Темный Падший (ЛП)

— Эти апартаменты предназначались для учителей школы «Полумесяца» для непослушных детей», — говорит она, поднимая свои изогнутые светлые брови. — Две общие ванные комнаты: одна для мальчиков, другая для девочек, — говорит она, указывая на середину длинного коридора. — И большой бельевой шкаф в конце. — Она также указывает в том направлении. — Ладно, я вас не трогаю. Встретимся в библиотеке через пятнадцать минут. — Сидни спускается по ступенькам и скрывается в темноте.
  
— Вы двое, — говорит Ной, глядя на нас с Эли. — Ради всех нас, займите комнату в самом конце.
Я ухмыляюсь и проталкиваюсь мимо него.
— Никаких возражений. — Ной качает головой, когда я прохожу мимо.
Эли все еще держит меня за руку, и мы идем по длинному коридору к последней комнате. В коридоре, как и во всем «Полумесяце», темно, а прямо посередине тянется длинная полоса выцветшего зеленого ковра. Стены из мореного дерева, такого темного, что кажутся черными. На стене выстроились в ряд несколько старых фотографий в овальных рамках. Женщины с каменными лицами, их волосы собраны на затылке в тугие пучки, а мужчины смотрят на них с таким же каменным выражением лица. Ни одной улыбки. Все по-деловому. Клянусь, это выглядит так, словно они прямо из фильма ужасов.
Джинджер и Люциан занимают первую квартиру в противоположном конце коридора от нас. Вик живет через холл от них, Ной — на одну дверь дальше. Дариус — рядом с нами.
Я бросаю свою сумку на пол и быстро осматриваю нашу комнату. Вот это сюрприз, сюрприз — темно. Я пробираюсь сквозь слабый свет, проникающий через окно, чтобы включить лампу, стоящую на старом письменном столе в углу. Комната погружена в приглушенный светлый полумрак, в ней есть камин, двуспальная кровать с тяжелыми зелеными занавесками, прикроватные тумбочки по обе стороны кровати, на каждой из которых по лампе, и высокий шкаф в углу. В изножье кровати стоит деревянный сундук. Я подхожу к окну и выглядываю наружу. Вокруг серо и уныло, и мое внимание привлекает обезумевший ангел в центре фонтана. Я смотрю на его лицо, высеченное из камня и потрескавшееся от времени. Его глаза плотно закрыты, а руки прижаты ко рту.
Внезапно черты его лица расплываются, искажаются, и я моргаю. Когда я перевожу взгляд на его лицо, он смотрит прямо на меня. По мне пробегает волна адреналина.
— Готова? — говорит Эли, касаясь губами моей шеи.
Я снова моргаю, и лицо ангела принимает прежнее каменное выражение.
Какого черта?
— Рай? — спрашивает Эли, затем разворачивает меня и смотрит на меня сверху вниз. — Что не так? — В его лазурных глазах мгновенно вспыхивает беспокойство. Мышцы на скулах вздрагивают. Как я уже говорила, он может быть чрезмерно заботливым.
Я улыбаюсь.
— Ничего. Наверное, просто привыкаю к этому жуткому месту. — Это не ложь. — Пойдем, пока Джейк не наделал глупостей.
Эли смотрит на меня еще несколько секунд, взвешивая мои слова и решая, верит он мне или нет. Вероятно, он не верит, и на то есть веские причины. Я не уверена, что сама себе верю в этот момент.
— Ладно, По. Пошли.
Знакомое чувство наполняет меня, когда мы выходим из комнаты и отступаем в тень коридора. Это чувство становится неотъемлемой частью моей повседневной жизни. Думаю, мне нужно просто привыкнуть к нему.
Страх.
Часть 2: КОМАНДА
Я верю, что человек, заблудившийся в лабиринтах собственного разума, может вообразить, что он кто угодно.
— Доктор Ллойд, «Человек-волк», 1941
Это место уже гложет меня изнутри. В тот момент, когда я вышла на воздух, зло просочилось сквозь, казалось бы, невинные камни и туман Эдинбурга. Не знаю точно, с чем мы столкнемся, но знаю, что по сравнению с этим убийство вампиров в Саванне будет выглядеть как игра с куклами Барби. Темные Падшие? Они плохие. Очень, очень плохие.
— Райли По
В отличие от унылой прихожей и апартаментов на втором этаже, библиотека Габриэля выглядит по-настоящему стильно. Огромная комната с полками красного дерева от стены до стены, уставленными томами книг. Колоссальный камин занимает почти всю стену. А перед потрескивающим камином — длинный темный кожаный диван, двухместное кресло и несколько стульев. Над головой свисает люстра из переплетенных оленьих рогов. Несколько настольных и торшерных ламп с бордовыми, зелеными и кремовыми абажурами викторианской эпохи дополняют мягкий свет камина. Когда мы все входим, я замечаю Джейка и Габриэля у камина, их темноволосые головы соприкасаются, они увлечены разговором. Они одновременно поднимают глаза и делают шаг вперед.
— Садитесь, — говорит Джейк, кивая на кресла перед камином.
Все устраиваются. Ной плюхается на диван рядом со мной, а Эли — по другую сторону от меня. Дариус садится на стул, Викториан — на другой. Джинджер и Люциан устраиваются на диванчике для двоих. Сидни уже расположилась в мягком кожаном кресле, ближайшем к камину. Я обращаю внимание на своих спутников. Мне по-прежнему интересно знать, что на самом деле существует в нашем мире. Я называю их иными существами, за неимением лучшего термина. И они существа с чувствами. СО страстью. С отношениями. Но они также и вампиры. Оборотни. Бессмертные. И еще есть я… кем бы я, черт возьми, ни была. Думаю, я отношусь к странной промежуточной категории. Пока не уверена, нравится мне это или нет, но ничего не поделаешь. Что есть, то есть.
— Как вы все знаете, мы здесь для того, чтобы разобраться с Темными Падшими, — говорит Джейк. Я перевожу взгляд на Эли. Мы оба думаем об одном и том же: этот парень не теряет времени даром. Джейк скрещивает руки на груди и окидывает нас тяжелым взглядом. — Темные Падшие — это ангелы, поглощенные самой темной магией. Они одержимы, могущественны и их совершенно невозможно обнаружить. У них нет совести. Они передвигаются среди людей как одни из них, и только другой Падший может сразу их распознать. Они из древнего царства святого и нечестивого, если вы верите в такие вещи. И они не остановятся, пока не получат желаемого.
— Отлично, — говорит Ной, потирая руки. — Я люблю сложные задачи.
Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. Он отвечает мне таким же взглядом.
— Что? — спрашивает он. — Люблю.
— Что ж, Майлз, возможно, ты скоро передумаешь, — продолжает Джейк. — Неважно, насколько ты силен, всегда найдется кто-то, кто сильнее тебя. — Он смотрит прямо на Эли. — Для вампиров это Темные Падшие.
— Зачем они здесь? — спрашивает Джинджер.
— И чего они хотят? — добавляет Люциан.
— Дариус расскажет вам об их истории, — просит Джейк. — Он более осведомлен в этом вопросе.
Дариус продолжает рассказ.
— Много веков назад мы с братьями были вынуждены уничтожить другую секту друидов, называемую кельтами. Они украли древний магический фолиант под названием «Сейагх», содержащий самые мощные из злых заклинаний. Опасен не только для них самих, но и для человечества. Это отравило их разум, и они начали использовать его для своей личной выгоды. Ради денег. Богатства. Похоти. Силы. Только позже мы поняли, что они украли его у Темных Падших. О могуществе Сейагха ходили легенды. Его нужно было уничтожить. — Он делает глубокий вдох. — Мы и не подозревали, что кельты спрятали его так тщательно, что даже мы не смогли его найти. Эта чертова штука замаскирована магией. Найти ее было почти невыполнимой задачей. До сих пор.
— Так почему же здесь и почему сейчас? Почему Падшие вдруг объявились с его поисками в Эдинбурге?
Дариус встречает мой вопросительный взгляд пристальными янтарными глазами.
— Это прекрасный пример того, что сказал Джейк ранее, — торжественно произносит он. — Всегда есть люди, которые сильнее вас. Кельты, хотя и не были более могущественными, были хитрыми. И решительными. — Он потирает подбородок рукой. — Они использовали магию Сейагха, чтобы скрыть его от Падших, но были настолько убеждены, что смогут преодолеть свою смерть и вернуть книгу, что проложили запутанный путь, полный загадок и подсказок, к местонахождению Сейагха. Мои братья и я знали тогда, что Сейагх нуждается в защите, чтобы другие не смогли найти его. Мы назначили нашу собственную линию крови этими защитниками. Пожертвовали мирной вечностью, чтобы охранять книгу и быть уверенными, что она никогда, ни за что не попадет в чужие руки. — Он вздыхает и бросает взгляд на Сидни Маспет. — Затем мы назначили архивариуса — того, кто спустя столетия после исчезновения книги останется единственным, кто сможет читать на древнем языке. Это была Сидни, и она — единственный архивариус в мире. Как только Сейагх будет найден, ее задача — прочитать одно древнее заклинание, которое уничтожит саму книгу.