Мальн. Духи и Жертвы

Гелиен кивнул. Если смерглу в самом деле небезразлична судьба Кристана, то ему придется сотрудничать.
Они покинули укрытие и приблизились к алтарю.
В этот раз Катан не стал привычно ухмыляться. Его красивое, будто выточенное из мрамора лицо исказилось в гримасе неистовой ярости, явив окружающим душу. Израненную и уродливую. В его глазах заполыхало яркое изумрудное пламя, и Алвис прищурился.
– Что ты натворил? – закричал Катан, и его ледяной голос эхом прокатился по берегу. Вокруг запульсировала сила, столь свирепая и убийственная, что каждый прочувствовал ее на себе. Мантия на его плечах стала напоминать густой черный туман, а затем в Гелиена полетело теневое копье. Гел молниеносно среагировал, сотворив в ответ теневую стену.
– С ума сошел?
– Говори, что ты сделал! – Катан посылал все новые и новые копья, но Гелиен отражал каждый удар.
Остальные смерглы бросились в атаку, но Арэя опередила их и выставила щит.
– Возвращаемся к тому, с чего начали? – Бледные губы главного советника Катана нагло изогнулись.
Кристан тем временем схватился голыми руками за огненные нити, которыми были скованы воины и старейшины. Его магия с легкостью разрывала магические оковы, точно тонкие волоски. Освобожденные немедленно вступили в схватку со смерглами. Но пленных было очень много, а Кристан – один.
Алвис и Стейн подались вперед, но Арэя закричала:
– Нет, брат, стойте рядом!
– Я не могу оставаться здесь, когда мои воины сражаются.
– Ты не старейшина. И ничего не сможешь сделать.
Алвис посмотрел по сторонам. Бой действительно вела горстка магов, а воины лишь умело отвлекали на себя смерглов, позволяя старейшинам наносить удары при помощи своей магии. Однако многие из них уже попали под темные чары врагов. Ран видно не было, и Алвис не понимал, живы эти мальны или нет. Он замечал, как невидимые силы обвивают тела воинов одного за другим и пригвождают руки к бокам, не позволяя вырваться из оков.
Неподалеку Гелиен по-прежнему сражался с королем смерглов. Их мощные тела дрожали от напряжения и ярости. От каждого их столкновения происходил такой всплеск силы, что если бы не щит Арэи, то их всех уже опрокинуло бы на землю. Катан больше не использовал тьму, и теперь в Гела летели яркие вспышки от явно неведомых ему заклинаний. Он успевал лишь парировать удары и не переходил в атаку. Гелиен не лукавил: во владении магическими искусствами он не соперник Катану.
– Послушай меня, – выкрикнул Гелиен, отражая новый выпад. – Духи не приняли Кристана!
Но Катан, казалось, обезумел. Он не желал слушать.
Алвис снова осмотрелся, а затем перевел взгляд на Стейна и Райю, и они кивнули друг другу. Тален не стал ждать и бросился на помощь Хэварду.
– Прости, сестра. Если останусь здесь, то потеряю право зваться мальнийским воином.
От ужаса на ее лице живот Алвиса скрутило узлом.
– Алвис!
– Не переживай, у меня есть это. – Он показал темный кинжал Кьелла, который все это время висел на поясе.
Они со Стейном и Райей пустились в гущу сражения. Алвис двигался так быстро, насколько позволяла способность, и выбирал мишенью только тех смерглов, которые нападали на юных воинов. Он наносил удары кинжалом быстрее, чем противник успевал среагировать в ответ.
Внезапно мальны на мгновение замерли и пустились бежать во все стороны, когда земля заходила ходуном. Алтарь содрогнулся, по ступеням потянулись трещины, и мраморный массив раскололся пополам. Алвис мельком взглянул на мост, который с минуты на минуту мог с грохотом обрушиться в воду.
От быстрого бега и постоянной тряски он потерял равновесие. Вдруг что-то невидимое отбросило его в сторону, отчего он выронил кинжал в ущелье. Пробормотав ругательства, он попытался подняться, но тут из недр земли выползло щупальце. Под оглушающий рев Алвис схватился за копье и, пригнувшись, чтобы склизкая конечность не задела его, отсек ее.
– Сзади! – раздался голос Стейна.
Темный кинжал просвистел совсем рядом и устремился в стоявшего у него за спиной смергла, который руками чертил в воздухе какую-то дугу. Кинжал угодил прямо ему в голову, скрытую под капюшоном. Укутанное в черную мантию тело распласталось на земле, корчась в предсмертных судорогах. Через мгновение смергл затих, кожа на его руках посерела, начала сохнуть и гнить.
  
Смерглы не знали пощады и убивали без колебаний. От земли, из самых глубин, доносился дикий рев, и поверженные мальны падали и исчезали в темных недрах.
К этому времени Стейн уже покрылся потом, у Алвиса волосы прилипли ко лбу, а рубашка под костюмом – к груди.
Черты лица Стейна исказила ярость, когда между ними пробежала трещина. Она расходилась все шире и шире, пока земля вовсе не ушла из-под ног. Повсюду раздавались крики боли, стоны и яростные ругательства. Арэя отскочила в сторону, едва успев удержать щит, который пыталась растянуть, чтобы защитить как можно больше воинов.
Алвис повернулся к Стейну, но его нигде видно не было. Буквально секунду назад он стоял напротив него, а трещина… Внезапно Алвис не просто потерял способность быстро перемещаться, он не мог даже двигаться, все его тело словно оцепенело. Краем глаза он заметил смергла, который его обездвижил, – тот готовился нанести удар, но Алвиса это не волновало. Разум полностью захватили мысли о Стейне и пустоте, в которой он исчез. Леденящий ужас захлестнул его от осознания того, что другу некому помочь. Алвис рычал, но руки и ноги отказывались повиноваться, а по всему телу растекалось жжение.
Тут к краю трещины примчалась Райя. Она выглядела так, будто собиралась совершить… прыжок. Тот самый прыжок, который восемнадцать лет назад помешала сделать Стейну Арэя. Но Райя не прыгнула – она легла у края пропасти и потянула любимого за руку, вытаскивая его наверх. Они повалились на землю, переплетясь телами друг с другом.
Алвис почувствовал, что снова может двигаться. Он обернулся и благодарно кивнул Талену, под темным клинком которого пал смергл, а потом стал озираться по сторонам.
Повсюду царил хаос. Пространство вокруг сотрясалось от криков и магической силы. Мальны и смерглы расосредоточились по всему берегу и намного дальше – армиям не было видно даже конца. Стейн и Райя куда-то исчезли. Кристан стоял рядом с близнецами, и они все прикрывали и защищали друг друга, сражаясь бок о бок. Непостижимым образом Кристан избавил мальнийских воинов от огненных оков. Неподалеку бился Хэвард, чья магия разила врагов наравне с темным клинком. Алвис по-прежнему старался не думать о погибших и тех пленниках, которым не успел помочь сын.
Землю в очередной раз тряхнуло так, что Алвис рухнул на колени, удержав вес тела ладонями, чтобы не пробороздить носом почву. Рядом мелькнула магическая вспышка, и Алвис начал искать взглядом детей, но увидел Гелиена.
Глаза Гела потемнели от ненависти, пока он смотрел, как разверзается земля и как растут и ширятся трещины, смотрел на огромную пропасть в нескольких сантиметрах от любимой… И тогда он яростно закричал:
– Убив меня, ты погубишь сына! А если не прекратишь все это, умрет и она!
Катан отшатнулся, словно правда наконец-то дошла до его сознания, но заклинание уже полетело в Гелиена. Не в силах отразить удар, он отскочил в сторону, и заклинание врезалось прямо в щит Арэи, которая с трудом удерживала его от нескончаемых атак смерглов. Пробив щит, темная магия попала ей в грудь, и Арэя на мгновение застыла. Она издала один-единственный сдавленный хрип.
И…
…упала на землю.
– Нет! – вместе с Гелиеном закричал Алвис.
Дико. Отчаянно.
Соорудив теневой мост, чтобы преодолеть пропасть, Гелиен бросился вперед, но Алвис был ближе. Он быстро добежал до места, где упала Арэя, и опустился на колени. Только он собрался взять ее на руки, как Гелиен оказался рядом и, оттолкнув его, прижал жену к себе. Он всматривался в ее лицо, его глаза пылали одновременно и яростью, и нежностью.
– Арэя!
Гелиен попытался встряхнуть жену, но ее голова лишь пугающе откинулась в сторону.