Разведенка. Беременна в 46 (СИ)

  
Глава 4
 
Поставив машину на надземную парковку, я спешу к зданию, придерживая пиджак под порывистым шквалом ветра. Погода портится с самого обеда, и судя по затянувшимся тучам, всю ночь ожидается дождь.
Попасть под ливень мне не хочется, так что я стараюсь идти как можно быстрее, а оказавшись под навесом здания, поправляю волосы, глядя в отражение в стекле, чтобы выглядеть перед подчиненными мужа презентабельно.
  
Сзади незаметно вырастает фигура, и мне любезно открывают дверь.
– За мужем пришла, Варвара? А я вот за дочкой, как раз сам с работы еду.
Голос принадлежит другу семьи Марку Алёхину. Он всего на полголовы выше меня, но выглядит внушительно из-за регулярного спорта, а легкая седина на висках придает ему солидности. Он единственный из всех друзей Влада, кто не борется с естественным старением, а принимает его с достоинством.
Я выдавливаю из себя улыбку и приветствие, не демонстрируя ту бурю, которая бушует у меня внутри.
– Да я тоже только после работы, Марк. Давно, кстати, не виделись, надо будет как-то семьями собраться. За дочкой, говоришь? А она что, тоже в этом здании работает?
– А ты не знаешь? Я же ее в фирму Влада пристроил. По блату, так сказать, с ним договорился. Марьянка моя в этом году же переводческий окончила, ты забыла? Собирались же все вместе за городом, на базе отдыха, обмывали ее красный диплом.
– Да, точно. Прости, с этой беременностью, сам понимаешь, всё в голове в кучу. И давно Марьяна у Влада работает? Он мне, кажется, говорил, но я что-то запамятовала.
Ничего мне муж не говорил. Такую новость я бы запомнила, так что сейчас, когда выясняется, что он вовсе перестал делиться со мной тем, что происходит у него на работе, заставляет меня напрячься сильнее.
– Так уже полгода где-то. Кого ждете? – кивает Марк на мой живот и слегка улыбается. – Вы, конечно, молодцы. Я тоже свою уговаривал, дочка ведь уже взрослая, скоро сама замуж выйдет и упорхнет, поминай, как звали. Но моя ни в какую, боится, возраст ведь, говорит. Так кто будет? Мальчик-девочка?
– Девочка, – выдавив скупую улыбку, отвечаю я и смотрю в сторону лифта.
Из него как раз выходит Влад, а рядом с ним идет Марьяна, которой он что-то энергично и заинтересованно втолковывает, размахивая руками. Всегда так делает, когда хочет в чем-то убедить собеседника.
– А вот и наши. Влад! – повышает голос Марк и привлекает к нам их внимание.
Я сосредотачиваюсь на муже, который хмурится при виде нас, но вскоре мрачное выражение его лица спадает, и он даже целует меня в висок, приобнимая за отсутствующую талию, когда подходит вплотную.
Я утыкаюсь носом ему в шею, вдыхая парфюм, который дарила ему на прошлый день защитника отечества, но никаких посторонних примесей, особенно женских, не чувствую. С беременностью мой нюх усилился, так что я даже испытываю некое облегчение, что от Влада не пахнет чужими духами.
Он вдруг дергает головой, когда я снова провожу носом по его шее, и мне становится неприятно, что он меня отвергает, но я не делаю резких движений и позволяю ему и дальше прижимать меня к себе. Рядом ведь Марк с Марьяной, им ни к чему знать, что у нас в семье разлад.
– В общем, в честь такого дела мы с Аней приглашаем вас к себе. Посидим почти по-семейному, отметим заключение контракта с этим вашим филиалом японским, моя дочурка, как никак, тоже внесла свой немалый вклад, – говорит в это время Марк, а я пытаюсь воссоздать предысторию всего разговора, который слушала вполуха.
Фирма Влада заключила контракт с японцами на представление их правовых интересов в России и ближнем зарубежье, а Марьяна, как переводчик японского языка, в этом им помогала.
– Давай в эту пятницу, Марк, не посреди недели. Я как раз снаряжу водителя поработать, чтобы самому за руль не садиться.
Я выдыхаю, когда Влад отказывает другу в посиделках прямо сегодня, так как лично мне сейчас не до веселья и празднования, когда на кону мой брак, уже давший трещину моими подозрениями.
Любая на моем месте сразу бы решила, что муж пошел налево, узнав о том, что у него половая инфекция, но я никогда не рубила с плеча, а предпочитала сначала уточнить все факты, а уже затем самой принимать решения. Вот и сейчас напоминаю себе, что я понимающая любящая жена, которая не станет закатывать скандал, не разузнав всю правду.
Пусть мы с Владом в последнее время не близки, погружены в работу и давно не проводим вместе свободное время, как в былые времена, когда не могли оторваться друг от друга, но мы слишком многое прошли вместе в прошлом, чтобы я оказала ему неуважение, не дав шанса ничего объяснить.
Мы с Марьяной во время разговора двух друзей молчим. И если она погружена в телефон, как и всякая молодежь, то я стараюсь внешне никак не выдать своего настроения и обеспокоенности.
А когда мы, наконец, расходимся, замечаю, как Марьяна поднимает взгляд с экрана смартфона и кивает мне, прощаясь. Проходится по мне взглядом сверху вниз и особое внимание уделяет животу. Взгляд у нее какой-то бегающий и настороженный, сразу же переключается на отца.
Я его узнаю. Именно такой взгляд был у меня в молодости, когда я узнала, что беременна, и боялась, как отреагируют на это мои родители, особенно отец.
В голову невольно закрадываются мысли о ней и Владе, но она ни разу не посмотрела на него во время разговора, лишь глянула равнодушно мимолетно на прощание и спокойно ушла.
Я совсем паранойю, раз решила, что дочка друзей семьи может заинтересовать моего мужа. Она ведь в дочери ему годится, даже младше нашей старшенькой, ровесница сына Миши.
Я молчу, пока мы с Владом не садимся в его машину и не отъезжаем подальше от офиса. Я не напоминаю, что приехала на своей, а он не спрашивает.
Наш разговор должен происходить тет-а-тет, но я никак не решаюсь задать свой вопрос и тяну время, то копаясь в бардачке, то в своей сумке в поисках влажных салфеток.
– Что происходит, Варь? – разрезает тишину его голос. – Ты давно не приходила ко мне на работу, да еще и так рано, без задержек на своей важной работе. А тут вдруг сорвалась, примчавшись ко мне в офис. А теперь молчишь, как партизан, ни слова не произнесла еще.
В его голосе я слышу горечь. Это всегда было камнем преткновения в семье. Порой мне тоже приходилось оставаться во внеурочное время в прокуратуре, так как требовалась отчетность в Министерство или приходили срочные поручения. Но я никогда не понимала причин его гнева, если он тоже, бывало, задерживался по рабочим вопросам.
Мы давно не ругались по этому поводу, но я сдерживаю первый порыв, напоминая себе о важном. Сглатываю и всем корпусом поворачиваюсь к Владу.
Когда я задам ему вопрос, от которого зависит наше будущее, хочу видеть его лицо. Каким бы невозмутимым он не казался своим клиентам и партнерам, я вижу его насквозь.
Мимика. Повадки. Мне он никогда не мог соврать. Вот только и я никогда не задавала ему вопросы про его верность. Раньше в этом не было нужды.
Я бы могла долго ходить вокруг да около, но не хочу тянуть. Лучше рубануть правду-матку и не трепать себе лишний раз нервы.
– У тебя выявили хламидиоз, Влад, мне прислали твои анализы из больницы.
Его лицо каменеет, но взгляд направлен вперед, на дорогу. Молчит. Стискивает челюсти.
– Ты мне изменяешь? – уже тише спрашиваю я.
В ответ – снова тишина.
У меня внутри всё падает. Обрывается та ниточка доверия, на которой держалось мое спокойствие. Уходит с надломом вера, придающая мне уверенности в будущем.
  
Изменяет…
Он ничего не отвечает, но в этом нет нужды.
Я вижу всё собственными глазами.
Его трясущиеся на кожаной обивке руля пальцы. Тяжелое дыхание с сипением при выдохе. Дергающееся веко на правом глазу.
Мои собственные руки трясутся, и я сжимаю ладони в кулаки, задыхаясь от прерывистого дыхания.
Он продолжает молчать, будто разговор сам собой утихнет, и я окончательно взрываюсь, хватая и дергая несчастный руль на себя, чтобы Влад обратил на меня, наконец, свое чертово внимание.