Вторая молодость Фаины (СИ)

Он замолчал на секунду и спросил: 
— Я верно понял, что золото с вашей земли? 
— Верно, Алексей Сергеевич, — подтвердила я, — прямо на поверхности валяется. Собрала за пять минут вот такую шкатулку. То ли жила вышла... Я, Алексей Сергеевич, плохо понимаю, как это работает. 
— Фаина Андреевна, я тоже геологией не занимался, но могу сказать, что в тех краях часто происходят мелкие подземные толчки. Вы их, может, даже и не ощущаете, но земля-то «дышит». Вот люди и говорят: «Полоз прошёл», значит, породы сдвигаются, вот и выходит золотишко на поверхность. Ручей, наверное, рядом есть? 
  
— Да, — кивнула я, — ручей, песочек такой белый. 
— Всё сходится, — подтвердил Алексей, — да вот только и другое сходится. Не просто так, видать, вашего брата с супругой убили. 
— А что же делать мне теперь, Алексей Сергеевич? Как жить-то дальше?.. Я ведь уехала, даже не знаю, найдёт там кто-то ещё это золото или нет. Сказала только охране, чтобы смотрели, чтоб чужие возле пасеки не ходили. 
Алексей задумался, провёл рукой по подбородку. 
— Ну, завтра мы с вами Кошко вызовем, с ним поговорим. А так, первая мысль, которая приходит, и это самое надёжное для вас решение, Фаина Андреевна, это передать прииск государству. 
Алексей внимательно на меня посмотрел и продолжил: 
— Пусть оно разработки ведёт, ему и принадлежать рудник будет. А вам всё равно будет полагаться процентов пятнадцать прибыли, и это деньги немалые, а золото, вроде как, уже не ваше. А с государством тот, кто за всем этим стоит, вряд ли решится воевать. Это уже не просто дворянка Стрешнева, тут целая империя. 
Я смотрела на Алексея и думала, как же мне повезло встретить такого человека. Сама бы я до такого решения не дошла. 
— А что надо сделать теперь, Алексей Сергеевич? — спросила я. 
— Ну, Фаина Андреевна, если в канцелярию идти, то это всё равно что встать посреди площади и закричать, что вы владелица земли, где найдено золото. Через пару дней у вас там будет половина города с лопатами. 
— Нет, — покачала я головой, — я так не хочу. 
— Понятное дело, не хотите, — кивнул он, — здесь нужно напрямую обратиться и лучше бы, конечно, прямо к императору. Ну или к ближайшему его советнику, только к тому, кто действительно России служит. 
— Алексей Сергеевич, — осторожно спросила я, — а вы можете помочь? 
— Я, Фаина Андреевна, купец дворянского происхождения. На титул ещё себе не заработал, во дворец не вхож. Вот только собираюсь туда попасть, с вашей помощью и вашим именем, как поставщик двора Его Императорского Величества. Но это не раньше, чем, когда фабрика в полной мере заработает и шоколад «Принцесса» будет выпускаться. 
— Алексей, а что же мне делать? Через кого же тогда попасть? — спросила я, понимая, что просто так меня во дворец, наверное, никто не пустит. 
И вдруг я поняла, что есть у меня выход, может, не на самого императора, но на императрицу-то точно. Жирова Евдокия, невеста сердечного друга Фаины… 
Я же всё равно к ней собиралась с баночками своих эликсиров красоты, так почему бы заодно и про аудиенцию не выспросить? 
Алексей, заметив мою заминку, спросил: 
— Что-то надумали? Кого-то вспомнили? 
— Да, Алексей Сергеевич, — подтвердила я, — вспомнила одну знакомую. Она фрейлина императрицы, может и получится через неё попробовать. 
— Но тут нужен человек, — заметил Алексей, — которому вы по-настоящему доверяете. 
— Думаю, я могу ей доверять, — сказала я, вспомнив, как было написано её письмо. 
Алексей внимательно на меня посмотрел и несколько нравоучительным тоном сказал: 
— Только сразу тему золота не озвучивайте, Фаина Андреевна. Если уж сильно настаивать будет, то только тогда скажите, и попросите свести с советником Клоповым, Анатолием Алексеевичем. 
— Советником Клоповым Анатолием Алексеевичем, — повторил Алексей, — этот человек за Государство и за Императора радеет, всю Россию объездил, все проблемы знает не понаслышке. Да и, говорят, что с императором видится каждый день. 
— Спасибо, Алексей Сергеевич, попробую. 
— С вами съездить? — предложил он. 
— Я не знаю…, — сначала я хотела отказаться, но потом решила, что Евдокия Жирова может мой приезд в одиночестве оценить, как посягательство на жениха, поэтому согласилась, — если можно, то была бы благодарна. 
— Хорошо, Фаина Андреевна. 
— Я буду готова к десяти утра, — сказала я. 
— Для Петербурга рано, — улыбнулся Алексей, — давайте в одиннадцать. Ведь ваша знакомая дворянка? 
— Да, — кивнула я. 
А Алексей сказал: 
— Значит, если мы в одиннадцать выйдем, то будет в самый раз. 
— А что, Алексей Сергеевич, дворянки спать любят? — почему-то меня насмешило, что Алексей так про дворянок сказал, можно подумать, что купчихи все «ранние пташки». 
— Ну, в Петербурге жизнь насыщенная, — Алексей развёл руками, — ваша знакомая могла вечером куда-то выйти, поздно вернуться, поэтому лучше рано с утра приезжать. 
Я решила в этом вопросе довериться Алексею, и не стала спорить. 
После просмотра «камушков» вся романтическая атмосфера нашего ужина, конечно, была разрушена. Но зато появился хоть какой-то план. 
*** 
Ротмистр Диваев 
В офицерском клубе было дымно и шумно. Ротмистр Диваев сидел за столом с мрачным видом. Перед ним стояли бутыль из тёмного стекла и бокал, но он не пил, он думал. 
Никого из тех, с кем он служил, не было. Лица были все новые, но всё было, как и всегда в таких заведениях, офицеры веселились, играли. 
Ему самому тоже хотелось присесть за игральный стол, но так сложились обстоятельства, что наличных у него не было. И почему-то со злостью он вспомнил ту, из-за которой приехал в Петербург, взяв несколько дней отпуска. Время утекало, как вода, а решение, что делать, так и не приходило. 
— Как можно очаровать человека, который даже не смотрит в твою сторону? — спросил он себя вполголоса и тут же сам себе ответил: 
— Никак. 
«Не даром в народе говорят, насильно мил не будешь» 
Теперь он ясно понимал, что его очень ловко взяли на крючок. 
Когда он перевёлся из столицы в Уральский полк, поначалу сильно тосковал. В сравнении со столичным гарнизоном Екатеринбург казался провинциальной дырой. Тоска была страшная, в небольшом городе не было ни увеселительных заведений, ни игровых домов, даже девки были какие-то все какие-то серые и унылые. Потом, конечно, как-то приноровился. 
И вдруг открылся новый клуб. Новые столы, свежие карты, интересные ставки, французское шампанское, столичные красотки… Ну как тут устоять? 
Проигрался, разумеется, в пух и прах. Был готов застрелиться, но тут поступило предложение, которое вначале показалось ему лёгким. 
Девчонка, наследница, приехала вступать в права, после смерти брата, она одна, а он холостой. Надо было вскружить ей голову, жениться, а после, землю переписать на нужного человека. 
И тогда ему, ротмистру Диваеву, прощались все долги. А долги были немалые. Всё имущество дворянина Диваева Айдара Абубакировича было заложено и перезаложено, а не отдаст долги, лучше пулю в лоб, да жалко было мать и сестру, дом, в которым они жили после смерти отца, тоже был заложен, чтобы покрыть непомерные игровые расходы ротмистра Диваева. 
На первый взгляд ротмистру всё казалось просто. Но девка оказалась не простой, опыта у неё было, что казалось, она лет сто прожила, а не восемнадцать, и реагировала на него будто бабка какая-то. У ротмистра было впечатление, что она раскусила его с первой же минуты. Смотрела настороженно, будто знала, что он неискренен. 
Теперь ротмистр понимал, что обаять её он уже не сможет, что нет у него ни времени, ни желания, но землю всё равно надо было заполучить. 
  
И вот, сидя в прокуренном, душном зале офицерского клуба, среди шумных и веселящихся офицеров, в голове у ротмистра Диваева начал созревать новый план. Быстрый и эффективный. 
  
Глава 48
 
Хорошо, что в пути мне встретилась Анна, я со спокойной душой оставила с ней Полинку. Охрану тоже оставила с ними, почему-то, когда была с Алексеем, мне казалось, что ничего плохого со мной произойти не может.