Мальн. Духи и Жертвы
Когда Стейн вошел в комнату, она стояла спиной к нему и слегка крутила головой, словно осматривала хорошо знакомые ей покои, оформленные в темных тонах. В отличие от отца, Стейн давно переделал интерьер и заменил мебель. Даже распорядился, чтобы здесь разрисовали потолок, придав тому сходство со звездным небом.
Он прислонился к дверям, скрестив руки на груди.
Райя сделала шаг, замерла напротив тлеющего камина и, не оборачиваясь, произнесла:
– Можно тебе признаться?
– Любовь моя, уже поздно скрывать свои чувства. – Но, расслышав в ее голосе серьезные нотки, добавил: – В чем?
– Мне не нравится здесь. Я скучаю по Черным горам, скучаю по дому.
– Я тоже скучаю.
Он говорил правду. Он тосковал по Черным горам, но не так, как большинство темнорожденных. Он привык к здешней жизни, и ему даже нравился Мальнборн, но не прошло ни дня, чтобы он не вспоминал о доме.
– С тех пор как мы сюда попали, наша жизнь стала… непредсказуемой, – прошептала она.
Стейн приподнял брови.
– Не думал, что тебе по нраву скучная жизнь.
Райя повернулась и, словно не услышав его слов, продолжила:
– Только кажется, что все осталось позади, как снова что-то происходит. И нет больше смысла ждать, надеяться… Это лишь вопрос времени, когда духи раскроют наш замысел и накажут нас и всех мальнов.
Она стянула верх боевого костюма, а затем медленно, одну за другой, начала расстегивать пуговицы на рубашке. Стейн тяжело сглотнул, когда черная ткань с тихим шуршанием упала к ее ногам, а темные волосы мягкими волнами рассыпались по обнаженной груди, полностью скрывая ее.
Они засыпали и просыпались в объятиях друг друга, но между ними еще не было настоящей близости. После похорон его отца Райя настояла на соблюдении положенного у мальнов траура длиной в шестьдесят дней: она не хотела, чтобы их первая ночь стала лишь средством забыться. Потребовалась вся выдержка Стейна, чтобы не касаться любимой так, как того желала каждая клеточка его тела.
– Я не хочу больше ждать, чтобы броситься в бездну и показать, как сильно я люблю тебя. Я не хочу больше ждать…
– Тогда иди ко мне, – выдохнул он, почувствовав, как кровь в венах запульсировала сильнее.
За несколько коротких шагов они оказались рядом. Стейн схватил Райю за талию и с жадностью набросился на ее рот, сливаясь в поцелуе – страстном, почти грубом. Как только их языки столкнулись, она застонала и требовательно впилась пальцами в мускулы на его руках. Стейн заскользил ладонями по ее обнаженной спине и плечам, желая прикоснуться к каждому сантиметру кожи, но тут Райя прервала поцелуй и снова отстранилась. Он зарычал, чувствуя, как загораются его глаза. Райя лишь слегка улыбнулась, взяла его за руку и потянула за собой. Остановившись напротив громадной кровати, толкнула его в грудь, и он упал на матово-черные шелковые простыни.
– Райя, – прохрипел он, когда она уселась на него верхом, расставив колени по бокам от его бедер.
Она решила поиграть с ним. Хорошо. Он подыграет. Пока.
Райя наклонилась и слегка прикусила его нижнюю губу. Стейн положил руки на ее обнаженную талию и медленно скользнул вверх, откидывая назад длинные волосы и открывая взору грудь. Он накрыл ее обеими ладонями, наслаждаясь мягкостью и бархатом нежной кожи, и проникновенно сказал:
– Ты прекрасна… Восхитительно совершенна.
Он поднял голову, и их взгляды встретились. В янтарных глазах Райи горело столь сильное желание, что даже ее потрясающее тело слегка подрагивало под его ладонями.
Тут она снова толкнула его в грудь и начала расстегивать рубашку, но Стейн перехватил ее пальцы с хищной улыбкой.
– Хочешь быть главной? – Приподнявшись, он легко коснулся языком ее затвердевшего соска, и громкий стон тут же заполнил мирную тишину покоев. – Тогда у нас проблема. Я тоже люблю быть главным.
Стейн резко перевернулся, оказавшись сверху и накрыв ее тело своим. Она схватилась за его плечи, впившись в них ногтями, и открыла рот – явно вознамерилась возразить.
«Небеса, как она очаровательно хмурится!»
Но Стейн прильнул к ее губам, не давая ответить. В его требовательном поцелуе ощущался голод, сдерживаемый все это время.
– Что ты со мной делаешь… – прошептал он, разорвав поцелуй.
Райя ответила загадочной улыбкой, и ее сердце бешено заколотилось, когда он коленом раздвинул ее бедра. Ее кожа пылала, глаза ярко горели, а грудь часто поднималась и опускалась. Она коснулась щеки Стейна, а затем провела теплой ладонью по его волосам, пропуская их между пальцами. Когда он стянул с себя рубашку и отбросил в сторону, ее руки мгновенно легли на разгоряченную кожу, и Райя начала ощупывать тугие мускулы на груди и животе. Стейн издал гортанный звук и едва не набросился на нее, словно изголодавшееся животное. Он не помнил, когда в последний раз так долго воздерживался, но старался владеть собой, давая ей время изучать его тело и медленно, мучительно медленно очерчивать каждую мышцу.
– И ты прекрасен…
– Знаю.
– Ненавижу тебя, – фыркнула Райя.
– Врушка, – с тихим смешком сказал Стейн, но в тот момент, когда ее ладонь двинулась вниз по дорожке черных волос, задевая ремень, у него перехватило дыхание. Она уверенно скользила рукой все ниже, поглаживая его через штаны. Не в силах стерпеть, Стейн вновь прижался к ее телу, а затем и к распухшим губам. Как только его обнаженный торс потерся о ее грудь, и без того шаткая стена, которая сдерживала желание все эти месяцы, пошла глубокими трещинами.
Стейн потянулся к пуговицам на ее штанах и, поменяв положение ног, несколькими ловкими движениями снял с нее остатки одежды, затем обхватил ее бедро и закинул себе на талию. Ладонью провел по икре и скользнул по согнутой ноге выше, пока его губы медленно спускались к ее шее, груди и животу. Он собственнически покусывал ее восхитительно гладкую кожу, отчего Райя выгибала спину и запрокидывала голову.
Получая удовольствие от того, как ее тело отзывалось на его прикосновения, Стейн спускался все ниже, водил языком по внутренней поверхности бедра и оставлял на ней поцелуй за поцелуем. А когда он коснулся самой чувствительной части тела, с губ Райи сорвался громкий стон. Он ласкал, истязал ее плоть, чувствуя, как она выгибается навстречу каждому прикосновению. К языку добавились пальцы. Сначала один, затем второй. Стейн неспешно двигал ими внутри нее, продолжая языком очерчивать круги на нежной точке. Райя стонала и изнывала от желания – ей явно было мало пальцев. Она дернулась, будто собиралась привстать, но Стейн зарычал и надавил ладонью ей на живот, не позволяя шевелиться.
– Стейн… пожалуйста… – выкрикивала она, умоляя о большем, пока он изгибал пальцы внутри нее и ускорял темп.
Но он хотел большего, хотел ее всецело и без остатка, только для себя самого.
Наконец все стены рухнули. Он отстранился и скользнул взглядом по ее обнаженному телу. Каждый его сантиметр был безупречен, одновременно женственный и натренированный. А эти соблазнительные груди, плоский живот, крепкие бедра… Она выглядела прекраснее, чем во всех его снах и любой из фантазий.
Вот уже совсем скоро он медленно исследует руками, и не только руками, ее восхитительное тело, покроет поцелуями каждый миллиметр кожи. Он будет наблюдать и подмечать прикосновения, от которых она дрожит, а потом даст ей полную власть над собственным телом.
Но не сейчас.
Сейчас Стейн слишком долго томился в ожидании, слишком сильно желал эту женщину.
Не в силах больше сдерживаться, он начал стягивать с себя штаны. Райя приподнялась на локтях и следила за каждым движением его рук. Покусывала пухлые чувственные губы, откровенно разглядывая его. Мгновение Стейн наслаждался восхитительным зрелищем того, как она изучает его тело, останавливаясь на возбужденной плоти, но потом все самообладание иссякло. Он прижался к телу Райи своим и обхватил ее подбородок, заставляя посмотреть ему прямо в глаза.
– Я люблю тебя, – прошептал Стейн.
– И я люблю тебя, – выдохнула ему в рот Райя.