Разведенка. Беременна в 46 (СИ)

– Хватит молчать! Кто она?
  
Глава 5
 
– Хватит молчать! Кто она? – кричу я, не контролируя себя.
Машина в этот момент виляет, и Влад тормозит у обочины, отчего я не удерживаю равновесие и ударяюсь головой о боковое стекло.
– Ты что творишь? Мы могли слететь с дороги и перевернуться! Столкнуться с другой тачкой и попасть в массовое ДТП!
  
Влад не кричит на грани, а цедит каждое слово сквозь зубы так жестко, что меня пробирает холодом и чувством вины. В крови гуляет адреналин из-за чуть не случившейся по моей вине аварии, и я замолкаю, пытаясь унять заполошное дыхание.
Молчу, не отвечаю Владу, а затем зажмуриваюсь и не могу сдержать слезы. Сама не замечаю, как уже рыдаю в голос, громко всхлипывая и пытаясь сквозь туман перед глазами найти в своей гребаной сумке несчастные салфетки.
– Хватит, Варь, мы же целы, – смягчается Влад, а когда тянет ко мне руку, я дергаю плечом и отодвигаюсь ближе к окну.
– Не прикасайся ко мне! Не трогай меня!
Никогда со мной не случалось такой истерики, даже в прошлые беременности, но мне вдруг становится противно от самого присутствия Влада.
Он мне изменил.
Пусть не ответил прямо, увильнул от вопроса, но я не могу больше обманываться, надеясь, что всё образуется, и всё это мне лишь кажется.
Я плачу, не в силах сдержать слезы, а сама корю себя за проявление слабости в присутствии неверного мужа. Не так я хотела провести наш разговор. Не так.
Я ведь всегда была гордой девчонкой, никогда не позволяла унижать себя или притеснять, а в итоге оказалась одной из миллионов женщин, которых предал муж. Втоптал меня своими извалянными в дерьме башмаками в грязь, растоптал всё то хорошее, что когда-то между нами было, а когда всё всплыло наружу, даже не может сказать мне в лицо правду. Ведь она омерзительна и неприглядна. О таком не расскажешь ни друзьям, ни родственникам, ни детям. Слишком стыдно. Слишком противно.
Да и что я кому скажу? Что муж на старости лет до того потерял голову, что заразился сам, а еще мог заразить и меня, его беременную жену?
На место истерике приходит прерывистый смех, от которого сжимается всё в груди, и я бью себя ладонью по левой стороне в области сердца. Надеюсь его унять и прекратить страдать хотя бы на время. Мне отчаянно нужна передышка, и я судорожно пытаюсь вспомнить, когда мы в последний раз делили постель. Две недели назад? Или месяц?
– Как давно ты с ней спишь? Неужели к своим годам обзавелся сединой, но не умом? Неужели тебе, как маленькому, нужно объяснять, что существует защита? Сейчас же двадцать первый век на дворе, Влад, – с горечью монотонно произношу я.
– Это всё, что тебя интересует? – досадно выдавливает он из себя и стискивает пальцами руль до побелевших костяшек.
Они сбиты в кровь, что я замечаю только сейчас, но вытравливаю из себя желание поинтересоваться, где он так поранился. Не мое это больше дело.
– Да! Ты заражен хламидиями, Влад! И да, это всё, что меня сейчас интересует! Господи! Ты заразил меня и нашего ребенка. Принес от любовницы инфекцию! – кричу я в слезах мужу, который даже не раскаивается, не падает к моим ногам и не кается.
Я ожидала хотя бы элементарного уважения к себе, попыток получить прощение, чувства вины в его взгляде, но никак не перекатывающихся желваков на скулах и его трусости, что он даже не может прямо посмотреть мне в глаза. Понимает, что виноват, но даже сейчас не готов этого признать.
– Анализ может быть ложноположительным, не паникуй, Варя. Я сдам еще раз, наверняка врачи ошиблись. К тому же, я консультировался с врачом, если принять меры заблаговременно и не тянуть с лечением, ребенок, возможно, родится здоровым.
– Возможно? И ты так спокойно говоришь об этом? Даже наличие любовницы не отрицаешь?
Меня захлестывает обида, щедро приправленная лютой ненавистью. Я могла бы закрыть глаза на мимолетную интрижку, сделать вид, что ничего не случилось, если бы он и правда раскаялся, и это было ошибкой, но никогда не смогу простить тот вред, который он мог причинить нашему ребенку.
Нет. Моему ребенку.
Если Влад был так безответственен и беспечен, что не подумал о последствиях, то ребенок ему не нужен. Он потерял право быть его отцом, как только изменил. И неважно, случайная ли была интрижка, или у него есть постоянная любовница, это не отменяет того факта, что мы с малышом находимся в зоне риска.
– Хватит молчать! Не будь трусом и скажи правду! – кричу я и бью его по лицу кулаком. Его голова дергается, но он даже не смотрит на меня, позволяя мне его избивать, пока я не выдыхаюсь.
– Ненавижу тебя! Какой же ты урод!
– Прекрати, Варвара. Я дал тебе спустить пар, но палку не перегибай. И не распространяйся об этом, у нашей семьи безупречная репутация. Врачам я приплачу, чтобы лишнего не болтали, так что об этом можешь не беспокоиться.
Он говорит об этом так обыденно, словно это всё, что должно меня волновать.
Мне страшно. Но не от того, что он настолько циничен, а от того, что я никак не могу вспомнить, когда мы исполняли в последний раз супружеский долг. Есть ли хоть шанс, что он заразился после?
– Твоя любовница сдала анализы? – спрашиваю я, стараясь успокоиться, но отворачиваюсь, не в силах смотреть на Влада дальше. Слишком противно.
– Да. Результаты будут готовы завтра, – спокойно отвечает он, будто это в порядке вещей. – Независимо от результатов, ты моя жена, Варвара. Веди себя прилично, никто из моего окружения не должен знать, что между нами разлад. И в пятницу у Алехиных не вздумай проболтаться Анне, она та еще сплетница.
После истерики у меня кружится голова, а в теле возникает слабость. Слегка колет внизу живота, и я молчу, опасаясь, что новый виток скандала плохо отразится на ребенке.
Гашу в себе гордость, и вскоре Влад, решив, что молчание – знак согласия, заводит мотор и снова вливается в поток машин на дороге.
Этой ночью Влад дома не остается. Высаживает меня у подъезда и дает по газам, оставляя после себя неприятный запах жженой шины.
А я остаюсь один на один со своими страхами и малышом, который всю ночь беспокойно пинается, словно чувствует мое тревожное настроение.
Завтрашнее утро станет переломным.
И от результатов анализа зависит, будет наш развод обычным, как у миллионов супружеских пар, или грязным и скандальным.
Пусть Влад не надеется, что сможет заткнуть мне рот и сохранить всё в тайне. Репутация волнует лишь его, но не мать, чье дитя находится в опасности.
  
Глава 6
 
– Когда в последний раз у вас был половой акт, Варвара?
– А в чем дело? – сразу настораживаюсь я, чувствуя, как перед глазами всё двоится.
У меня взяли кровь на анализ и соскоб для пущей убедительности, но результаты будут готовы только завтра, так что я сижу в кабинете у своего врача вся на иголках. Самое худшее время – это ожидание, которое тянет жилы и скручивает мышцы, лишая покоя.
– Если инфицирование произошло меньше двух недель назад, то результат на хламидиоз может быть отрицательным, и придется сдавать анализ повторно, чтобы наверняка убедиться, что вы здоровы и плоду ничего не угрожает.
Плод. Я вдруг в полной мере осознаю, насколько это слово бездушное и не несет в себе человечности. Обезличивает ребенка в моей утробе, чьего рождения я жду с такой надеждой, что не могу беспокоиться больше ни о чем другом. Даже предательство мужа отходит на второй план. Мне хочется крушить всё вокруг, но боль и гнев из-за переживаний о малыше перекрывают всё остальное и даже притупляют агонию преданной женщины.
  
– Так когда вы были близки с мужем? – снова переспрашивает Маргарита Никитична и поправляет дужку очков. – Помните примерную дату?
Я чертыхаюсь, злясь на себя, что не вела календарь, но больше всего из-за того, что моя слепота привела к тому, что я делила с мужем постель, даже не подозревая, что он ходил налево.
– Нет, – приходится признать вынужденно. – Может, две недели назад, может, полторы.