Всем сердцем

Этими самыми губами он целовал Лили, одновременно нашептывая ей на ушко сладкие слова и пылко лаская ее тело…
Он потянулся к ней, и Анна чуть не задохнулась от волнения. О Боже всемогущий! Может быть, он поцелует и ее тоже. Может быть, она ему позволит…
Что-то потянуло ее за волосы. Это Джошуа! Он вынимал шпильки из ее прически.
– Прекратите сейчас же!
Анна оттолкнула его руку, но было уже поздно. Волосы упали ей на спину и рассыпались по плечам. Она поспешно поставила пустой бокал и принялась шарить руками по зеленому клетчатому одеялу, ища свои черепаховые шпильки.
  
Джошуа протянул руку и показал шпильки, лежавшие на его ладони.
– Вы не это ищете?
Анна метнулась вперед, но он сжал пальцы в кулак и убрал руку за спину. Нахмурясь, она оглядела его мускулистую фигуру и решила, что драться с ним бесполезно.
– Отдайте! – негодующе потребовала она. – Эммет прислал мне их из Индии.
– Вы получите их, когда я закончу.
– Закончите что?
– Свой осмотр. Вы просили меня оценить ваши женские достоинства.
Анна мысленно съежилась под его пристальным взглядом. Она не любила ходить с распущенными волосами, даже когда была маленькой. Однажды, в девять лет, она отрезала свои длинные локоны садовыми ножницами: ей хотелось во всем походить на братьев. Сейчас она раздумывала, не воспользоваться ли ей ножом для сыра. Впрочем, нет, нож можно использовать как оружие. Она отрежет Джошуа самую уязвимую часть его тела.
– Я же сказала вам, что передумала.
– Слишком поздно.
– Я имею право снять свой вопрос.
Она собрала волосы и попыталась скрутить их в пучок. Он схватил ее за руки.
– Не надо. Мне нравится, когда они распущены.
– Но это же неопрятно.
– Это красиво. – Он прочесал пальцами локоны, – Какие мягкие! Они взъерошены, как будто вы только что проснулись.
Анна таяла от его ласковых прикосновений. Ей вдруг представилось, что она открывает глаза и видит Джошуа в своей постели. Какие опасные мысли! Если бы не выпитое вино, она нашла бы силы его оттолкнуть.
– Не понимаю, – прошептала она. – Мужчины обычно восхищаются женщинами, которые тратят помногу часов на свой туалет.
– Просто им нравится мысленно, уничтожать плоды их стараний.
Это объяснение озадачило Анну.
– Я целыми днями заботилась о своих многочисленных братьях и не научилась ухаживать за собой. Наверное, мне никогда не найти хорошего жениха.
– Никогда не говори «никогда», – изрек Джошуа, загадочно сверкнув карими глазами, потом подался вперед и прикоснулся губами к ее губам.
Этот легкий поцелуй оживил все ее чувства. Чтобы справиться с внезапным головокружением, Анна закрыла глаза и ухватилась за лацканы его сюртука.
Его дыхание стало частым и прерывистым. Он обнял Анну, прижав ее мягкую грудь к своему мускулистому торсу. Сколько же раз она представляла себя в его объятиях! Однако действительность превзошла все ожидания. Кончик его языка проник в ее рот, и по всему телу Анны прокатилась жаркая волна наслаждения.
Из груди вырвался блаженный стон. Она и не знала, что поцелуй может быть таким всепоглощающим. Между тем он обхватил ладонью ее грудь и принялся медленно ласкать большим пальцем затвердевший сосок. Анна раскраснелась от возбуждения и прогнулась в талии, стремясь покрепче прижаться к его телу.
– Джошуа, – шепнула она ему в губы. – О Джошуа!
Он на мгновение сжал ее в объятиях, потом решительно отстранил от себя.
Растерянная, она открыла глаза и наткнулась на его пристальный взгляд.
– На сегодня достаточно, – проговорил он, скривив губы в холодной усмешке. – Урок окончен.
Его слова проникли в ее затуманенное сознание. Урок? Значит, этот поцелуй был «тренировочным» и Джошуа просто играл с ней, забавляясь ее наивностью? Судя по его небрежным манерам, он не считал то, что между ними произошло, чем-то из ряда вон выходящим:
Щеки Анны пылали. Собрав остатки самообладания, она сказала:
– Спасибо, что поделились со мной своим богатым опытом.
– Рад служить, – Он бросил черепаховые шпильки ей на колени. – И, пожалуйста, не беспокойтесь по поводу вашего женского обаяния. Вы вполне естественно реагировали на мои ласки.
Ее задела та холодность, с которой он анализировал их умопомрачительный поцелуй.
– Знаете, это я должна была преподать вам урок. Фрэнсис однажды показал мне, как можно покалечить мужчину.
– Учту ваше предупреждение.
– Не утруждайтесь. Я больше не позволю вам ко мне приблизиться.
– Я рад, что мы пришли к взаимному согласию.
Пока Джошуа собирал остатки пикника, Анна скрутила волосы в пучок – такой тугой, что у нее заныла только что зажившая рана. Эта боль была ей даже приятна, потому что отвлекала от душевных переживаний. Она сердилась на Джошуа за то, что его совершенно не вдохновил их поцелуй, и вместе с тем стыдилась собственного безумного влечения.
Джошуа привязал корзину и помог Анне сесть в двуколку. Стоило ему взмахнуть вожжами, как Плато вскинул голову и охотно потрусил вперед.
Напустив на себя равнодушный вид, Анна сложила руки нa коленях и уставилась прямо перед собой. Прохладный морской ветерок прояснил ее голову, и она с пугающей трезвостью осознала то, что произошло. Она позволила поцеловать себя лорду Джошуа Кеньону! Человеку, которого считала распутником и негодяем. Ее сила воли оказалась настолько слаба, что, если бы он не прервал поцелуй, она разрешила бы ему зайти гораздо дальше. И дело было вовсе не в выпитом вине. Даже сейчас, вспоминая его объятия, она ощущала, как все ее существо наполняется расслабляющим теплом.
Девушка взглянула на его руки, ловко управляющие вожжами. Эти сильные уверенные пальцы совсем недавно ласкали ее тело… Как она могла забыть, что он пытался обесчестить свою невинную невесту накануне свадьбы, а потом, получив отказ, принялся соблазнять ближайшую подругу Лили?
Боже правый! Как Лили Панкхерст устояла перед руками и губами Джошуа?
Анна мысленно одернула себя. Еще немного, и она будет думать, что этот мужчина совершенно неотразим. Однако, прожив много лет под одной крышей с девятью братьями, она досконально изучила все мужские слабости и недостатки. Просто ее повергла в шок правда о Дэвиде, и она попыталась найти утешение с первым, кто подвернулся под руку.
Впредь надо все время помнить о своей цели: найти таинственного стрелка и позаботиться о том, чтобы он понес заслуженное наказание. После этого она сможет навсегда избавиться от Джошуа.
Обернувшись к нему, она спросила:
– И что мы теперь будем делать?
– Вернемся домой.
Анна огляделась по сторонам и обнаружила, что они почти приехали в Мерритон-он-Си.
– Я говорю о нашем расследовании. Предлагаю прямо сейчас расспросить Сэмюела Фирта. Вы знаете, где его искать?
– Да.
– Тогда поехали. Нет смысла откладывать.
Джошуа не ответил. Он хмуро смотрел на изрытую колеями дорогу, которая петляла между деревьями и вела к дому Анны, расположенному в дальнем конце деревни.
Его нежелание действовать сообща не слишком огорчало Анну. Она знала, что лучший способ договориться с упрямцем – это переупрямить его.
– Знаете, я подумала, – сказала она, – что нам не помешало бы войти в брайтонское общество и понаблюдать и подозреваемыми мужчинами.
Эти слова заинтересовали Джошуа. Он оглядел Анну с головы до пят и весело расхохотался.
– Вы, в обществе? Да вас съедят заживо!
Она смущенно поправила юбки.
– Да, я знаю: мой гардероб давно устарел, но я могла бы взять у миссис Тиннесвуд модные журналы и перешить некоторые платья.
– Дело не только в одежде. Вы слишком простодушны. Чтобы выжить в окружении сотен снобов, надо уметь хитрить.
– Почему же вы не применяете вашу теорию на практике? – парировала она. – В отличие от вас я сумела выудить правду из лорда Тимберлейка. И что такое хитрость в вашем пониманий? Угрозы и запугивание!
Джошуа молчал. Анна мысленно поздравила себя с успешным выпадом. Даже такой самонадеянный человек, как он, не мог поспорить с ее утверждением. Однако, взглянув на своего спутника, она поняла, что он ее просто не слушал. Джошуа сидел, плотно сжав губы и обратив мрачный взгляд вперед, на грунтовую подъездную аллею. На его загорелом лице читались испуг и удивление. Охваченная любопытством, Анна посмотрела в ту же сторону.