. Та, в свою очередь, ярко полыхнула и разлетелась бликами, знаменуя то, что клятва вступила в силу.
И только после этого я передала своих пушистиков сводной сестре.
– Позаботься о них.
– Обещаю, – заверила меня Пуфетта и вышла из лазарета, прикрыв котоптичек фартуком.
Двери закрылись, а я почувствовала, как в глазах что-то защипало.
– Ты все сделала правильно, – Меника погладила меня по руке, а потом замерла, вцепившись в запястье мертвой хваткой. Она долго вслушивалась в пульс, и с каждой секундой ее лицо вытягивалось сильнее, приобретая сероватый оттенок.
– Знаешь, Делия, тебе лучше выпить чай. А я… Мы… Сейчас придем.
И, ничего не объясняя, чарительница стремительно выбежала из лазарета, оставив меня в недоумении.-------Друзья, а вы верите Пуфетте? Или Карделия зря доверилась сводной сестре?
 Глава 4 Невозможное возможно 
Кэлвин
– Кэл, ну что ты уперся в свои бумажки, как книжный беркуд! – в мой кабинет ураганом влетела Холли, наполняя пространство благоуханием своих цветочных духов. – Отвлекись и удели мне пару минут своего драгоценного времени! В прошлый раз мы толком даже чай не допили!
Эффектная, статная, энергичная бывшая однокурсница заполняла собой всю комнату. Холли Фэлсхуд любила быть в центре внимания, любила, когда на нее были стремлены все взгляды. Но сейчас я был единственным зрителем, а посему просто не мог даровать ей желаемого. Моего внимания едва ли хватало на подписание очередных указов, поиск антидота против проклятья, а еще на мысли о Карделии и возможном покушении на ее жизнь. Потому что если гесса Римеди права, то это вело к череде разбирательств. Что точно не скажется лучшим образом на репутации академии. А соответственно, я, как новый ректор, попаду под удар неодобрения общественности. Чего бы я точно не хотел.