Алхимик. Том 5. Собиратель
В этой ситуации единственное, на что надеялся Роман, – это на то, что Канис не догадывается о метке, поставленной на сестру. Если дело зайдёт куда-то не туда, всегда будет шанс выкрасть её и исчезнуть, затеряться где-нибудь на задворках мира. А в том, что это вполне реальный сценарий, Коршунов почему-то не сомневался.
Когда Канис взял его с собой и перенёс в чей-то особняк, Роман подтвердил свои опасения. Их встречал Белогрудов-старший собственной персоной. Главный представитель оппозиции князя. По совместительству главный заговорщик.
– Сергей, – поздоровался Канис. – Я очень хочу услышать от тебя хорошие новости.
По тому, как это было сказано, Роман сделал вывод, что Белогрудов принадлежит этому человеку с потрохами.
«И когда моя родина успела продаться иностранцам?»
Вопрос, который задавал себе мужчина, был риторическим. Ему уже рассказали, что даже его отца финансировали иностранцы. Роман в качестве доказательств получил протоколы встреч и подписанные договоры. Были и такие, несмотря на секретность темы.
– Кого ты привёл, Канис?
Сергей Вячеславович Белогрудов, крепкого вида мужчина, с мощной грудью и руками, выглядел как тот медведь, у которого он забрал фамилию. Опасно, свирепо, как кусок скалы с клыками.
– Это мой помощник. Не обращай внимания, – легко отмахнулся Канис.
Роман не удивился, что его не узнали. Всем было плевать на Коршуновых ровно с того момента, когда они проиграли в войне. Роман не ходил на светские мероприятия, ни с кем из аристократов не поддерживал связи, вёл скрытный образ жизни. Вот так и получалось, что глава Белогрудовых не знает его в лицо.
– Ему можно доверять?
– Я же сказал, – в голосе появилось осуждение, – не обращай на него внимания. И не надо уходить от темы, Сергей.
Говорили они на русском. Канис неплохо владел языком, но ужасно коверкал слово «Сергей».
– Мне нечего тебе ответить. Действуем по плану.
– Надо поспешить.
– Кому надо? – нахмурился Белогрудов. В его голосе так и читался вызов.
«Не нравится подчиняться, но всё равно это делает. Да кто такой этот Канис?»
– Тебе надо, Сергей, – заверил Канис. – Иначе шанс будет упущен.
– Я подумаю, что можно сделать…
– Ты не понял, – перебил мужчина. – Ты не подумаешь. Ты сделаешь. Время на раздумья кончились. Приводи план в действие.
Повеяло напряжением, которое было разорвано появлением нового лица. Вбежал слуга, склонился над ухом Белогрудова и что-то прошептал.
Тот сначала полыхнул гневом, потом напрягся, а следом побледнел.
– Чтоб вас всех… – прошипел он. – Я вынужден откланяться.
– Что случилось? – участливо поинтересовался Канис.
Сергей Вячеславович не проигнорировал вопрос, не исчез, несмотря на важность ситуации. Нет, он замер и дал ответ.
– Кто-то провернул диверсию на моих владениях. Я должен разобраться с последствиями.
«Готов поспорить на миллион, что этот кто-то – князь».
– Интересные дела творятся, мальчик, – обратился к Роману Канис, когда Белогрудов переместился. – Пойдём. Здесь нам пока делать нечего.
***– Ты какой-то сам не свой, – заметил Матвей, когда надевал костюм.
Нам пора было выходить, чтобы успеть на линейку по поводу начала учебного года.
– Да и ты тоже, – парировал я.
– Лето прошло не так радужно, как хотелось бы, – признался парень.
– Вот и у меня также.
– Ясно, – хохотнул сосед.
На этом мы тему и закрыли.
Был один существенный минус в том, чтобы вернуться на учёбу. И нет, это не риски, связанные с раскрытием моего инкогнито. Костюмы – вот настоящая беда. За лето я привык ходить в свободной одежде, какой захочется, а сейчас нужно опять возвращаться к более официальному стилю.
Весь свой прошлый гардероб пришлось отдать на перешивку. Быстро это сделать не могли, поэтому я купил новые костюмы, так как старые оказались малы. За лето я вытянулся на три сантиметра, прибавил килограмм десять, раздался в плечах, да и в целом стал мощнее. Ничего не имею против этого. Повезло, что одежду заранее примерил и узнал о проблеме, а то вышел бы конфуз.
– Идём? – спросил Матвей.
– Идём.
Мы вышли и пешком направились в сторону института. Можно было бы доехать на машине, но тут идти всего ничего.
Дошли молча, а там началось… Я отвык от такого количества студентов в одном месте. Собирали нас в большом конференц-зале, но до этого мы встретили всех знакомых. Матвей откинул свои думы о прошедшем лете где-то по пути и быстро включился в общение. У меня так не получилось. Мысли нет-нет да и крутились вокруг насущных проблем и угроз.
– Эдгард! – на меня буквально напали сзади.
Я и так был напряжен, поэтому было чуть не дёрнулся, но удержался. Нападающим оказался всего лишь Виктор Моржов. Его широкие ладони упали сзади мне на плечи, а имя он выкрикнул прямо в ухо. Шутник, блин.
– Привет, привет, – ответил я.
– Ты чего такой дёрганый? – оглядел он меня. – Зная тебя, это повод волноваться нам всем?
– Просто отвык от общества, – нашёл я отмазку.
Кажется, у меня и так закрепилась репутация нелюдимого человека, поэтому можно к ней и обратиться. Хуже не будет. Куда уж хуже…
В следующие полчаса моя нелюдимость пошла трещинами. Я не удивился, когда подошёл Моржов. Мы с ним более-менее общались. Не удивился, когда подошла Настя Софо. Точнее, я сам к ней подошёл, и мы мило пообщались пару минут. Но вот когда многие другие начали здороваться сами и завязывать беседу…
Без шуток, путь от входа в институт до места в конференц-зале был наполнен таким количествам общения, которое раньше и за неделю не происходило. А может, и за все две.
«Что за дела?» – удивился я, а потом дошло.
Последствия… Они бывают не только плохие, но и хорошие. Я побывал на празднике Кати, проявил там себя, засветился, как в хорошем, так и подозрительном смысле, ну и получал то, что сейчас наблюдаю. Мой статус с отметки «Никому неизвестный и не нужный аристократ» сместился на «Он может быть интересен».
– Ты стал популярнее, – ткнул меня в плечо Матвей, с которым мы снова встретились, когда усаживались по местам.
– Видимо, так, – не отрицать же очевидное.
– Такими темпами к концу года совсем большим человеком станешь. Аж завидно.
В каждой шутке есть доля шутки. Вот и Матвей завидовал, пусть и по-дружески, но всё же завидовал. Он пахал всё лето, но по обмолвкам получилось не так хорошо, как парень ожидал. Если бы не отношения с князем, я бы оказался в таком же положении. А может, и хуже. Не зная никого в городе, пришлось бы крутиться. Или нет, я ведь с ювелирами задружился, так бы реализовал себя и заработал.
На сцене появилась Ольга Владимировна, и разговоры сразу стихли. Опустилась такая тишина, что я слышал, как бьются сердца тех, кто рядом. Ещё одна «побочка». Сильнее всего у меня зрение изменилось, но слух и обоняние – тоже.
– Поздравляю всех с началом учебного года, – начала женщина. – Нам с вами предстоит много работы, поэтому надеюсь, настрой у вас соответствующий. Сейчас выйдет ректор, а в конце появится князь.
Вот таким коротким вступлением Ольга Владимировна подготовила почву. Предстоит много работы… Как много смысла я видел в этой короткой фразе.
Что дальше происходило, я не особо слушал. Другим занимался. Днём ранее я размышлял над тем, как решить вопрос перемещений сквозь пространство. Ну и какие ещё устройства придумать, чтобы выжить и помочь княжеской семье победить.
Идей много, но к некоторым из них без исследований я не знал, как подступиться. Область для меня полностью новая и неизученная. В этом случае был лишь один путь, как продвинуться. Надо выдвигать гипотезы, проверять их и постепенно нащупывать рабочую модель. Для начала я собрал «анализатор ходоков и остаточных проявлений после перемещений».
Те ходоки, которые сидели среди студентов, в институт попали с помощью перехода. Анализатор я настроил так, чтобы он собирал сразу большой поток данных. Радиус у него пока метров тридцать, но это только кажется, что мало. Сейчас-то здесь пара тысяч человек собралось, плотность большая.