Пылай для меня (ЛП)

- Нет.
Правда.
- Ты сам его устроил?
- Нет.
Правда.
Моя хватка ослабевала. Он был слишком силен. Все равно, что пытаться скрутить рельсу в узел.
 - Ты знаешь, кто это сделал?
- Нет.
Правда.
Я отпустила его. Он дернулся. Его сильные пальцы обхватили мое запястье, посылая сквозь меня электрический разряд тревоги. Лицо Рогана было ужасающим. Его голос был наполнен тихой, едва сдерживаемой агрессией.
 - Не повторяй этого.
Надо было бы испугаться, но моя бабушка едва не умерла, а я сама была слишком взбешена и вымотана, чтобы обратить на него внимание.
- Что, не нравится, когда самому наступают на горло? Отпусти меня.
Он раскрыл пальцы.
Сейчас в моей жизни были только два человека, которые могли устроить подобный поджог, и одного я только что исключила. На родителей и сестер обижаются лишь в пять лет. «Они тянут тебя вниз и ты им позволяешь». Нет. Адам не мог быть настолько глуп, правда? Неужели придурок и в самом деле пытался убить мою семью?
Парамедики погрузили бабушку в машину скорой помощи. Должно быть, это произошло, пока я допрашивала Чокнутого Рогана. Один из спасателей пытался удержать кислородную маску на бабушкином лице. Ей это было не нужно. Мама подошла ко мне.
- Она помнит только, как потянулась за колесным ключом. У нее кровь на затылке.
- Кто-то ее ударил. - И он за это заплатит.
- Похоже на то. Я поеду с ней в больницу.
- Я в порядке, - сказала я ей. - Поезжай.
Она бросила на Чокнутого Рогана зловещий взгляд и забралась в скорую.
Из мастерской вышел пожарник. Дым почти рассеялся. Пожарник кивнул внутрь мастерской.
- Похоже, кто-то оставил зажженную сигарету рядом с канистрой бензина. Нужно быть аккуратнее.
- Спасибо, будем. - Я отвернулась в сторону, чтобы скрыть свои эмоции. К несчастью, теперь я лицом к лицу стояла с Роганом. Непроизнесенный вопрос повис в воздухе, как только ушли пожарные.
- Моя бабушка не курит, - сказала я тихо. - Весь бензин хранится в одном железном сейфе, а все боеприпасы - в другом. Когда я уходила на обед, на дверях склада не было никаких цепей.
Подъехал внедорожник. Из него вышли двое мужчин в темных брюках и таких же рубашках-поло. Одному было за сорок, темнокожий, коротко стриженые волосы едва тронула седина. Он нес большой темный чемодан. Другой выглядел латиносом, и был лет на десять моложе своего товарища. Двигались они, как солдаты. Я видела достаточно военных, чтобы тут же распознать эту манеру ходьбы - неторопливую, но уверенную походку людей, у которых была определенная цель и они должны были ее достичь. Они остановились в нескольких футах поодаль.
- Это мои люди, - сказал Роган. - Специалисты по поджогам. Если позволишь, они осмотрят склад.
Я кивнула. Я все еще ему не доверяла, но он не имел никакого отношения к пожару.
- Вперед, - сказал он.
Двое мужчин вошли на склад.
Внезапно, на меня навалилась усталость. Глаза пекло. В горле першило.
Чокнутый Роган вытянул руку, и в нее опустилась бутылка воды. Он передал ее мне.
 - Промой глаза и рот. Не глотай.
 Я открыла бутылку, отхлебнула, прополоскала рот и сплюнула. Першение отступило. Младший из мужчин появился в дверях склада и кивнул нам. Мы направились к нему.
- Спасибо, что спас мою бабушку, - сказала я.
- Какая мне от тебя польза, если вместо поисков Пирса ты будешь хоронить родственницу. Я сделал это по сугубо эгоистичным соображениям, - сказал он.
Ложь.
Мы вошли внутрь. Старший из мужчин стоял на коленях у расплавленной канистры бензина. Бетонный пол покрывала сажа. Перед ним стоял раскрытый чемодан, с ампулами и пробирками для анализов в защитном поролоновом чехле.
Чокнутый Роган разглядывал накрытые брезентом машины. Его брови поднялись.
 - Это танк?
- Технически, это пулемет на колесах. Мобильная полевая артиллерия. Танк вон в том углу. Его зовут Ромео.
Чокнутый Роган недоверчиво покачал головой.
 Мы подошли к старшему мужчине. Он поднял пробирку, чтобы я могла ее видеть, потом с помощью маленького проволочного инструмента соскреб немного сажи с пола. Он поместил инструмент в пробирку и потряс ее. Небольшой кусочек сажи опустился на стекло. Мужчина добавил несколько капель прозрачной жидкости из пластиковой бутылки. Сажа посинела, затем медленно стала бледно-фиолетовой.
 
- Они использовали пирогель, - сказал мужчина. - Это применяемый для военных нужд, медленно горючий и дымообразующий состав. Они смешали около четырех галлонов с галлоном бензина и подожгли. Где была женщина, которую увезли на скорой, когда вы ее нашли?
- На полу, лицом вниз.
- Ей повезло, - сказал мужчина помоложе. - Пол был самым безопасным местом, плюс помогли высокие потолки. Эта штука предназначена зачищать здания от людей без нанесения структурных повреждений. Если пробыть в нем слишком долго, можно умереть.
- Тот, кто это сделал, знал, что делает, - сказал старший мужчина. - Пирогель дорогой, и его трудно достать без оформления. Большинство гражданских инспекторов по поджогам не могут определить его, и он быстро рассеивается. Если смешать его так, как здесь, пожар кажется обычным из-за бензина. И еще одно. Я разговаривал с пожарными. Они говорят, что сигарета была исходной точкой. Я занимался этим некоторое время, и скажу вам, что здесь могла быть зажженная сигарета, но пожар начался не из-за нее. Контейнер оплавился сзади и сверху вниз. Кто-то поместил сильный источник тепла сзади. Что-то вроде паяльной лампы.
Или руки Адама Пирса.
- Спасибо, - сказала я.
Мужчины поднялись на ноги и вышли.
Чокнутый Роган смотрел на меня с беспристрастным выражением и ждал.
- Спасибо, - повторила я. - Я очень признательна за твою помощь. Но сейчас я хочу, чтобы ты ушел.
Он повернулся на каблуках и вышел.
 Я прошла в угол гаража и открыла шкаф, где находился старый компьютер. Берн давно провел домашнюю сеть. Я нажал клавишу со стрелкой. На экране зажегся запрос и я напечатала свой пароль. На экране возникло изображение системы безопасности. Я кликнула на заднюю камеру и перемотала на час назад. Бабушка Фрида ковыряется в мастерской... Я промотала десять минут, еще десять...
В дверном проеме возникла размытая темная фигура. Изображение померкло.
 Я проверила наружную камеру. Она выключилась, даже ничего не засняв. Я перемотала запись к изображению фигуры. Это мог быть как мужчина, так и женщина. Было не разобрать.
Я повернулась и пошла назад к двери. Камера была установлена около пятнадцати футов над землей. Она уничтожена. На её месте было расплавленное месиво из металла и пластика. Камера была слишком высоко для прямого огня, а если бы пожар уже пылал так жарко, то моя бабушка была бы мертва. Нет, это было сделано одним точным ударом пирокинетика. За последнюю неделю я контактировала только с одним пирокинетиком. Адам Пирс напал на мою семью.
Я осмотрела склад - выжженное пятно на полу, расплавленный контейнер, - и представила свою бабушку, лежащую на бетоне лицом вниз, медленно умирающую в ее любимом месте. Сила воли, поддерживающая меня, треснула. Я прислонилась к ближайшему транспортеру и разрыдалась.
   
 Глава 8 
К тому времени как Берн забрал маму и бабушку из больницы, я убралась в гараже, сделала ужин, и часами переваривала мысль, что из-за моих действий бабушка чуть не умерла. Я проигрывала в голове разговор с Адамом дюжину раз. Расплавленная камера была далека от безусловного доказательства, но нутро подсказывало, что это он. Мои инстинкты почти никогда меня не подводили.
  Я попыталась дозвониться Адаму. Номер больше не обслуживался. Должно быть, он воспользовался предоплаченным телефоном и затем его выбросил.
 Если бы только я не взялась за эту работу... Я тщательно переваривала эту мысль, использовав ее, как топливо для яростного огня, который разгорался внутри. Чувство вины сейчас не принесет ничего хорошего, а злость, наоборот, обеспечит необходимой решительностью. Я выясню, он ли это сделал, даже если придется перевернуть весь город вверх тормашками. И если он виновен, ему придется ответить по всей строгости. Возможно, я и не обладала боевой магией, но я сделаю его уничтожение целью своей жизни. Те, кто обижают мою семью, не остаются безнаказанными.