Демоны добра и зла (ЛП)

— Я не могу позволить себе поверить тебе, — сказала она, но в ее словах прозвучало сомнение, и мой пульс участился.
— Тогда, может быть, ты поверишь всем остальным, — сказала я, жестом указывая на Дэвида, который руководил действиями оборотней, чтобы держать всех на безопасном расстоянии.
На мгновение мне показалось, что она все понимает, пока ее глаза не сузились на мне.
  
— Почему Каламак просто стоит там? Ты хочешь, чтобы мы прокляли демонов? Ты окажешься в ловушке Безвременья так же, как и они.
— Э… — Я сделала шаг вперед, и ее лицо померкло, вернувшееся недоверие сделало его выражение жестким и неумолимым.
— Ты хочешь, чтобы мы наложили проклятие, — повторила она, подумав. — Почему?
Черт, она умна.
— Эм… — Я замялась, затем закричала: — Нет! Элис, подожди! — Когда она развернулась, ее черный плащ зашевелился.
«Ведро материнского гноя, неужели я не могу передохнуть?» подумала я, в бешенстве представляя себе круг вокруг нас обоих.
— Rhombus! — воскликнула я, поймав Элис в ловушку, прежде чем она успела добраться до бордюра. Женщина увидела, как он поднялся, затормозила и развернулась. Я застряла здесь вместе с ней, и единственным выходом было вырубить меня или разрушить сам круг.
— Элис, нам нужно поговорить.
Ее юные черты исказились от ненависти, она зарычала, а с рук капала энергия.
Задыхаясь, я обогнула машину. «Ал!» бросила я мысль демоническому коллективу. Дали явно не собирался мне отвечать, но Ал был там, если остальные согласились разделить боль его сожженных синапсов. Вскрикнув, я увернулась от очередного огненного шара. Схватив брошенный велосипед, я швырнула его в нее.
«Ты хоть представляешь…» пронеслось у меня в голове.
Это был Ал, и я с облегчением прижалась к нему.
— Stabils! крикнула я, проклиная Элис и одновременно бросая в нее отвлекающий шар расфокусированной энергии. Как и ожидалось, она сосредоточилась на светящемся шаре, и мое первоначальное шуточное проклятие попало ей прямо в грудь. Вскрикнув, она упала на тротуар некрасивой кучей.
«Ковен связан и готов проклясть нас», подумала я, хотя удивление Ала по поводу того, что я участвую в битве, потрясло меня.
«Шевелись», посоветовал он, и я поспешила скрыться из поля зрения Элис. Она все еще изрыгала латынь, и все, что она могла видеть, она могла и заклинать. «Слишком поздно, Рейчел», подумал он, когда лента раскаленной магии, вырвавшись из рук разъяренной женщины, ударила в землю на том месте, где только что была я, и превратилась в черный пепел. «Даже если бы ты одолжила свою силу, у нас не хватит сил, чтобы противостоять им».
«Вы только послушайте!» крикнула я демоническому коллективу, с досадой наблюдая, как огромный круг перед фонтаном начал пульсировать золотисто-фиолетовым цветом. «Дерьмо на тосте, солнце уже село», и горькие мысли Ала запятнали мое волнение.
«Слушай», подумала я, осматривая небо в поисках Биса, и ближайший демон в коллективе начал замечать наш полуприватный разговор. «Мы не можем остановить ковен. Их тысяча против наших трехсот. Но вам и не нужно. Они сами делают всю тяжелую работу. Обратите их проклятие обратно против них. Возьмите его и измените его цель. Изгоните их в реальность. Всех, а не только тех, кто крутит проклятие.» У меня сжалось нутро, когда Элис дернулась. Она разгадывала проклятие Stabils. В конце концов, это было всего лишь шуточное проклятие. «Обратите его всем до единого», подумала я, когда Элис встряхнулась и поднялась на ноги, волосы ее были в беспорядке, а черный плащ испачкан уличной грязью.
«Проклятие всему телу… Дали!» подумал Ал, и тут же исчез. Я осталась одна в своем сознании.
— Эй! — крикнула я, когда Элис врезалась в меня, и мы покатились. — Ой! — вскрикнула я, отдергивая руку, когда локтем ударилась о бордюр, и охнула. Я ничего не успела сделать, когда она обхватила меня за шею, а ее губы оттянулись назад от зубов, когда она влила в меня мощный поток линейной энергии. Я приняла ее всю, направив в круг, заключающий нас, чтобы сделать его сильнее.
— Ты не заслуживаешь Алькатраса, — прорычала она, сидя на мне, совершенно не обращая внимания на то, что я приняла все, что она могла выдать, и не ответила ей тем же. «Черт возьми, неужели Ал так себя чувствует?»
— Никто не заслуживает Алькатраса, — прошипела я, а затем подняла руки, чтобы разорвать ее хватку. Вывернувшись из-под нее, я встала на ноги. — Ты там была? — спросила я, глядя, как она беспокойно стоит передо мной, наблюдая за тем, как круг вокруг нас пульсирует от нашей общей энергии. — Возможно, тебе стоит осмотреться, прежде чем отправлять людей на остров.
Сзади раздался звон серебряного колокольчика. Это было начало проклятия. Элис в ужасе обернулась. Мой круг все еще держал нас обеих, и я ощутила прилив удовлетворения.
— Ли! Остановись! — крикнула она, подбежав к краю барьера и ударив по нему кулаком. От удара ее отбросило в сторону, и она вскрикнула, когда ее задница снова приземлилась на тротуар.
— Si Peccabus poenam mers! — с восторгом воскликнул Ли, за которым стояли все ведьмы Цинциннати, вызывая магию, связывающую демонов с Безвременьем.
И когда круг на площади Фонтанов начал светиться от их общей воли, из глубин моего сознания поднялся громовой рев отрицания.
«Pacta sunt servanda!» воскликнул Дали в моих мыслях, и я пошатнулась, когда демоны в один голос подхватили волю целого города ведьм… и медленно обратили ее к желаниям демонов.
— Трент! — крикнула я, когда круг ведьм вспыхнул внезапной чернотой. Это было заклинание демонов, которое теперь было повернуто по их воле и висело перед ведьмами, пока еще никем не вызванное. Собравшиеся ведьмы как одна ахнули… и когда первая из них сорвалась с места и побежала, заклинание сработало.
— Ложись! — крикнула я, почувствовав облегчение, когда защитный круг Трента вспыхнул на мгновение раньше круга Квена.
Круг на площади Фонтанов вырвался наружу с грохотом сотрясая здания. Задыхаясь, я понеслась к Элис, притягивая ее к себе и ставя для нас обеих второй защитный пузырь. Женщина вскрикнула, сопротивляясь, я крепко сжимала ее, почти задушив, когда на мир обрушилось проклятие, преобразованное демонами, пронесшееся по планете и озарившее атмосферу черным северным сиянием. Я стиснула зубы, когда проклятие настигло меня с ощущениями, похожими на уколы личинок. «Только не я», подумала я, крепче прижимая к себе Элис, и оно растворилось и распалось, оттолкнувшись от моего круга.
Оно обошло меня стороной.
С удивлением я поняла, что действительно являюсь демоном. Все, что было во мне ведьмой, исчезло. Я быстро моргнула, чтобы осознать реальность, но когда подняла глаза, заклинание, изгоняющее ведьм в реальность, все еще висело в атмосфере, мерцая черно-золотым светом с первыми звездами, проглядывающими сквозь него, как бриллианты.
— Боже мой… это прекрасно, — прошептала я, когда заклинание начало исчезать.
— Отвали! — закричала Элис, и я отдернула руки при первом же намеке на покалывание энергии лей-линии. Она впечатала локоть мне в живот и развернулась на месте. — Опусти свой круг, — приказала она, и я опустила. Он мне больше не был нужен.
Элис отвернулась от меня и с изумлением уставилась на площадь. Крики ужаса и страха эхом отдавались в людях, которые поднимались на ноги, становясь пепельными, поскольку чувствовали, что проклятие поселилось глубоко в их душах. Кто-то рыдал, кто-то злился, но большинство бежало, продираясь сквозь дыры в сети О.В…, как рыба.
Ли стоял, словно в шоке, а вокруг него стояли те, кто поддерживал ковен моральных и этических норм. Не обращая внимания на выкрикиваемые вопросы, он направился к самому густому скоплению агентов О.В… Я не чувствовала победы, только усталое принятие.
  
— Вы отразили его, — сказала Элис. У нее не было рвоты или шока, как у остальных ведьм, и я подумала, не обошло ли заклинание ее стороной, ведь в то время она была в моем кругу. — Вы обратили его против нас и вернули обратно, — повторила она, глядя на свои руки. — Как? Вы не могли… Ли сказал, что вас осталось всего три сотни.