И пришел Лесник! 7 (СИ)

Череп не понимал, что происходит. Зоопарк Марго смотрел на него, тоже не совсем понимая зачем они здесь, но пока не трогали. Чего-то ждали. Трибуна зароптали и на арене появились две новых фигуры. Рыжеволосая девушка и нечто напоминающие человека в тельняшке со шляпой на черепе обтянутой бледной кожей. Пальцы у него оканчивались десятисантиметровыми клинками.
— Привет, Череп! — ментат узнал звонкий голос Марго.
— Привет, Марго. Что за цирк? И где мы?
— Мы на арене. Зверушки хотят обедать, а в качестве главного блюда сегодня будешь ты. Единственная проблема, ты очень худой. Тебя не хватит даже Йорику, — суперэлита, сопровождающая девушку щёлкнул клинками как Фредди Крюгер.
— Ты о чём, Марго? Мы друзья, да и вообще ты же ушла из Улья?
— Ушла, но меня попросили вернуться. Говорят, что ты стукач, Череп.
— Кто я? — охренел ментат. — Никогда такого не было.
— Значит наврали, — покачала головой Марго.
— Конечно наврали, Марго, — с жаром подтвердил Череп.
— Всё равно, раз уж мы здесь… Взять его! — вся стая бросилась на Черепа, и он пропал под телами огромных элитных заражённых под оглушительный рёв толпы.
Кобра попробовала повернуться, но у неё ничего не получилось. Она с ужасом осознала, что совершенно не чувствует своего тела. Глаза у неё были, слышала тоже хорошо, вот только нагнуть голову не получается. Вокруг неё какая-то жидкость, но дышит она без затруднений. Справа послышались шаркающие шаги и показался высокий седой сгорбленный человек. Рядом с ним шла девушка со связанными спереди руками. Они остановились напротив Кобры.
— Вот она, — сказал старик в белом халате. — Это моя дочь, Кобра.
— Так этой ей понадобилось моё тело? — девушка внимательно разглядывала Кобру. — Она знает, что с ней? Есть у вас зеркало?
— Да, сейчас, — старик исчез из поля зрения Кобры и вновь появился с метровым листом отполированного алюминия. Кобра увидела своё отражение и ей стало плохо. В отражении зеркала она увидела «себя». Мозг с глазами и нервной системой плавал в высокой колбе. Многочисленные нервные окончания распушились по всему цилиндру, полностью заняв весь объём. Она сразу вспомнила всю цепочку переселений из одного тела в другое и Кобре захотелось выть. Как же так? Она же, только что была в Подземье и вновь оказалась в капсуле у Колдуна?
— Мне кажется она нервничает, — тихо сказала девушка. — Зачем тебе всё это, милый? — Милый? Кобру окатило холодной водой. Колдун мой отец? Тогда она кто? Не мать же? Насколько помнила Кобра мать её умерла.
— Я хотел, чтобы у меня была дочь похожая на тебя. И ничего лучше не придумал, как пересадить её в твоё тело, — просто ответил Колдун.
— А меня куда?
— Известно куда, на свалку, — пожал плечами Колдун.
— У меня есть предложение получше, — она запустила свои руки ему под халат и потянула ремень. Немного покопавшись, она расстегнула его. Похотливо облизнулась и посмотрела на Колдуна.
— А как же она? — пробормотал Колдун.
— Пусть себе плавает дальше. Я сделаю тебе хорошо. Как ты захочешь, всё что захочешь! — пылко пообещала девушка. Кобра начала нервничать.
— Раствор испортится скоро, она и так предельно долго находится в колбе. Ей осталось максимум два часа.
— Зачем же ждать два часа, милый? Как слить раствор?
— Вот эта кнопка.
— Эта? — девушка без сожаления нажала её, и Кобра с ужасом заметила, как в зеркале стал опускаться уровень жидкости в её колбе. Девушка тем временем встала на колени перед стариком и улыбнувшись потянула замок молнии на брюках вниз.
— Очнулась, крошка? — Лиана открыла глаза и увидела перед собой Персефону, богиню мёртвых, начальницу Килдингов. Её пронзил электрический разряд и в памяти снова вспыхнул тот ужас, который она испытала в Аду. Лиана внутренне содрогнулась и отползла в дальний конец клетки. — Ага! Узнала, потаскушка. Не думала, наверное, что встретимся ещё раз?
— Ты же сдохла, падаль? — прохрипела Лиана.
— Как видишь не до конца. Мы, боги, живучи, — захохотала Персефона и жуткое эхо разнеслось под сводами пещеры. — В этот раз тебя уже никто не вытащит отсюда. Где твой солдатик? А вы неплохо смотрелись в бассейне, особенно, когда он поставил тебя раком, сучка. Помнишь?
 
— Помню, — прошептала Лиана. — Он теперь мой муж, кстати.
— Бывший, больше тебе не суждено с ним встретиться. Всё, шлюшка, отбегалась. Через час я скормлю тебя элите. Может, хочешь, чего напоследок?
— Хочу тебе голову оторвать! — прошипела Лиана, прыгнув на Персефону. Вцепившись в прутья клетки она стала их трясти. — Тварь, подойди ближе! Я тебе глаз высосу!
— Ух ты, разошлась. Ты, коза сутулая, остынь пока. Я ещё приду к тебе перед тем, как ты сдохнешь, а пока я пришлю к тебе своих жеребцов. Позабавишься перед смертью, крошка.
Лиана несколько раз теряла сознание в процессе экзекуции, в которой участвовали килдинги, раса полубогов, как они себя называли. Сейчас, ударившись головой о каменный выступ, она вновь пришла в себя. Её бесцеремонно тащили по узкому туннелю. Через двадцать метров они оказались в небольшой пещере. В центре её стояла самая настоящая гильотина, вокруг неё собралось несколько человек во главе с Персефоной.
— Я решила не мучить тебя, ты и так натерпелась за последний час от моих жеребцов, — Персефона подошла ближе к Лиане и посмотрела на неё. — Вы что с ней сделали? Она хоть соображает? Похоже вы ей до мозга достали, ладно чего уж там. Кладите её.
— Сука, — прошептала измученная Лиана. Персефона моментально оказалась рядом и схватила девушку за длинные волосы и втянула голову в гильотину.
— Чего ты сказала, потаскуха? Я богиня, а ты пыль под моими ногами, — она подала знак и один из жеребцов, что недавно работал над Лианой начал поднимать тяжёлый нож гильотины крутя ручку.
— Ты уродина и никогда не вернёшься на Олимп, — Лиана из последних сил ухитрилась плюнуть Персефоне в лицо. Взбешённая богиня сама дёрнула рычаг и тяжеленный нож упал с высоты трёх метров на белоснежную шею Лианы.
— Ты где была? — Плаксу привёл в чувство сильный пинок. Она всхлипнула и поползла по полу под стол. — Куда! Стоять! — Она закричала, когда Боров схватил её за волосы и выволок из кухни бросив в коридоре.
— Боров, почему ты меня бьёшь? Что я тебе сделала? — размазывая кровь по лицу пропищала Плакса.
— Почему ты меня бьёшь? — передразнил её толстый мужик и по совместительству бывший сожитель. — А кто меня сдал этим убийцам?
— Мы всё увидели через камеру, как ты прятался в холодильнике. Я в чём виновата? Я, наоборот, хотела вернуться.
— Ничего ты не хотела, но захочешь, когда я посажу тебя на цепь. Потерпи немного, Плакса, — Боров ещё раз ударил её ногой. А сам загрохотал цепью вмонтированной в стену коридора. Нацепив массивный ошейник, он с великим удовольствием повесил на него навесной замок килограмма на два. Плакса и так еле держалась стоя на четвереньках, а здесь ещё тяжесть цепи, ошейника и замка свалила её на пол.
— Будешь жить теперь в прихожей, до туалета цепь дотянется, а до кухни нет. Будешь выть, забью насмерть.
— Лучше сразу убей, скотина! — прошептала разбитыми губами Плакса.
— Как ты сказала, маленькое дерьмо? — он с размаху ударил её по рёбрам ногой, раздался характерный хруст. Спустя минуту изо рта девушки показалась струйка крови. Ребро проткнуло лёгкое, Плакса начала задыхаться. — Ну, и как тебе сейчас? Думаешь, когда ты закрыла меня в холодильнике мне было лучше?
— Ты трусливая скотина и скоро сдохнешь, — пообещала ему Плакса.
— Ты первая! Я забью тебя прямо здесь, — Боров стал наносить удары по хрупкому маленькому телу вбивая ноги со всей силы. Плакса уже не чувствовала боли и только закрыв глаза молила о быстрой кончине. Боров перестал её избивать и сел перевести дух. — Трахнуть бы тебя напоследок, да неохота пачкаться. Ты им всем дала? Отвечай, тварь!