Демоны добра и зла (ЛП)

Он моргнул, поняв, что я имею в виду.
— Отскочит назад, и ведьмы будут изгнаны в реальность. Они больше не смогут перейти в Безвременье, стоя в линии. — Он напрягся, в его взгляде появилось коварство. — Элис — твоя.
Я притянула его к себе, вдыхая его воздух в последний раз. Мои глаза закрылись, и я отправила свои мысли обратно в коллектив, даже когда губы Трента встретились с моими.
  
«Дали! Поговори со мной, ты, коротконогий, хлыстохвостый полуночник мертвой земли!»
А потом Трент отодвинулся, и наши губы разошлись, когда фиолетово-красное заклинание врезалось в грузовик «Добрые Земли».
— Давай, — сказала я, когда кофейные зерна посыпались вниз, а его руки ускользнули.
Кивнув, он двинулся вперед, разрывая круг защиты, когда проходил через него. Его губы беззвучно шевелились на латыни, когда он присоединился к Квену, а с пальцев стекали маленькие трели силы.
«Хорошо, Элис. Урок первый. Не зли демона».
  
Глава 30
 
— Морган! — Дэвид окликнул меня с другой стороны площади, и я обернулась, челюсть отвисла, когда я увидела, как на меня летит клубок неизвестно чего.
Я снова бросилась, на этот раз на улицу, чтобы отвлечь Элис от Ли. «Rhombus», подумала я, укладываясь на тротуар и укрываясь под своим наспех созданным кругом. Ее заклинание ударило с грохотом и треском, ударившись об асфальт и пытаясь найти путь внутрь, и закончило свое действие, когда Элис двинулась вперед.
Присев, я смахнула волосы с лица, ожидая, пока ее заклинание рассеется. Возрастала вероятность того, что я недооценила ее. Она явно была на взводе, а ее длинные волосы представляли собой черный ореол расфокусированной энергии. Позади нее О.В. протискивалась на площадь, чтобы обеспечить безопасность Ли и остальных членов ковена. Дэвид продолжал отгонять людей и следить за мной, а Трент накладывал заклинание за заклинанием, отвлекая внимание, пока Ли организовывал тех, кто остался.
Элис не смогла бы помочь им в создании проклятия, но все, что требовалось от Ли, — воля многих ведьм Цинци. Именно они должны были привести заклинание в действие, и меня охватило волнение, оттеняемое тревогой. «Дали!» крикнула я в эфир. «У меня есть идея!»
Но он проигнорировал меня, и я поднялась, когда заклинание Элис окончательно развеялось. Энергия моего круга пролилась на меня, как дождь, когда я вырвалась из него, и я, стуча каблуками, понеслась к улице, не спуская с Элис глаз.
— Элис, не подпускай ко мне Морган! — крикнул Ли. — Не слушай ее. Все, что она говорит, — ложь.
— Я опережаю тебя, старик. — Шаги Элис оставляли светящиеся следы, когда она шла за мной по улице, ее юные черты лица исказились от гнева. — Морган, ты убила моего учителя, и я привлеку тебя к ответственности!
За ее спиной на площади Фонтанов вырос круг, сначала тонкий, а потом все более крепкий: ведьмы Цинциннати возвращались. Воодушевленные обещанием защиты О.В. и возможностью изгнать демонов из своих кошмаров, они выходили из теней переулков и витрин магазинов.
Но простить их было легко. Когда-то я тоже боялась демонов. И до сих пор боюсь.
— Сражайся со мной! — воскликнула Элис, и я беспомощно взмахнула руками, крепко вцепившись в лей-линию.
— Я не убивала Вивиан, — сказала я, спотыкаясь на обочине. — Она была моей подругой.
— Сражайся и умри, — прошептала она, голос ее был подобен льду. — Или ты просто умрешь.
— Элис… — Задыхаясь, я бросилась под защиту машины. Энергия расколола воздух, и я вскрикнула, когда ее заклинание попало в машину. Открыв рот, я упала на задницу, глядя на то, как красные и пурпурные нити пронеслись над машиной, и она начала трястись. Она дребезжала и стонала, а потом прогнулась внутрь. Я потрясенно наблюдала за тем, как она разваливается на куски размером с баскетбольный мяч. Воздух, пахнущий бензином и маслом, растрепал мне волосы, и я обнаружила, что сижу на влажном асфальте, и между нами ничего нет, а маленькие струйки энергии проносятся над разбитой машиной и исчезают. «Святое дерьмо на тосте, чему они учат этих детей?»
— Ли убил Вивиан, — сказала я, затем вскочила на ноги и одновременно метнула шар расфокусированной энергии навстречу ей. — Он сделал это в моей собственной церкви, чтобы скрыть свою вину!
— Ты лжешь! — крикнула она, когда наши энергии с шипением столкнулись друг с другом. — Ты — лгунья!
— Тогда почему он не позволяет никому взять образец пентаграммы? — Я отошла от тлеющей машины. Из нее все еще доносились небольшие звуки, слышимые поверх руководящих криков Ли в кругу. — Почему он скрывает улики, Элис?
— Потому что ты ее испортила, — сказала она, когда из круга раздались первые песнопения. Они начинали собирать силу. А когда зайдет солнце? После этого они совершат проклятие.
— Ты — темный практик, — сказала она. — Ты — демон!
— Я — демон. — Дойдя до центра улицы, я остановилась. Именно здесь она была мне нужна, и я больше не отступлю. — Но я не обманывала Вивиан, заставляя ее сделать второе кольцо чакры. Подумай, Элис. У меня уже было одно. Зачем мне еще одно? Она была моим другом, и единственное мое преступление в том, что я не поверила, что она сможет защитить меня от вас всех. Может, если бы я поверила, она бы не доверилась Ли.
— Ты — демон. Я никогда не поверю ни одному твоему слову. — Смущенное выражение лица исказилось от душевной боли, и Элис бросила еще одно заклинание.
Я отклонила его вспышкой силы, но моя уверенность пошатнулась, когда оно ударилось о фонарный столб и покатилось к автобусу. В нем были люди.
«Боже мой», подумала я, вспомнив о разбитой машине.
— Detrudo! — крикнула я, представляя себе огромный пузырь силы под автобусом. Я не успела дотянуться до заклинания, но смогла сдвинуть автобус с места, и он с чавканьем и стоном величественно встал на правые колеса… и медленно завалился. Пение в кругу стихло, когда автобус с ужасающим треском ударился о тротуар, но заклинание Элис пронеслось сквозь пустое пространство и попало в чахлое уличное дерево.
Девушка с белым лицом смотрела, как взрывается тонкий ствол, и я пригнулась, чтобы избежать щепок и веток, разлетающихся как шрапнель.
— Тебе нужно перестать бросаться этим дерьмом, — сказала я, пошатнувшись, когда желтые горящие листья посыпались вниз и закружились вокруг моих ног. Из автобуса доносились крики о помощи, но пассажиры были живы, в худшем случае отделались синяками. Элис жаждала крови. Ее не волновала правда, только ее боль. Она двигалась от горя, а не от настоящей ненависти, и я это понимала.
— Вивиан была моим другом, и мне будет ее не хватать, — сказала я, задыхаясь от душевной боли, вызванной ее потерей. — Ты делаешь именно то, чего хочет Ли, — добавила я, когда вокруг меня закружились светящиеся угольки красных и желтых листьев. — Если ты сбросишь меня, никто не сможет противостоять ему. Он захватит этот город в ущерб всем, кто в нем живет. Вот почему он убил Вивиан. Вот почему призрак Вивиан напал на него. Она здесь. Все еще в моей церкви. Спроси ее.
Элис не двигалась, ее внезапная неуверенность была очевидна. То ли мои слова наконец дошли до нее, то ли до нее дошло, что я уберегла целый автобус людей от ее смертоносного заклинания. Она облизала губы и посмотрела на Ли, явно неуверенная в себе.
— Ты видела ее? Ты видела ее призрак? — спросила она, и я кивнула, не ослабляя хватки за лей-линию.
— Она была зла, когда умерла, ее предали, и она была достаточно зла, чтобы остаться в этом мире. Мне следовало показать ей проклятие, когда я его нашла, — сказала я. — Но я боялась, что она подумает обо мне, а у меня не так много друзей, чтобы их терять. И я все равно ее потеряла. — Я тяжело сглотнула, мое горло сжалось. — Пожалуйста, не позволяй своему горю дать Ли то, что он хочет. Я знаю его с десяти лет, и он эгоистичный, манипулирующий, жестокий ублюдок, до самой глубины души.
  
Элис снова полуобернулась к площади, красно-фиолетовая дымка на ее пальцах дрогнула.