Демоны добра и зла (ЛП)

И тут возникает вопрос: откуда Паркер узнала, где была я?
  
Глава 20
 
Я была в больнице уже в четвертый раз за три дня, но, по крайней мере, я была посетителем, а не пациентом.
— Спасибо, — сказала я служащему отделения неотложной помощи, забирая свою сумку с конвейера и направляясь к пункту выдачи удостоверений личности, громыхая сапогами.
  
— Расслабься, Рейч, — сказал Дженкс, его небольшие касания моих волос раздражали, пока он боролся с раздражением. — Они сканируют на наличие запрещенных лекарственных заклинаний, а не пластика высокой плотности.
— Да? — Ну, сонные чары в пистолете не совсем безобидны. Пронос сонных зелий, чтобы избежать «больничного налога» на те, что они предоставляли, был не редкостью, но именно кольцо с проклятием чакр заставило меня беспокоиться. Но то ли кольцо осталось незамеченным, то ли женщина, занимавшаяся проверкой заклинаний, узнала меня.
В любом случае, первое препятствие я преодолела без проблем, и, отдав человеку за стойкой водительские права и улыбнувшись в камеру, получила временный штамп с указанием времени и даты посещения. Я наполовину ожидала, что меня задержит какой-нибудь строгий бухгалтер с карандашом, желающий поговорить со мной о том, что я вчера натворила, но чем ближе я подходила к приемной, тем сильнее становился недовольный ропот, и я решила, что им есть о чем беспокоиться, кроме четырех пациентов в коме, пришедших в сознание при сомнительных обстоятельствах.
— Вау! — Я остановилась прямо перед большой, разделенной на несколько частей комнатой с заполненными людьми креслами. На потолке беззвучно мерцали телевизоры, и пока я наблюдала, санитар выкатил из приемного покоя в комнату ожидания мужчину в уличной одежде, выглядевшего болезненно, и припарковал его почти у самой проходной. Больше его поместить было некуда.
— Охрана минимальная, — предложил Дженкс, и я посторонилась, чтобы выйти из широкого дверного проема. Как обычно, в больнице было два человека: один офицер у раздвижных дверей, ведущих в приемный покой, а другой стоял почти рядом со мной. Шум дождя то приближался, то удалялся, когда широкие двери открылись и вошли еще два человека, оставляя мокрые следы, когда они направились к стойке регистрации. Было тепло, и влажный воздух начинал пахнуть мокрым волчьим аконитом. Неудивительно, ведь на желтых стульях сидели татуированные люди с сумками, украшенными логотипом фестиваля.
Мне было жаль женщину, которая держала окровавленную руку, а ее муж успокаивал их суетливого ребенка. Очевидно, она распорола руку в панике, пытаясь выбраться. Мужчина в приемном покое жаловался на боль в лодыжке после того, как споткнулся на лестнице. Третий мужчина лежал в углу, его, вероятно, из-за приступа паники увезли, чтобы проверить на наличие серьезных проблем с сердцем.
Две медсестры, работавшие в приемном покое, были заняты раздачей бланков и направлением наиболее тяжелых больных на немедленную сортировку. Трента я не видела, значит, он, скорее всего, уже в палате с Ли или в самой больнице, и, опустив голову, я стала копаться в сумке в поисках телефона.
— Привет, Рейчел, — позвал знакомый голос, и я повернулась, чтобы увидеть Стеф, выглядящую уверенно в своей красной больничной одежде. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не виновата в этом?
— Не в этот раз. — Дженкс поднялся в воздух, когда его крылья снова стали сухими.
— Я думала, ты работаешь внизу, — сказала я, наклоняясь, чтобы обнять ее. Мне будет не хватать ее, когда она уйдет из церкви, но я все прекрасно понимала. Для нее там ничего не было. На самом деле.
Она пожала плечами, явно довольная собой, глядя на хаос в приемном покое.
— Так и есть, — сказала она, а затем отодвинула меня в сторону, когда привезли пустую каталку. — Но они просят меня помогать здесь, когда бывает много народу. Я слышала, тебя укусили.
— Меня? Нет, — тут же ответила я. — Это был кое-кто другой. Я ищу Трента. С ним все в порядке, но он приехал с человеком по имени Ли Саладан.
— Давай найдем его. — Стеф развернулась, и мы с Дженксом последовали за ней к небольшому столу, стоящему в стороне. Сидевший за ним мужчина взглянул на другую табличку, а затем расслабился, когда Стеф прошла за стойку и нашла больничный планшет. — С-А-Л-А-Д-А-Н… — пробормотала она, постукивая по всплывающей клавиатуре. — Нашла его. Мистеру Саладану была оказана помощь в связи с сильным укусом оборотня, но у него есть некоторые проблемы с передвижением, поэтому его направили на более глубокое сканирование. — Она поставила планшет обратно на зарядку. — Трент, вероятно, все еще с ним. Укус оборотня, да? Хорошо, что это не ведет за собой изменения.
— Паркер — злобная сучка, — сказал Дженкс, и его пыльца стала ярко-серебристой.
— Она и дерется-то нечестно, — добавила я, благодарная за то, что Ли попытался ее остановить. — О.В. привезли ее сюда на обследование после того, как она сбежала с места преступления и упала на автобус с балкона третьего этажа. Есть шанс, что ты сможешь провести меня к ней?
— Вторая половина этого кошмарного печенья «Орео»? — Стеф ухмыльнулась. — Не вижу причин для отказа. Она внизу. Я отведу тебя. У нас нет линии, нарисованной на полу, для этого.
— Внизу? — спросила я, проталкиваясь вперед, чтобы успеть за быстрым шагом женщины, когда она слегка помахала охраннику у двери. Я подняла больничное удостоверение, чтобы он увидел, но ему было все равно, его больше волновали оборотни, собравшиеся в углу. — Медпункт для нежити? Насколько сильно она пострадала?
— Дело не в том, как сильно она пострадала. Дело в том, что большинство этих людей здесь именно из-за нее.
— Точно. — Я потянулась за телефоном, но потом передумала. — Дженкс, не мог бы ты найти Трента и сказать ему, что я внизу, проверяю Паркер?
— Понял, Рейч. — Пикси умчался прочь, явно радуясь предлогу пошарить вокруг.
— О, и скажи ему, где я оставила машину! — громко добавила я, поскольку он был уже на полпути в коридор. Я оставила брелок на козырьке, так как его машина запиралась кодом, а не ключом.
— Да, да, да! — прокричал пикси, встречая удивленные взгляды тех, мимо кого он проносился.
— Я никогда не была в отделении интенсивной терапии нежити, — сказала я, когда мы со Стеф снова двинулись вперед. — Зато я видела их морг. Как там, мило?
— Вообще-то да, и сейчас здесь тихо. — Стеф остановилась у огромного лифта, множество колец на ушной раковине покачивались, когда она нажала кнопку «вниз». — У них лучше охрана, не говоря уже об отдельном входе-выходе, который не используется, пока светит солнце. Дойл настаивал. Как только исключат сотрясение мозга, он переведет ее в О.В..
И правда, я скрывалась от О.В. прошлой ночью у Трента, но Дойл не доставил мне никаких проблем на фестивале, так почему же он должен был сделать это здесь? Он хотел разобраться с этим делом так же, как и я, и, вероятно, позволил бы мне поговорить с Паркер, несмотря на то что его начальство хотело. Я думаю. Я должна была выяснить, кто этот маг.
— Извини за ожидание. Это специальный лифт, но они держат его внизу, — сказала Стеф, глядя на закрытые двери. Я не удивилась. Большинство неживых вампиров были покладистыми, но если вам попадался мерзкий вампир, и вам нужно покинуть территорию, вы бы не хотели ждать лифта.
Наконец раздался сигнал, дверь открылась, и мы вошли внутрь. Там была только одна кнопка, и Стеф нажала ее.
— Итак, — сказала я, когда двери закрылись и слабый запах неживого вампира защекотал мне нос. — Тебе нравится здесь работать?
  
— Да, — тут же ответила она. — Но постоянные меня не ценят.
— Из-за копоти? — спросила я, и она покачала головой.
— Нет. Я не так быстро, как остальные, произношу заклинания, но могу удерживать на тонны больше линейной энергии, чем они, и руководство считает, что я смогу подобрать то, что мне нужно. — Слабая улыбка дрогнула на ее губах. — Они называют меня малышкой-ведьмой.
Не совсем то прозвище, которое я бы оценила, но она выглядела счастливой, когда большие створки открылись, и она уверенно вошла в проход с низким потолком, где слабо пахло вампиром и красным деревом.