Странник... мой? (СИ)

– Я сама в шоке. У меня же совсем нет опыта общения с подростками.
– Нравится тебя рисовать. У тебя красивое тело. И пальцы… И брови.
– Брови?
– Вразлет, – пояснил Архип, нехотя кивнув.
– Ты тоже очень красивый.
– Ага.
– Клянусь! Если бы ты показал себя, стоимость твоих работ возросла бы в разы, уж поверь мне.
– Думаешь, мне стоит раскрыть свое инкогнито? – на полном серьезе поинтересовался Сильвестров.
  
– Нет! – возмутилась я. – Еще чего. Оно мне надо – отбивать тебя от фанаток? Никаких нервов ведь на это не хватит.
Я остановилась, когда из темноты проступили очертания нашего домика. Архип шагнул мне за спину. Обнял, опустив на макушку тяжелый заросший густой щетиной подбородок.
– Еще не передумала искупаться, когда уложим Зойку спать?
Черта с два! Господи, если честно, я только о том и думаю, как пробраться к нему в штаны.
– Нет, – просипела я. – Зой! Малыш, уже поздно. Давай укладываться.
Наверное, глупо было принимать душ перед тем, как пойти на море, но я это сделала. В полнейшей темноте заглянула к Зойке. Набегавшись, та отрубилась, кажется, едва ее голова коснулась подушки. Я накрыла девочку простыней. И вдруг заметила, что несмотря на все мои старания, ее курносый нос обгорел. Было это ужасно трогательно… Я пробежалась пальцами по белобрысым волосам и, склонившись еще чуть ниже, чмокнула ее в лобик. Спи, малашка. Спокойно спи. Мы с папой никогда и никому не дадим тебя в обиду. Мы с твоим папой…
Поймав себя на этой мысли, я, наверное, впервые поверила в это «мы»…
Где-то совсем рядом скрипнула половица. Застигнутая врасплох, я вскинула голову и наткнулась на пристальный взгляд Сильвестрова. Он же не злился, нет? Я просто ее поцеловала, поддавшись вдруг вспыхнувшему материнскому инстинкту.
Как во сне, медленно выпрямилась. На цыпочках подошла к двери. Рассохшиеся доски поскрипывали под ногами. Я замирала на каждом шагу, боясь разбудить Зойку резким звуком, но ее, похоже, не разбудил бы и удар в гонг.
– Она так быстро уснула…
Архип кивнул и, резко притянув меня к себе за шею, впился в губы.
– Тише, ну не здесь же… Мы собирались искупаться.
Я попятилась от него, в сумерках коридорчика натыкаясь на мебель и стены. Нащупала за спиной дверную ручку. Открыла дверь и… с визгом бросилась наутек. Где-то на пути к воде скинула халатик. Ноги увязали во все еще теплом песке. Кровь гремела в ушах. Кровь, прибой и шорох его шагов за спиной...
Я так улепетывала, что, в конце концов, упала. И он, конечно же, тут же меня настиг. Не давая встать с колен, сжал в руках мою хрупкую тушку. Зубами прихватил выступающий позвонок на шее, перекатил между пальцев соски. Я повернула голову, как могла, в попытке поймать его губы. Прижалась к колючему подбородку, всхлипнула от накатывающего удовольствия. Застонала. Архип в ответ прижался к моему виску ртом, опускаясь одной рукой между ног.
– Как думаешь, есть что-то такое, что тебе может не понравиться?
– В сексе?
Вместо ответа он стиснул между пальцев набухший клитор.
– М-м-м… Вряд ли.
– А точнее? Мне нужен четкий ответ.
– Господи, нет… Нет ничего такого.
– Ты не можешь утверждать наверняка, – парировал зло, ни на секунду не прекращая меня ласкать. И я не знаю, насколько беспочвенными были его опасения, потому как все, что он делал с моим телом, никак не способствовало ясности мысли, но, кажется, я все же нашла удовлетворивший его вариант ответа, когда прохныкала:
– Давай мы попробуем, а если мне вдруг что-то не понравится, я тебе непременно скажу. Обещаю.
Уж не знаю, чего в тот момент хотелось Архипу на самом деле, но дальше не последовало никакой дичи. Мы просто влажно поцеловались, сплетая языки и лаская друг друга везде, куда только могли дотянуться. А спустя пару секунд я вообще перехватила инициативу, извернувшись и вобрав его в рот. Как же мне это нравилось! И то, что мне катастрофически не хватало воздуха, только усиливало ощущения. Равно как и натяжение волос, которые он намотал на кулак.
– Каждый раз так хочу.
– Любой каприз. Ты же знаешь…
Я скользнула по стволу вниз к мошонке. И снова вверх, пощекотав языком уздечку.
– Мы хотели поплавать.
– Архип!
Он так резко встал, что я чуть не упала. Нет, ну динамо, а! У меня все внутри горело и пульсировало, требуя завершения, а он… Ни себе, ни людям. Психанув, побежала к воде, намеренно толкая его плечом. Сильвестров в отместку дернул меня на себя и так же резко отпустил. Я с визгом упала в воду. Там было чуть выше, чем по щиколотку. Но плюхнувшая вода намочила меня с ног до головы. Отфыркиваясь, как морж, я попыталась извернуться, однако лишь спровоцировала тем самым его на звонкий шлепок по заднице.
– Ай!
Архип растер прохладной от воды рукой горящее место удара. Скользнул ребром ладони между ног, заставляя меня прогнуться, умоляя в меня войти...
В итоге он так и сделал. Слегка меня придушив. Я с благодарностью принимала каждый толчок. И не помня себя, шептала какую-то совершенно бесстыжую дичь:
– Хороший мой. Самый лучший. М-м-м… Какой у тебя член. Ну, какой же…
– Какой?
– Идеальный. Я всю жизнь о таком мечтала. Еще, пожалуйста, Архип… Вот так, да… А-а-а, почему так медленно?! Ты сводишь меня с ума…
Архип замедлился, входя в меня с оттяжкой. Черте что! Колени все глубже увязали в песке. В рот набивалась горькая от соли вода… Глаза щипало. Я впилась ногтями в его бедро. Но он, того даже не заметив, погладил большим пальцем вход чуть выше и медленно начал в него внедряться.
– Да-а-а… – всхлипнула я, не понимая, как люди это вообще выносят. Так сильно. Тем, что делал, он как будто снимал замки с самых потаенных уголочков души. Заглядывая туда, куда другим хода не было.
– Да?
– Да.
– У тебя есть в этом опыт?
– Нет!
– Наверное, будет больно, – как-то даже равнодушно, я бы сказала, заметил Архип. И вот тогда я поняла – он уже не отступит. Его зверь вырвался и прижал морду к земле перед последним смертоносным прыжком.
– Пожалуйста, двигайся, – умоляла я, надеясь, что возбуждение сделает это все терпимым. Так и вышло. Уже через пару минут его пальцы сновали во мне почти свободно. Не помня себя от удовольствия, я даже не сжалась, когда он приставил головку к тугому входу.
– Архип… – рычала я. – Ну же!
– Сука… Как узко.
Я приняла его, обливаясь слезами абсолютного незамутнённого ничем счастья. В момент, когда все произошло, и боль стала едва выносимой, мое прошлое до… весь мой болезненный опыт до… он просто исчез, обнулился. Благо Архип не смог остановиться, даже когда я разрыдалась.
Не знаю, кончила я или нет. Это было вообще не важно. Когда он разрядился внутри серией коротких, но резких залпов, я так обессилела, что просто упала в воду.
– Прости меня. Господи, Даша, прости…
Архип подхватил меня на руки, испуганно прижимая к себе. Его глаза бегали – и, пожалуй, никогда еще я так остро не ощущала его инаковость.
– Тщ. Мне дико хорошо. Мы можем договориться?
Он явно не понимал. Совершенно! Это читалось в глазах, даже несмотря на практически кромешную тьму, что нас окутала.
– О чем?
– Давай это будет мой первый раз? Давай притворимся, что ничего до этого не существовало? Ни отчима, ни…
– Зойкиной матери.
Мои глаза широко распахнулась. Я хотела сказать – Вавилова, забывая, что опыт Архипа тоже весьма болезненный. Он же умудрился в очередной раз поразить меня в самое сердце.
– Значит, с этого момента мы первые друг у друга, – кивнула я, обводя его скулы подрагивающими пальцами. Архип серьезно кивнул. И, господи… Пожал мне руку, скрепляя сделку. Я не посмела улыбнуться, побоявшись, что он воспримет мою улыбку насмешкой над собой. Тогда как меня просто шокировал сам факт того, что он на полном серьезе подошел к моей просьбе. Что он на самом деле понял, насколько это для меня важно.
  
– Поплаваем?
– Иди. А у меня от соли все щиплет, – сморщила нос я. Сильвестров нахмурился.