Странник... мой? (СИ)

– За это мы в расчете. А больше… Я тебе ничего не должна.
  
Глава 20
 
Господи, какая меня настигла в тот момент легкость… Меня вполне могло унести сквозняком в форточку. Как только удержалась?
В такси на обратной дороге домой улыбалась так широко, что в какой-то момент даже брюзга-водила проникся.
– Хороший день?
Я взглянула на часы.
  
– Да. Очень.
Был третий час ночи. Все самое худшее, что со мною могло случиться, произошло вчера. А сегодня да, сегодня был очень хороший день. Я как будто родилась заново. Оказалось, что рубить концы – так невообразимо легко. И совсем не страшно. Да, теперь я одна. И случись что… Нет. Об этом я даже думать себе запрещала, повторяя мантру о том, что все будет хорошо.
Спать завалилась под утро. Проснулась от того, что кто-то настойчиво звонил в дверь. Пару секунд ушло на то, чтобы понять, где я и что происходит. Кто ко мне мог прийти? Еще и так настойчиво ко мне ломиться? Что, в конце концов, случилось, пока я спала?!
Подбежала к двери, приникла к глазку и, с облегчением выдохнув, загремела замками.
– Нет! Вы только на нее посмотрите! Она спит!
– Ира…
Я сжала в объятиях помощницу. В смысле, бывшую, но все же. Она, совсем к тому не привыкнув – обычно я отличалась сдержанностью, неловко замерла. Но буквально тут же овладев собой, с радостью приобняла меня в ответ.
– Я тебе звоню с тех пор, как пришло сообщение, что ты снова в сети. Господи, как же ты нас всех напугала!
– Да? – изумилась я.
– Ну конечно! Она еще спрашивает! Так ты меня пригласишь войти?
– Конечно. Заходи, – всполошилась я. – Тебе сварить кофе?
– Давай.
Квартира у меня была небольшой. Кухня-гостиная и спальня. Но она располагалась в хорошем районе недалеко от центра, а это для меня было гораздо важнее размеров.
– Ну, рассказывай! Что там происходило?! Весь офис на ушах. Я просто в ахере. Меня, кстати, два раза допрашивали…
– Тебя?!
– Ну да. На предмет того, куда ты могла деться. Ну, и вообще… Что ты за человек. В офисе такое напряжение в последние две недели, что я не откажусь, если ты плеснешь немного коньяка в мой кофе.
Я улыбнулась, открывая шкафчик.
– У меня как раз завалялось немного. Я в выпечку добавляла…
– Не знала, что ты печешь, – искренне изумилась Ирина.
Ох, Ира… А чем мне себя занять, если не готовкой под какую-нибудь лекцию на ютьюбе? Теперь, вон, может, буду рисовать… Тут я осеклась, потому что по какой-то совершенно парадоксальной причине эта мысль только сейчас пришла мне в голову! И так она меня приложила, что к делу захотелось приступить незамедлительно, поскорее избавившись от нежданных гостей. Даже руки зачесались, господи! А телом прошла дрожь.
– У меня все консьержи прикормлены, дворники и бомжи, – усмехнулась я.
– Авторитетный ты человек.
– Это да. Ну, так что там, ты говоришь, в «ГорСтрое»?
– Не знаю толком. Но проект в С* закрыли. Тут ты, должно быть, в курсе.
– Да. Местные подняли невообразимый шум. Плюс к ним присоединился Странник.
– Обалдеть, да? Об этом тоже было полно разговоров.
– Еще бы, – откашлялась я. – В целом, там и с землей намутили. Так что они в своем праве.
– Ага. Но, я думаю, совсем не поэтому Новиков ходит чернее тучи. А как он на одном из совещаний пропесочил твоего Вавилова… – Ирина выглянула из-за чашки, хитро сверкнув глазами.
– Почему моего? – напряглась я.
– Ну-у-у, Дарья Михайловна, я же не слепая.
– Так ты поэтому поспешила мне сообщить, что он свою жену пропихивает на мое место? – спросила, отведя взгляд.
– И поэтому тоже. Должна же ты знать, какую змею пригрела.
– Спасибо. Узнала, – хмыкнула я. – И как справляется их семейный подряд в новых условиях?
– Да никак. У нас же проверка за проверкой. Чую, погонят Эндрю поганой метлой.
Эндрю Вавилова в фирме прозвали за его пижонский стиль и некоторую щеголеватость. Он уделял много внимания своей внешности. Носил удлиненную стрижку, создавая на голове тщательно уложенный беспорядок, модные костюмы, блейзеры и кардиганы, копируя стиль олд мани.
Сейчас даже не смогу объяснить, почему я находила это привлекательным. Тот же Странник в своих худи и простых клетчатых рубахах, надетых под заношенную джинсовку, выглядел гораздо более притягательно и стильно.
Господи, вот уж кого мне не следовало вспоминать.
Сердце мучительно сжалось.
– Туда ему и дорога.
– В офисе его любили, – пожала плечами Ира.
– Это да.
– Ты лучше расскажи, почему сама уволилась! Еще и не сказала ничего. Представляешь, какой у меня был шок? Сначала пропала, потом это. Я так волновалась, что похудела.
– Намного? – усмехнулась я.
– На три килограмма.
Учитывая Иркины пропорции, это совершенно не бросалось в глаза.
– Тебя попросили, да?
– М-м-м?
– Говорю, тебя попросили? Из-за того, что ты не смогла разрешить этот вопрос, не прибегая к… кхм… таким сомнительным методам?
– Ты про пожар, что ли? – не сразу догадалась я. – Ир! Ну, ты что?! Тоже поверила? Обалдеть!
– Нет, а что мне оставалось? – стушевалась та.
– Не знаю, – я раздосадованно покачала головой. – Но уж точно не то, что я имею к этому какое-то отношение.
– Вавилов громче всех орал, что это писец. И что тебя нужно непременно призвать к ответу.
– На воре и шапка горит, – хмыкнула.
– Серьезно?! Думаешь, это он?! Охренеть. Вот это страсти-мордасти. Но знаешь, я замечала кое-какие несоответствия в актах.
Даже Ирина замечала, а я нет. Получается, вот такая я слепая дура?
– Если хочешь продолжать работать в «ГорСтрое», лучше забудь об этом.
– Ты что-то знаешь, да? – Ира уставилась на меня из-подо лба.
– Главное не то, знаю я или нет. А то, что я с этими знаниями собираюсь сделать.
– И что же?
– Ни-че-го. Я закрыла для себя эту тему. Воевать с ветряными мельницами меня не прельщает.
– Расскажешь хоть, где ты пряталась все это время? Я же серьезно тебя уже похоронила раз пять…
– Мне помог один из местных активистов. Я пожила в его доме.
– Потому что вовремя поняла, что тебя сливают?
Наши взгляды с Ириной встретились. Вот не зря я ее ценила.
– Да. Поэтому.
– Знаешь что? Не хочу я работать на людей, которые подставляют своих.
– Ты всегда можешь уволиться. Главное, не руби с плеча. Подыщи, куда уходить. У тебя ведь Саня.
Ира в одиночку растила сына-астматика. И ей, конечно, приходилось несладко.
– Ага. Громко хлопнуть дверью не получится. А как хочется, – Ира мечтательно закатила глаза. – Слушай, а в той деревне… Как вообще? Есть работа?
– Да не особо. А что? – изумилась я.
– А то. Нам с Саней рекомендован чистый воздух. Думаю, может, бросить все к чертям. Уехать в глушь, завести корову… Возможно, хоть там я его на ноги поставлю, а?
– Радикально. Может, тебе тогда стоит рассмотреть варианты с какой-нибудь удаленной работой? Места там и впрямь чудесные. Вот… Посмотри.
Я показала Ирине несколько фотографий. Сердце отозвалось тягучей болью, к которой я по чуть-чуть начинала уже привыкать.
Ирина сосредоточенно пролистала карусель. И ткнула меня в бок:
– На хрена ты вообще вернулась?
Рассмеявшись, забрала телефон.
– Там решили, что я им не ко двору.
– Кто решил?
Самый важный для меня человек. Впрочем, посвящать кого бы то ни было в нашу историю я не планировала.
– Духи леса. Бу! – испугала Иру.
– Ну, е-мое, Дарья Михайловна! Глянь, кофе из-за тебя расплескала.
Я печально улыбнулась, отворачиваясь, чтобы взять тряпку. Может быть, через много-много лет я сяду за мемуары. И поделюсь нашей с Архипом историей с миром. Если он, конечно, когда-нибудь раскроет свое инкогнито. А если нет, то и я, естественно, не стану. Просто обойдусь без имен, чтобы его не смогли вычислить. Может быть, я породнюсь с Зойкой… Стану нянчить ее детей. И умру вовсе не в компании кошек, а в окружении близких сердцу людей. Кстати, насчет этого… Мне давно хотелось завести себе котенка, но поскольку у Андрея еще в детстве обнаружилась аллергия на шерсть, я не могла рисковать. То ли дело сейчас!