Академия противостояния и кафедра раздора
Я сморгнула, не сразу понимая, что он имеет в виду. Что-то внутри щелкнуло.
ВЕЧЕР!
Вспомнив про дуэль Эвелины, я спешно посмотрела на наручные часы и почувствовала, как холодок пробежал по спине. Ругнулась вполголоса.
– Что-то не так? – спросил блондин, нахмурившись.
– Извините, парни, я вспомнила про одно срочное дело. Как-нибудь в другой раз! – спешно сообщила я.
И не дожидаясь ответа, рванула на выход с тренировочной площадки.
– Я тебе говорил, что не надо так напористо, – раздалось едва слышное позади.
О чем они?
Эту мысль я задвинула в дальний ящик, было не до того. Дуэль Эви должна была начаться всего через пятнадцать минут. Я никак не могла позволить себе подвести подругу. Тем более после такой дурацкой ссоры.
– Эй, Харпер, мы с тобой! – вслед раздался голос Томаса.
Глава 5
Итан АшерЯ разместился на полигоне академии, в тени, стараясь игнорировать повышенное женское внимание к нам с Кайросом. Поглазеть на дуэль собралось много народу.
Это нервировало Эвелину. Но только близкие могли распознать эти эмоции в девушке с идеально прямой осанкой, плавными спокойными движениями и выражением холодной решимости на лице.
Вот только мои мысли были заняты не дуэлью, не переживаниями за подругу детства – в ней я почему-то не сомневался – другим. Я снова проклинал тот день, когда взорвался полигон в мужской академии.
Что за злой рок?! Учиться в одной академии с Элисон Харпер.
Я каждый день сталкивался с ней, и всякий раз это приносило все больше раздражения. Но теперь, в этом раздражении, я начал замечать что-то другое, не менее мучительное.
Элисон. Лис. Элис. Ее имя когда-то было для меня символом доверия и близости. Мы росли вместе, делились мечтами и тайнами. Я был очарован ее смелостью. Тем, как она всегда бросалась в гущу событий, как ярко она жила и боролась за все, что считала важным. Тогда, в детстве, эти чувства были понятными, простыми и чистыми.
Они остались в прошлом, уступая место обиде.
Все изменилось, когда она предала меня.
Мое решение вступить в гильдию Тайпан, следуя за братом Джорджем, было одним из самых значимых в моей жизни. Джордж был для меня всем – кумиром, примером для подражания. Потому когда брат предложил мне последовать за ним, я не долго раздумывал. Мысль стать частью чего-то великого, особым шпионом на службе у короля, была захватывающей.
Я доверил свою мечту Элисон, веря, что подруга поддержит меня. Но вместо этого она пошла к моему отцу, чтобы остановить.
Отец использовал свое влияние, чтобы закрыть мне путь в гильдию навсегда. А Джордж, узнав об этом, прекратил со мной общение. Для пятнадцатилетнего пацана это стало ударом. Тогда я не мог избавиться от мысли, что Джордж разочарован во мне, что он считает меня слабым и недостойным. Уже позже я начал подозревать, что отец приложил руку и к этому, надавив и запретив брату со мной связываться.
Я часто размышлял о Джордже и гильдии Тайпан. Элитная организация тайных наемников всегда привлекала своей репутацией, но ее законы… Именно они испугали Элисон. Отказаться от всего: от семьи, личной жизни, от любых связей с прошлым – ради абсолютной преданности гильдии. Общение с внешним миром возможно только по указу, без права на самостоятельность. Правила строгие, но их придумали в другой эпохе. Когда верность доказывалась только так.
Сейчас мир изменился. Потому я не воспринимал всерьез эти правила. В конце концов, я долгие годы поддерживал общение с братом. Даже после того, как он вступил в Тайпан. И Джордж никогда не говорил о полном разрыве с нами. Поэтому, когда я решил последовать за братом, даже не сомневался, что смогу сохранить связь с семьей, Элисон и Эвелиной.
Элисон так не считала. Потому эгоистично разрушила все, что я строил, и лишила меня брата.
Уже тогда, девять лет назад, я затаил на нее злобу. Я не смог ни забыть, ни простить ее поступок. Но каждый раз, когда я видел Лис сейчас, злоба начала смешиваться с чем-то другим.
Сначала я не понимал, что это за чувство. Оно приходило неожиданно – стоило мне увидеть ее улыбку, услышать голос или заметить, как она, сосредоточенная, читает что-то в библиотеке.
Тяжелее всего было на тренировках по боевой магии. Если она пропускала удар, ее мотало по полигону. Казалось бы, обычное дело для боевых магов, но каждый раз у меня внутри что-то сжималось. И это мне не нравилось. Почему-то вдруг снова стало важно, чтобы с Элисон все было в порядке.
Это раздражало больше всего. Она ведь враг и предатель…
Из-за своих чувств я даже брякнул о барьерной магии, когда Баррет спросил о теме диплома. Первое, что пришло в голову.
Все чаще всплывали воспоминания о детстве.
С приездом Эвелины легче не стало. Начало еще сильнее душить ностальгией.
Сначала я пытался игнорировать эмоции. Думал, что это просто ничего не значащие воспоминания. Но они становились навязчивее. Это была не та простая детская восторженность, а что-то более сложное, запутанное. Я чувствовал, как злоба переплетается с возродившимся чувством, и это сводило меня с ума.
Как я должен относиться к ней теперь? Элисон стала той, кто предал, но в то же время, каждый раз, когда я видел ее, я не мог избавиться от мысли, что дорожу.
Пришлось принять решение. Не позволять этой запутанности помешать моему плану. Элисон мечтала писать диплом у Баррета и поступить на службу королевской разведки? Прекрасно, я сделаю все, чтобы разрушить ее мечту, как она когда-то разрушила мою.
Но глубоко внутри что-то протестовало против такого решения, и это лишь добавляло путанницы. Часть меня хотела наказать Элисон, а другая… Другая все еще хотела защитить, даже от самого себя.
Я знал одно: ни отступать, ни прощать я не собирался.
– Опять эта Рейнхардт, – Кайрос оторвал меня от размышлений. Друг был явно не в духе. Его мрачное настроение в последние дни стало почти постоянным. Я знал, что у него какие-то проблемы в семье, но в подробности Кай не вдавался. – Она просто терпеть не может проигрывать.
Я слышал, что Виктория была одной из тех, кого семья Кая считала подходящей невестой. Прекрасная, умная, ловкая в глазах большинства, но друг был иного мнения. Мне, по долгу дружбы, тоже полагалось видеть в ней всего лишь настырную занозу.
– Обычно, она терпеть не может проигрывать, когда дело касается тебя, – попытался неловко пошутить. – Что они с Эви не поделили, ума не приложу.
– Да уж, – угрюмо отозвался он. Внимание Виктории к Кайросу было заметно даже отсюда. – Она даже с танто начала заниматься, чтобы произнести на меня впечатление. Думает, что это как-то изменит мое решение.
Я усмехнулся, представив Викторию, размахивающую боевым шестом на тренировках, с одной лишь целью – завоевать внимание Кайроса. Это казалось нелепым. Даже сейчас она больше походила на ряженую куклу, нежели чем на серьезного соперника.
– И как у нее с танто? – осторожно поинтересовался.
Я верил в Эвелину, в ее силу и упорство. Все, за что бы ни бралась подруга детства, ей давалось. Бытовая магия, некромантия – таланты к этим навыкам я видел воочию, но вот что у нее с боевкой?
– Скажем так, она достигла неплохого уровня. Для целительницы, – сухо отозвался Кайрос. – Эвелине придется попотеть.
– Уже сделал ставку на Викторию? – стараясь заглушить переживания за подругу, с усмешкой поинтересовался я.
– Шутишь? – Кайрос покачал головой. – Эта ее навязчивость до одури достала. Представь, что начнется, узнай она, что я ее поддержал?
– Знаешь, – начал я, переводя взгляд с Кайроса на импровизированную арену. – Женское внимание это, конечно, здорово, но иногда…
Взгляд сам собой выхватил Элисон в толпе. Она спешно шагала на тренировочную площадку. Вполне закономерно увидеть ее здесь, на дуэли лучшей подруги, но я все равно испытал раздражение. Из равновесия выбил не ее приход, а компания, в которой она появилась.