Недотрога в академии некромантов

– Магистр Кан, у меня был очень напряжённый день, позвольте отправиться к себе и отдохнуть?
– Конечно, мисс Де Камелье, – улыбнулся Ректор. – Но не думайте, что я не буду за вами наблюдать.
«Да на здоровье…» – подумала, а в ответ лишь почтительно склонила голову.
А теперь спать-спать и ещё раз спать. Но сначала нужно подготовиться к ночи. Не думаю, что высокомерные стервы легко простят меня. А после разговора с ректором и заслуженного наказания они будут злее крысиного умертвия…
Я думала, соседки мирно читают или готовятся ко сну, а они о чём-то с жаром спорили. Их крики были слышны ещё в коридоре, и что-то мне резко расхотелось возвращаться.
В академии искусств я как-то успела привыкнуть к одиночеству. В небольшой, со вкусом и изяществом обставленной комнате я чувствовала себя более чем комфортно. А здесь…
Задержав дыхание, дала себе несколько секунд на восстановление душевного равновесия и толкнула дверь.
– А я тебе говорю, что на лярв нужно ловушку ставить. Их вообще так просто не уничтожить, – доказывала рыженькая.
– Лярвы низшего порядка, – светленькая качнула головой. – Хватит «замкнутого круга».
– Что вы спорите? Нам по нечисти зачёт только через три месяца сдавать, – спокойно заметила третья и обернулась ко мне. – О, новенькая! Ты боишься гульв и лярв?
– Впервые слышу о таких, – отозвалась я. – Но собираюсь ликвидировать пробел в своих знаниях. А они страшные?
– Ну как сказать… – рыженькая задумчиво выпятила губы. – Гульвы – это женщины, погибшие насильственной смертью, которых не похоронили по всем правилам. Иногда они превращаются в неспокойных духов, или даже буйных, а иногда восстают.
– Они очень страшные! – скривилась светленькая. – Наполовину лысый череп, вытянутое, как у волка, лицо и острые зубы.
– Гульвы охотятся по ночам и, вгрызаясь в горло, выпивают всю кровь, – важно добавила третья. – А лярвы – это утопленницы. Тоже женщины.
Сказать, что я потеряла дар речи, всё равно что назвать Клариссу милой. Я как-то не задумывалась, что некромантия – это не только подчинение магии смерти, что она имеет и другое предназначение. И это предназначение – уничтожение нежити и нечисти.
– Спасибо за полезную информацию, – сдержанно поблагодарила и подошла к своему неразобранному чемодану. Интересно, я успею вызубрить всю классификацию нежити за ночь?
– Эй… Николь, да? – обратились ко мне. Я повернулась через плечо и вскинула бровь. – Ты на ужин пойдёшь или фигуру будешь беречь? – насмешливо поинтересовалась рыженькая.
– Фигуру? – удивилась притворно. – А она у меня есть?
Соседки иронию оценили.
– Очень смешно. Значит, идёшь? Тогда собирайся.
Я бы предпочла сегодня из комнаты не выходить и время больше не тратить, но лучше сегодня узнаю, где находится столовая, чем завтра с утра буду в панике метаться. Да и поужинать не мешает. Как утром приехала, так и не ела. Даже удивительно, что после всех событий аппетит не пропал.
Правда, через несколько минут я успела пожалеть о своём опрометчивом решении. Как-то не подумала, что в столовой соберётся вся академия.
Мы вошли в просторный зал с длинными столами и не успели сделать трёх шагов, как посыпалось со всех сторон…
– Эй, Недотрога, иди к нам! – кричал какой-то парень, маша мне рукой.
– Ты, правда, настолько невинна? – хохотнули из другого конца зала. – Хочу убедиться. Идёшь?
Дружный смех сотряс стены помещения.
– Недотрога-Недотрога, а сыграешь для меня на рояле? Наедине, – протянул высокий парень совсем близко со мной. Едва сдержалась, чтобы не стереть его пошлую улыбку металлическим подносом для еды.
– «Недотрога»? – удивилась моя рыженькая соседка. – Ты, когда прозвище получить успела?
Мне бы её неведение и наивность…
– Ты с какого мира? – закатив глаза, поинтересовалась светленькая.
– Недотрога – это ученица академии искусств, – деловым тоном указала третья.
Со всех сторон раздавались смешки и «заманчивые» предложения, но мы, не реагируя, продвигались к раздаче.
– А почему вас так называют? – удивилась рыженькая.
 
– Гм… – озадаченно потёрла лоб, подбирая правильные слова. – За поведение, наверное. Учениц академии так воспитывают, что сложилось о них некое общее представление, которое и повлекло за собой появление этого прозвища, ставшего впоследствии именем нарицательным. Недотроги сдержанные, не допускают вольностей по отношению к себе, манерные и утончённые. Принято считать, что мы не понимаем шуток, зато превосходно играем на рояле, пишем картины и вышиваем полотна, – подавила улыбку и взяла поднос. – На самом деле, в академии искусств могут обучаться только аристократки. А взять в жёны ученицу академии, считай, дело чести, – тут я всё же усмехнулась.
– Ты, наверное, очень расстроилась, – сочувственно произнесла светленькая. – Попасть к некромантам…
– Но сами вы не выглядите расстроенными, – иронично заметила я. – Мне все предлагают дар запечатать, а что же вы? Не было подобного желания, раз магия смерти так сильно влияет на сознание и подсознание?
Девочки переглянулись.
Рыженькая поманила меня пальцем и, после того как я наклонилась, шепнула.
– Некромантия – это деньги. Огромные деньги, Николь…
– Император щедро платит некромантам, – кивнула третья. – Ни с одной профессией в Нисхельме столько не заработаешь.
– А мы девушки простые, – пожав плечами, призналась светленькая. – У меня куча братьев и сестёр, я матери помочь мечтаю. Дом купить побольше и поближе к столице. И у каждого здесь есть причина «почему да».
– Ясно, – отозвалась задумчиво, по-новому глядя на сидящих за столами адептов. А ведь и правда, практически все они из простых семей, и мало кто может похвастаться положением. А деньги – это, наверное, весомый стимул, чтобы стараться.
Протянула подавальщице поднос, с сомнением рассматривая… эм-м… месиво в котлах.
– Но тебе можно о деньгах не волноваться, – мечтательно причмокнула рыженькая. – Ты обеспеченная, это сразу видно. Так что через месяц можешь подавать Императору прошение на запечатывание дара.
– Ну да… – отозвалась я, не собираясь никого разубеждать. Я и сама пока толком ни в чём не уверена, да и магия себя особо не проявила. Может, через неделю я волком взвою.
Мне навалили в тарелки разной по цвету кашицы и вернули поднос. Замечательно…
– Николь? Не хочешь составить мне компанию? – властно протянул рядом знакомый голос. Повернулась, сталкиваясь с карими глазами Крайдена. И почему мне его лицо кажется таким знакомым?
– Извини, я с девочками, – произнесла вежливо, пытаясь его обойти, но Крайден преградил путь.
– Уверена? Тебе лучше держаться поближе ко мне, а не к девочкам, – со злой иронией выплюнул он, скалясь.
Соседки мои притихли, потупив глазки. Подняла взгляд и произнесла спокойно:
– Я сама решу, к кому мне держаться поближе, а от кого подальше.
Лицо Крайдена перекосило.
– Неужели? Это тебе не академия искусств, здесь с тобой никто церемониться не станет. Мало ли, что может произойти…
– А ты что, мне угрожаешь? – поинтересовалась непринуждённо. – Или так неумело предлагаешь своё покровительство? Или это новый способ ухаживать за девушкой?
В столовой воцарилась такая гнетущая тишина, даже поварихи замерли. Ну и? Ему никто не отказывает, что ли?.. Или все боятся… Местный «король»?
Крайден хмыкнул, нервно покусывая губу.
– Зря ты так. Я же от всей души… – шагнул ко мне и прошептал в самое ухо: – Я ведь могу и грубым быть. А моим ребятам ты очень понравилась…
Это намёк?
Снисходительно улыбнулась и отстранилась так, чтобы видеть глаза этого самоуверенного мерзавца.
– Ты что-то конкретное мне предлагаешь?.. Всё в толк взять не могу. Если нет, то извини, – притворно улыбнулась и обошла парня, направляясь к свободным местам.
Внезапно кто-то выставил в проход ногу, которую я из-за подноса не заметила. Естественно, запнулась и полетела вперёд, всё ещё пытаясь удержать несчастный поднос. Уже готовясь ко встрече с твёрдым полом, почувствовала, как меня подхватили. Тарелки перевернулись, разбрызгивая содержимое, и рухнули на пол…