"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Те мелькали подобно небольшому облаку встревоженных мошек, однако от инструктора не отдалялись. А сам он ходил между застывшими на плацу учениками, и то одна, то другая искорка исчезала в их равномерно вздымавшихся ноздрях.
Я сам не понял почему, но в этот момент мне остро захотелось оказаться там, внизу, среди других подростков, объединенных общей целью и имеющих строгого, но справедливого наставника. А еще я вспомнил взгляд священника, когда рой таких же светлячков почему-то выбрал меня, а не его. И вроде жрец до сих пор не предпринял никаких мер, однако…
  
Чагаш неожиданно хлопнул в ладоши, выводя всех из состояния транса. Ученики очнулись и принялись озираться по сторонам. Кто-то даже сладко зевнул, чем вызвал преисполненный призрения взгляд инструктора.
— Итак, мои плывущие по течению самородки, теперь проверим, чего вы достигли. — Чагаш отошел в сторону, расставил ноги, чуть присел и согнул правую руку в локте. — Сейчас я нанесу удар. Один. Очень медленный. Специально чтобы даже вы смогли его рассмотреть. Тот, кто скажет, какая в нем особенность, может рассчитывать на одно индивидуальное занятие сегодня вечером. Приготовились.
Судя по сосредоточенному выражению лиц, получить награду желал каждый.
Чагаш замер. Его кулак окутало целое фиолетовое облако, похожее на расплывчатое марево. Оно сформировало нечто напоминающее боксерскую перчатку или же латную рукавицу. И стоило той обрести плотность, как инструктор едва заметно дернулся и тут же встал в расслабленную позу.
Будь я проклят! Если это медленно, то что же тогда быстро?
— Ну, в чем особенность? — небрежно спросил Чагаш.
  
Глава 5
 
Судя по интонации Чагаша, на верный ответ он особо не рассчитывал, но где-то в глубине души на него все-таки надеялся.
— Быстрый удар!
— Сверхбыстрый удар!
— Молниеносный удар! — посыпались первые версии.
— Вы использовали Межмировую Энергию, сэр.
— Она была в форме горшка.
— Нет, в форме перчатки.
— Скорее варежки. — предположили те, кто уже научился видеть Межмировую Энергию.
Одновременно с этим я осознал, что первая стадия первой ступени почему-то доступна мне без всяких тренировок. Ведь те фиолетовые искорки, очевидно, и были этой самой Энергией. Или, может, я каким-то образом развил эту способность за время вынужденного бездействия в младенчестве? Или дело в моем врожденном умении? Жаль, что его никак не узнать до Церемонии Пробуждения. Впрочем, до нее осталось уже меньше года.
— Ваш удар был направлен мне в лицо. — неуверенно произнес Максимилиан, нахмурившись.
— Прям в носяру! — поддакнула Энн.
— Это была магия? — рискнул Шон, подпрыгнув от нетерпения.
Из своего укрытия я отчетливо видел, как с каждым ответом черты лица Чагаша все больше приобретали сходство с грозовой тучей, готовой вот-вот разразиться молниями и градом размером с куриное яйцо. Неудивительно, что он получил прозвище Угрюмый. Оно подходило ему, как стылая тьма заброшенному склепу.
— Магию вы в своей дыре не увидите. И я не просил угадать название приема. — сквозь зубы процедил Чагаш, и от его убийственной интонации даже шкодливый ветер перестал гонять по плацу клочки пыли. — И уж точно не просил угадать его форму и направление. В чем. Особенность!
Ученики притихли, не рискуя выкрикивать новые версии. Ведь на противоположную от индивидуальной тренировки чашу весов легло нечто отнюдь не настолько желанное. И неизвестно, что в итоге окажется тяжелее.
Я тоже попытался понять, что же могло бы служить ответом.
Особенность.
Особенность…
Закрыв глаза, я представил позу инструктора перед ударом, будто снова видел ее воочию. Вообразил до малейших деталей. Вот его кисть окутал туман Межмировой Энергии, вот пошло вперед плечо, за ним предплечье, кулак… Что-то не так с кулаком? Он как будто размыт. Или…
— Ты тоже все видел? — послышалось у меня за спиной.
Я не подпрыгнул только потому, что боялся привлечь к себе внимание. Ну и еще не особо горел желанием нанизаться на шипы розового куста, как шашлык на шампур.
— Это был не удар. — продолжал некто. — Он показал им фигу. Самая быстрая фига, из всех, что я видел.
— Но ты ее видел. — ответил я, медленно оборачиваясь.
— Как и ты.
С этим я мог бы поспорить. Мне каким-то чудом удалось разглядеть больше, чем большинству учеников, но картинка окончательно выстроилась лишь после подсказки.
— Молодой лорд Леуштилат. — поприветствовал я его поклоном настолько учтивым, насколько мне позволяли обстоятельства и риск выколоть себе глаз.
— Оставь формальность, дружище. — лучезарно улыбнулся он. — Мы оба знаем, что в меня не кидают камнями лишь потому, что отец не лишил меня фамилии. Пока что.
Передо мной стоял второй баронский сын. Он был выше меня сантиметров на десять и старше почти на год. Аккуратно уложенные дымчатые волосы и озорной взгляд не по годам взрослых карих глаз могли бы заставить остальных считать его загадочным и красивым. Для семилетки. Наверное…
Если бы не одно «но».
Не так давно Леуштилат прошел свою Церемонию Пробуждения, после которой у него за спиной стали шептаться даже мужчины, а женщины при его появлении хватались за обереги и отводили взгляд. С ним отказывались водиться даже самые маленькие дети, шутка же про закидывание камнями содержала в себе так мало шутки, что я бы на его месте, неверное, уже втайне учился от них уворачиваться.
«Демонический жрец» — так назывался его врожденное умение, озвученное священником Сатвелеона на церемонии.
Дело в том, что на Терре верили не только в богов, но и в равной мере в демонов. И те и другие, согласно религии, жили в иных пластах реальности и не могли напрямую вмешиваться в дела смертных. Но это напрямую. Одним же из способов для них влиять на дела мира являлись жрецы. Вроде того, который хотел забрать себе часть Межмировой Энергии из принесенного Анной кристалла.
Я во все это ни капли не верил, хотя в вопросе пока до конца не разобрался. Хватало и других забот. Но вот второй баронский сын, в отличие от первого, проблем хапнул знатно. Как и его мать. Поскольку умение ребенка по большей части определялось умениями родителей, то у хозяина поместья возникли закономерные вопросы, и он запер баронессу в дальнем флигеле до выяснения обстоятельств.
Леуштилат же пока просто впал в немилость и был предоставлен самому себе. Однако даже Диана считала, что изгнание его из семьи (а то и из города) — вопрос времени. Хоть она и жалела мальчика.
— У тебя необычный взгляд. — чуть прищурившись, сказал второй сын, осмотрев меня с головы до ног. — Как у взрослого. Будто ты знаешь то, чего не знаю я.
«У тебя тоже необычный». — подумал я.
И это неудивительно. Мальчик, в одночасье лишившейся родительской любви и поддержки, казалось бы должен был повзрослеть очень быстро. И не по своей воле.
Как и я когда-то…
Вот только стоявший передо мной сорванец отнюдь не выглядел забитым заморышем. И как он так умудрился?
— Не могли бы вы… ты говорить по-тише, пожалуйста. — произнес я вслух, стрельнув глазами на плац, где тренировка вновь вернулась к практической части. — Не хочу, чтобы сэр Чагаш меня заметил.
Леуштилат удивленно изогнул бровь, проследил за моим взглядом и… совершенно по-детски расхохотался, даже не думая стесняться. Он смеялся так, что пришлось утирать слезы, но даже когда успокоился, в его глазах по-прежнему продолжали плясать искры.
— Ты правда думаешь, что спрятался от того, кто может в два шага пересечь весь двор? — спросил второй сын, сверкая улыбкой, чем-то напоминавшей лошадиный оскал.
  
— Я на это надеялся.
— Тогда ты гораздо глупее, чем кажешься. — бросил он, чуть качнувшись вперед и назад. — И чем остальные о тебе думают.
— И что же обо мне думают?
Леуштилат промолчал, и мы какое-то время смотрели друг на друга, не отводя взгляд. За моей спиной продолжалась тренировка, Угрюмый Чагаш оставлял едкие комментарии относительно навыков своих подопечных, надоедливый шмель, сделав круг у меня перед лицом, улетел по своим шмелиным делам. Тихо шелестел ветер…