Ласковый Май (СИ)
— Если ты прямо сейчас не оденешься, я плюну на всё и останусь.
— Нет, — я поспешно ответила, быстро отступая назад. — Прости, я не хотела. Нам действительно пора.
— Ты права, — Мей встряхнул головой и зажмурился, словно пытаясь развидеть меня.— Давай я помогу тебе одеться, потом быстро позавтракаем, и я довезу тебя… куда скажешь.
— Домой, если можно. У меня сегодня несколько важных встреч, хотелось бы переодеться и к ним достойно подготовится.
Он молча кивнул мне, порывисто развернулся и вышел.
Прости, дорогой, я сама бы хотела остаться...
Уже высадив меня из своей роскошной зелёной машины и провожая к крыльцу, он спросил, снова тихо и почему-то упорно пряча взгляд:
— Я зайду этим вечером? Думаю, у меня будут новости от Императора. По нашему с тобой общему делу.
— Конечно. Если меня вдруг не будет, ты всегда знаешь, что делать.
Большая машина отъехала за собой, поднимая целый столб грязных брызг. Утро предстоящей пятницы принесло южный влажный ветер и оттепель. Тяжёлые сизые тучи цепляли тугими боками высокие шпили столичных дворцов. Пушистая роскошь первого снега вся словно разом погасла, осела и спряталась. В чёрных лужах спрятались мостовые. На улицах пахло дождём. Тем самым беспросветным дождём моего безысходного одиночества…
Я замерла на крыльце, не в силах войти в пустой дом. Холодный и тёмный. Дом, в котором меня снова ждёт моя осень.
Глава 19. Ошибки
Эта пятница выдалась ещё даже более утомительной, чем я могла предположить. Словно все сговорились. Словно безумная оттепель всех закружила, утопила в больших серых лужах остатки спокойствия и порядка. Прежде всегда и во всём щепетильные люди нещадно опаздывали, забывали о времени встречи, путались, ошибались. Мне потребовались вся моя хвалёная выдержка и годами отточенное терпение, чтобы им улыбаться весь день. Стиснув зубы выслушивать сбивчивые объяснения. Не орать на опаздывающих.
Очень хотелось взять в горсть какое-нибудь особенно увесистое бриллиантовое ожерелье или подвеску потяжелее и метнуть прямо в наглую морду клиента. Нервы совершенно ни к чёрту.
Нет. Врать себе — абсолютно дурная привычка. Не несчастные и осоловевшие от погоды клиенты меня выбили из колеи. Мей Кимберли был настоящей причиной того невозможного хаоса, что творился теперь в моих мыслях. После звонка Императора между нами вдруг выросла с каждой минутой прочнеющая ледяная стена.
В моей личном мае ощутимо похолодало. Подул беспощадный северный ветер, срывая с деревьев цветы и прозрачную молодую листву. Вымораживая, убивая, бесчувственным льдом прижимая робкую поросль надежды на наше с ним будущее. Я не должна была позволять себе чувств. Ни к нему.
Итог моей глупости был предсказуем…
Микаэлла опять опоздала. Я успела вполне сносно поужинать, вдоволь погрустить и подумать о деле. Вот этим я и занималась последние три четверти часа.
— Ну и как он в постели?! — появление неугомонной подруги заставило меня вынырнуть из тяжёлых мыслей и вздрогнуть. — О! Шат, как ты изменилась! А где твои уродливые очки?
Очки. Когда из моей скучной жизни исчезнет ведун, в память о нём мне останется горстка битого стекла, помятые дужки и полностью восстановленное зрение. Я не успела понять, как такое случилось, а Мей в ответ на мое удивление только смеялся. Он вообще странно влиял на меня. Готовясь сегодня к встрече с клиентами, я встретилась с отражением в зеркале. И не узнала себя. Тёмные волосы, обрамляющие гладкий овал явно посвежевшего лица вдруг решили завиться фривольно сбегавшими из строгой причёски спиральками. Зелень глаз стала яркой, какой-то кошачьей. Передо зеркалом стояла совершенно мне незнакомая женщина. Спокойная, смелая, сильная. Новая я.
— Скучен! — притворно вздохнув, я поморщилась. — Сух, сдержан, и… быстр. Прямо скажем, — совсем не мечта любой женщины. Особенно если учесть его дурную привычку везде совать свой любопытный нос. А очки я разбила, представь себе.
С удовольствием наблюдая за тем, как вытягивалось лицо Микаэллы, я медленно помешала свой кофе. Люблю я людей провоцировать.
Решительно отодвинув мои тетради и толстый блокнот на край столика, Ми-Ми плюхнулась рядом и рвано вздохнула.
— А я всегда говорила, что врут!
Обличительного пыла в её голосе мог позавидовать главный прокурор нашей благословенной Империи.
— Врут, — я легко согласилась с подругой, снова к себе подвигая тетрадь. — Все врут, тут ты совершенно права.
Поискав взглядом официанта, Ми-Ми щёлкнула пальцами, выразительно указав на меню. Только сейчас я заметила, как сама она изменилась. Во взгляде подруги отчётливо сквозила нота надменного самодовольства.
— Вот и я говорю им: нечего бегать за Кимберли!
С этим её утверждением я была совершенно согласна. Молча кивнув, я вернулась к таблицам в тетради. Если все мои расчёты окажутся точными, то на создание артефакта нам понадобится ещё минимум две недели. Две недели совместной работы. Каждый день рядом С Меем. Глаза в глаза, рука об руку, переплетение силы и магии. Эти дни точно станут самыми лучшими в моей жизни. Даже, если мы больше не будем с ним…
— Кто бы мог только подумать, что этот ведун совершенно несостоятелен с женщинами! — нервно терзая меню, Ми-Ми всё ещё не могла успокоиться.
От её возмущённого вопля Немногочисленные посетители кафе тут же замерли.
— При чём тут ведун?! — я изобразила недоумение на лице и подняла левую бровь. — Я о Стэме. Ты же встречалась с ним?
— Нет! — Микаэлла швырнула на столик меню и по-детски поджала карминные губы. — То есть, — да. Но это не то, что ты думаешь! Мне было нужно добраться до Януара. Помнишь его? Ну… тот календарь.
Я ей молча кивнула, хотя упомянутого Януара совершенно не помнила.
И вернувшись домой, с удивлением обнаружила следы неудавшегося вторжения Стэма. В мой дом войти он не смог. Во многом благодаря мудрой предусмотрительности Мея, внёсшего несколько оригинальных поправок в систему защиты двери. Не смог её отпереть ключ, без моего разрешения изготовленный бывшим (теперь уже точно!) любовником.
— Получилось? — я без всякого интереса спросила подругу. Их со Стэмом общение злило.
— Да… — она вдруг отчего-то смутилась и покраснела. — Он меня познакомил с младшим братом того самого Энера. Я хотела потом…
— Ты же понимаешь, что Стэм просто так ничего не делает? — я строго спросила её.
— Это уже совершенно неважно, Шарлотта, — снова вздохнув, Ми-Ми положила на стол свою правую руку.
На ней красовалось помолвочное колечко. Тоненькое, изящное, девичье, оттого удивительно милое и трогательное. Не дорогая и броская вещь, но — дар сердца.
— Эдвин Януар сделал мне предложение, и я согласилась.
— Эдвин? — ошарашенно пялясь на руку Ми-Ми я вцепилась в блокнот, словно тонущий за соломинку.
— Младший брат того самого Энера. Маг-архивариус. Перспективный! — подруга запальчиво подняла подбородок.
Конечно же, он, — перспективный жених. И приданым подруги его перспективы вполне осязаемо укрепляются.
— Вы меньше недели знакомы… — я робко, но совершенно напрасно пыталась воззвать к её голосу разума, .
— Ты тоже знакома с наследником Кимберли меньше недели, а уже спишь с ним! — тоненький розовый пальчик подруги воткнулся в меня обвинительно. — Об этом судачит весь Майнбург! А еще ты три года встречалась со Стэмом. И к чему это привело?
Хороший вопрос.
Три бездарно потерянных года. На ступенях крыльца маг оставил грязные следы мужских туфель и ушел незадолго до нашего с Меем прибытия. Стэм не дождался меня, но оставил письмо, полное гневных укоров. Я его прочитала и тут же развеяла, твердо решив, что в моей жизни больше не будет случайных людей. Каждый из них забирает кусочек бесценной меня, оставляя в финале ни с чем. И в этом Шарли оказалась согласна с Шарлоттой.
Я пристально посмотрела в глаза зеленоволосой красавице и вздохнула. Нет, Ми-Ми не глупа и прекрасно она понимает все риски. Как и то, что брак — всегда сделка. Даже брак по любви.