Мальн. Духи и Жертвы

Откинув за спину длинные серебристо-белые волосы, Алира проигнорировала взгляд отца и сразу посмотрела на остальных детей.
Кристан с дразнящим блеском в глазах выступил вперед.
– Ну здравствуй, колючка.
Алира скривила губы и, вплотную приблизившись к нему, указательным пальцем приподняла его подбородок.
– Не в этой жизни, Кристан.
Ларен вскипел от гнева.
Конечно, все северянки отличались необузданным характером, но своеволие дочери переходило всякие границы. Алира на дух не переносила Кристана и Дана, хотя ее отношение по большей части было связано тем, что мальнийское происхождение парней не позволяло ей вызвать их на тренировочный поединок и преподать урок, который она любила демонстрировать всем своим сверстникам. Алира владела мечом не хуже любого аланского мужчины. Разумеется, Ларен нанял ей лучшего учителя из южных земель, но даже самый искусный людской воин не мог сравниться с мальном, и дочь это злило.
Ларен обуздал свой гнев. Не пристало проявлять его при гостях.
– Я бы хотел на рассвете прокатиться за городом, по берегу Сапфирового моря, – сказал Кристан, когда все расселись за столом.
– Конечно. Алира, сопроводишь гостя? – Ларен бросил на дочь предупреждающий взгляд.
– Конечно, отец, – прошипела она, заметив все тот же дразнящий блеск в глазах Кристана.
– Дан, ты с нами? – Он покосился на брата.
– Не-е-е-т, – протянул один из близнецов. – Я так рано не проснусь.
– Хаук?
Но тот лишь усмехнулся и покачал головой.
– Я бы с удовольствием, брат, но ты обычно ездишь слишком далеко за город. Подобный путь по силам лишь алантцам или мальнам, а я не горю желанием превратиться в сосульку.
Эймунд и Виктория кивнули, хотя сын Литы как раз таки прекрасно переносил самые лютые морозы благодаря крови ледяного народа. Но Эд, очевидно, не желал разлучаться с любимой даже на секунду. Он как зачарованный смотрел на миловидное лицо с россыпью обворожительных веснушек.
Дети продолжали о чем-то беседовать между собой, а взрослые неловко молчали. Гелиен постоянно поглядывал на сына. Его лицо оставалось непроницаемым, но глаза то и дело вспыхивали звездами, и в них угадывалась душевная боль и тоска. Его мысли явно были далеко не здесь.
– Гел, – нарушил тишину Финн. – Вы получали сообщения от Дартхолла и Солнума?
Гелиен нахмурил брови, и его взгляд сделался еще более мрачным.
– Да, они просят аудиенции, но мне сейчас не до визитов иноземных гостей.
Финн и Эрик переглянулись друг с другом. Гелиен это заметил.
– Я знаю, чего хотят дартхоллцы. В остальном им не о чем переживать. Я не потребую исполнения клятвы на крови.
Финн кивнул. Хотя донесли ли до короля Мальнборна, что как раз присягнуть ему на верность дартхоллцы были далеко не против? Как, вероятно, и королевство Солнум, которое опасалось близости Сумеречных земель.
Казалось, что вечер так и пройдет на неловкой ноте, но Эрик смог переключить разговор в менее формальное русло, и через некоторое-то время даже чересчур мрачный мальнийский король начал улыбаться.
– …и они буквально приносят Эда и Хаука на руках, а тем и шестнадцати еще не было! Финн после этого решил серьезно проверить, кого пускают в питейные заведения. – Эрик рассмеялся глубоким, раскатистым смехом.
– Полагаю, титул наследного принца все же сыграл ключевую роль, дядя, – ухмыльнулся Эймунд.
– Я намекнул Финну заодно проверить и бордели, – подмигнул Эрик.
– А кто тебе сказал, что мы там еще не были? – спросил Кристан, непринужденно отпив из бокала.
Девушки за столом чуть ли не одновременно кашлянули.
– Кристан, – осек его Алвис.
Но Кристан лишь сверкнул глазами, изобразив невинную улыбку, а затем сделал вид, что запечатал губы.
Уже поздним вечером, после очередной неловкой паузы, Ларен понял, что пора расходиться. Он думал, большинство гостей не останутся в Аланте, но, к удивлению, все приняли его приглашение. Но когда взрослые удалились, дети так и продолжили сидеть за столом.
* * *
На следующий день Ларен решил сопроводить Кристана, узнав, что король Мальнборна собирается ехать с ним.
  
Утро выдалось немного облачным, по-северному морозным, а с неба падали редкие снежинки. Гости укутались в алантские плащи с меховыми воротниками, но Гелиен все равно поежился от пронизывающего утреннего холода.
– Отлично, тогда я на тренировку, – сказала Алира, потерев руки, как только услышала о намерениях отца.
– Ты едешь с Кристаном, – хрипловато объявил Ларен.
– Отец, разве тебя недостаточно?
– Мальны наши гости, поэтому прояви учтивость. Если не можешь, вспомни, чем мы обязаны им, и постарайся быть благодарной.
Алира с силой втянула носом холодный воздух.
– Я всегда буду помнить, отец, как и ты. И ничего не имею против мальнов, просто не выношу этого самовлюбленного индюка!
– Ты не выносишь его только потому, что, когда вызвала Кристана на поединок, оказалась на спине уже через несколько секунд, – поддразнил Ларен.
Алира явно хотела что-то возразить, но промолчала.
Гелиен долго восхищался красотой алантских лошадей, и, пока он поглаживал животное по морде, Кристан уже взобрался на кобылу и рванул вперед. Алира устремилась за ним.
Гелиен поспешил сесть на лошадь, и Ларен неторопливо последовал его примеру.
– Не волнуйся, Кристан знает эти места, он не заблудится.
– Не подумал бы, что он так любит…
– Холод? – с улыбкой спросил Ларен, устроившись в седле. Лошадь перебирала ногами по дорожке, присыпанной свежими белыми хлопьями.
– Да, – сглотнул Гелиен.
– Мне кажется, Кристан любит не столько холод, сколько вид бескрайних снежных дюн. Эти просторы завораживают его. А еще ему нравится любоваться голубыми ледниками и волнами Сапфирового моря. Он любит свободу. Полагаю, песчаные дюны Солнума придутся ему по вкусу не меньше. Я слышал, он собирается наведаться с визитом и туда.
Гелиен помрачнел и отрешенным взглядом уставился на обледеневшую стену дворца, на сверкающей поверхности которой отражались краски рассвета. Его дыхание вырывалось слабыми белыми клубами.
– Не сочти за грубость, но теперь я лучше понимаю его стремление к свободе, хоть и не знаю всего. – Усилием воли Ларен погасил нарастающую тревогу за Кристана. – Вы ведь неспроста его прятали.
– Сыну угрожает опасность. Он боится, что нам не удастся спасти его, поэтому мы здесь. – Гелиен по-прежнему не смотрел на него. Он стряхнул снежинки, мягко опускающиеся на плечи.
– Мы можем чем-то помочь? – скорее из вежливости спросил Ларен, понимая, что если уж мальны пребывают в отчаянии, то люди тут явно бессильны.
– Нет, но спасибо.
Ларен догадывался, что Гелиен так ответит, поэтому просто добавил:
– Я понимаю, что ты чувствуешь. Пусть и на один миг, но я подумал, что могу потерять Аделу и нашу новорожденную дочь… Я буду молиться духам, чтобы и у вас все обошлось.
– Молись кому угодно, но только не им. – Гелиен наконец-то посмотрел на него своими потусторонними черными глазами и перешел на рысь. Даже в тот момент, когда свечение мальна практически померкло, его нельзя было спутать с человеком. Сила, что ощущалась в нем, буквально давила на кожу.
Казалось, Гелиена не особо интересовали улицы города, на которые уже стекались толпы людей в белых и голубых одеждах. Он практически не оглядывался по сторонам, а когда они миновали окраину города, лишь мельком взглянул на безукоризненно ухоженные и очищенные от снега коттеджи с белоснежной, местами голубой отделкой. Во дворах в изобилии стояли снежные статуи, вырезанные столь искусно, что не уступали дворцовым. Здесь не наблюдалось такого буйства красок, как в том же Дартхолле, поэтому Аланта и Мальнборн чем-то были похожи. Алантцы и мальны не любили всей этой пестроты ни в убранстве, ни в одежде.
Лошади неслись по укутанной белым ковром равнине, где то тут, то там мелькали островки снега, пока Кристан не остановился на берегу Сапфирового моря. Они с Алирой спешились. Ларен и Гелиен приблизились, но остались сидеть верхом. Кристан закрыл глаза и подставил лицо ветру. Даже король Мальнборна застыл в восхищении.