Дареная истинная. Хозяйка лавки «С огоньком» (СИ)

— Клотильда уже все уши прожужжала, — всхлипывает Улька, закрывая лицо руками. — Что делать-то будем? К вечеру темнеть начнет…
Да уж… ситуация. Хотя…
— Погоди, Улька. Ты же говорила, что это дом свечного мастера?
  
Глава 10
 
Должен же быть выход какой-то? Я, конечно, понимаю, что городок небольшой, расположен, считай, на полуострове, к которому особо нет путей. Но чтобы вот так оставить всех жителей без нормальных свечей?
  
— Да я уже все возможные места для хранения обыскала, — тяжело вздыхает Улька.
— Ладно, готовых нет, а запасы воска? Есть? — спрашиваю я.
Если все есть, то криво-косо, но уж извернемся сделаем. Придумаем что-то. К тому же дракон просил “нормальные” свечи, а не “красивые”.
Улька удивленно смотрит на меня, явно не успевая за ходом моих мыслей.
— Идем искать, — я вытираю руки и ободряюще деловито улыбаюсь.
Наверное, мой вид совсем не соответствует безвольной игрушке дракона, но уж как есть. Я не привыкла опускать руки. Тем более не тогда, когда это может дать Клотильде повод насладиться унижением других.
— А, — спохватывается Марта, когда мы уже почти выходим из кухни. — Вот, держи. Птичке твоей.
Она достает небольшой сверток и протягивает мне.
— Спасибо, — улыбаюсь я ей.
Руди точно будет рад. Но вот что с его раной делать, я пока не придумала…
Мы проходим во флигель, я по дороге забегаю к сове оставить еду. Он довольно ухает и сверкает на меня своими глазищами. “Вкусно пахнет”, — произносит Руди, хватает еду и отворачивается.
Ну, конечно, можно было и спасибо сказать, но будем считать, что у кого-то с воспитанием беда.
Мы с Улькой идем дальше вдоль коридора флигеля, мимо комнаты, в которой меня хотела поселить Клотя (я вообще не понимаю, откуда здесь эта спальня), нескольких явно подсобных помещений к прочной дубовой двери с латунной ручкой.
— Это мастерская старого мастера, — говорит Улька, поворачивает два раза ключ в замке и, уперевшись обеими пятками в пол, с трудом открывает дверь.
Петли противно скрипят, и я поспешно оглядываюсь, не услышала ли кто. Клоти тут еще не хватало.
В нос бьет застоявшийся запах воска и пыли. Небольшое помещение тонет в полумраке: только через два узких окна под потолком пробиваются косые лучи света. Улька чиркает огнивом и зажигает прихваченный с собой огарок сальной свечи. Надо бы мне тоже научиться пользоваться им.
Осматриваюсь.
Большой очаг с вмурованным котлом. Над ним железная перекладина с крюками, видимо, для подвешивания дополнительных котелков. Вдоль стен длинные столы с желобами для форм. Сами формы... Я подняла одну, стряхнув паутину. Жестяные, конусообразные, чуть позеленевшие от времени, но вполне целые. Штук сорок наберется.
В углу лежат катушки с фитильным шнуром. Не удерживаюсь, проверяю: хлопок, не истлел, можно использовать. Тут же свалены деревянные рамы для натягивания фитилей и формы поменьше и покороче, для свечей попроще.
— Ты в мастерской не проверяла же? — оборачиваюсь к горничной.
Она стоит со свечкой, ежится, как будто ей тут страшно, мотает головой.
— Свечной мастер, говорят, с темными силами дело имел. У него одного свечи в городе хорошо получались, другие мастера плюнули, да и уехали, — говорит Улька.
— Но свечи-то вы не боялись его использовать.
— Свечи — то уже готовое. А вот когда он все это тут делал… Это другое.
— Ладно, — я лезу в ближайший сундук, чтобы проверить, что в нем. — Думай о том, что мы ищем готовое. Мастер тут, похоже, давно ничего не делал.
— Нет, конечно, — Улька скованно, как заржавевший робот, подходит к другому сундуку и тоже открывает его. — У него как сын пропал на нашей мануфактуре, так он все свернул и уехал. Клотильда еще при нем экономкой была. Они с бывшим нотариусом часть свечей продали, чтоб спокойно жить. Потом господа покупали их у купцов или заморских, или из столицы. А в этом году ни купцов не было, ни свечей.
Странно это. Пытаюсь припомнить, что такого в городке произошло. Изоляция для такого крошечного городка — считай, смерть. Но ничего не могу вспомнить: Марику и ее сестру почти не выпускали за пределы приюта.
А теперь, получается, дракону, то есть Роуварду, отдали пустующий дом вместе с прислугой. Да еще и на окраине, чтобы поменьше знал и видел.
Я еще раз осматриваюсь, и мне на глаза попадается небольшая дверца в задней стене. Кладовка? Налегаю плечом — поддается!
— Улька, на первое время ты спасена! — торжественно произношу я. — И есть немного запасов, чтобы сделать еще небольшую партию. Но… Ты права, надолго не хватит. Надо думать…
— Ох, да что там думать! — Улька тут же хватает штук пять свечей и прижимает к груди, как самую большую ценность. — Готовиться надо. К гневу дракона и воплям Клотильды.
— Посмотрим, — я окидываю помещение уже профессиональным взглядом и испытываю что-то вроде азарта. Потому что в голове потихоньку начинает зарождаться план.
Мы закрываем мастерскую, но я прошу у Ульки ключ, обещая, что попробую из тех остатков, что есть, сделать еще несколько свечей. А заодно посмотрю, что за котлы тут и насколько удобен очаг.
Довольная горничная, кажется, сейчас душу готова мне отдать за то, что я ей нашла эти свечи.
— Улька, а в доме есть библиотека? — решаю я спросить, пока она в хорошем настроении и не так дрожит при мысли о Клоте.
— Не знаю, — пожимает плечами девушка. — Я видела книги в комнате на втором этаже и в кабинете у его величия. Не был старик любителем почитать.
Вот тут мне, похоже, не повезло… Мне не нравится то, что предлагает мэр. Но если у него есть варианты снять метку, то, возможно, есть и другие, обходные пути. Я попробую посмотреть тут книги, но, скорее всего, мне надо будет в библиотеку в городке. Ее создали при мануфактуре для тех, кто хочет учиться, и там же держат архив.
Но есть два важных условия: надо вырваться в город, но так, чтобы мэр не узнал. Этот слизняк точно сразу что-то заподозрит. А мне пока что надо делать вид послушной девочки.
— Вот ты где! — мне в спину летит возмущенное шипение Клоти. — Его величие вернулся и требует тебя в столовую. Шевелись, не хватало, чтобы у него еще хуже стало настроение.
Еще хуже? А такое возможно?
Вздыхаю и направляюсь в столовую. Интересно, в присутствии дракона меня так же будут кормить вчерашней кашей с комочками?
Но когда я захожу в помещение, я понимаю, что там никого нет. Только на спинке одного из стульев висит перекинутый камзол Роуварда.
Перед глазами сразу же всплывает то, как дракон прячет мазь во внутренний карман. Оглядываюсь: никого. И звуков никаких.
Страшно. А сове нужна мазь. Немного совсем, у него же ранка-то крошечная, но что, если она начнет гноиться?
Нервно кусаю губу, сомневаясь. Хоть считалочкой считай. Эники-беники…
Была ни была! Почти бегом подхожу к камзолу, но только успеваю протянуть к нему руку, как раздаются гулкие тяжелые шаги…
  
Глава 11
 
Я резко отдергиваю руку и отступаю на шаг, сердце колотится как бешеное. В столовую входит Роувард, и его взгляд мгновенно впивается в меня. По спине бегут мурашки. Он что-то заподозрил?
— Что-то интересное в моем камзоле? — его голос обманчиво спокоен, но в глазах мелькает нечто опасное.
— Я... — делаю еще шаг назад и судорожно ищу оправдание, — просто хотела потрогать ткань, ваше величие. Я никогда не видела столь изысканной ткани…
Дракон прищуривается, глядя на меня, и наклоняет голову набок. В его взгляде удивление сменяется недоверием:
— Ты боишься, — произносит он.
  
Он не спрашивает, а утверждает. И это было бы нормально и логично, если бы он не добавил продолжение:
— Я не про то, что ты боишься меня как дракона или своего хозяина, — говорит Роувард, делая шаг ко мне. — Ты боишься конкретно сейчас. Из-за того, что собиралась сделать.
Черт. И что… Что я должна сказать?