Тьма и пламя (СИ)

В прошлом мире я специально для этого добыл в одном из подземелий трофей, коготь дракона, из которого искусный мастер Пронт вырезал уникальный стилус. А до битвы с богами сразился в одном из подземелий с двумя чудовищами, приобретая Кварнир, способный рисовать руны божественного уровня.
Но здесь нет ни драконов, ни такого уровня артефактов. Лишь сырьё вроде бриллия. Хотя…
  
Я сразу же вспомнил о находке Влада. Он отыскал в лабиринте предмет, похожий на сердце. Хорн, так он вроде его назвал. Используется для производства зачарованной стали, как говорил Кирилл. А раз он об этом в курсе, может, знает что-то ещё?
В общем, я решил не откладывать в долгий ящик наш разговор с Кириллом и набрал его номер. Спешить всё равно некуда. Ещё более часа до начала занятий.
— Да, слушаю, Иван, — напряжённым голосом ответил Кирилл. — Мы здесь слежку ведём. Разговаривать не очень удобно. Давай чуть позже.
— У меня скоро Академия. После обеда как у тебя со свободным временем? Можем поговорить на тему артефактов? — поинтересовался я.
— Разумеется, — ответил Кирилл. Затем на фоне я услышал напряжённый голос Михаила, и наш разговор прервался.
По пути в Академию я забежал в магазин «Всё для питомцев» и приобрёл Роне ошейник по размеру. А затем отправился на занятия, сдавая её в питомник Академии.
Как и ожидалось, первые три пары были скучными. Хотя я отметился на общей магии и артефакторике, ответив с места и положив в свой актив дополнительные баллы. А затем началась практика.
Когда мы очутились на полигоне, Булыкин собрал вокруг себя все три группы.
— Сегодня будет необычное занятие. Поговорим о комбинированных заклинаниях, — оглядел он нас. — Запомните… маг, который использует навык совмещения заклинаний, обязательно победит мага, формирующего заклинания отдельно. Во втором случае — это предсказуемо, ожидаемо. В первом — это всегда нечто новое, к чему нельзя заранее подготовиться.
— Станислав Фёдорович, мой отец говорит с точностью, да наоборот, — ответил один из студентов, кучерявый парень небольшого роста. — Что маг, владеющий в совершенстве одним заклинанием запросто победит того, кто пытается комбинировать.
— Вертинский, вы не правы. Пегов поначалу тоже так думал, — улыбнулся Булыкин.
— Он ведь самый лучший в Гильдии магов, — ответил Вертинский. — Вы же о нём говорите, Станислав Фёдорович?
— О нём, Вертинский, о ком же ещё? — ответил Булыкин. — Этот архимаг был лучшим во владении огненным шаром, скорость и мощь которого была настолько потрясающей, что этому магу завидовали многие из Гильдии. Но независимо от этого проиграл на дуэли. Как раз одному из магов, который практиковал комбинации.
— Расскажите, пожалуйста, Станислав Фёдорович, — попросила Екатерина. — Я лично впервые слышу, что Пегов проиграл кому-то на дуэли.
— Да здесь особо и нечего рассказывать, — скромно улыбнулся Булыкин, мельком взглянув на свои наручные часы. — Его победил маг, который огненный вихрь совместил с парочкой огненных стрел. Сбил его самый быстрый в Империи фаербол, затем ещё один, и пробил его защиту.
— Да ну, бросьте, — теперь уже хохотнул Шустов. — Ещё скажите, что победивший его маг не выдумка. Я читал разоблачение.
— Меньше читайте ерунды, Шустов. Этот маг не выдумка, уж поверьте, — уверенно ответил Булыкин.
— Да откуда вы знаете? Кто угодно мог такое придумать, — ответил Вертинский.
— Потому что именно я был тем самым магом, который победил его, — ответил Булыкин.
Вертинский и Шустов тут же заткнулись, удивлённо хлопая глазами.
— Так вот, дамы и господа, показываю один раз… на мишени, — вновь обратился ко всем Булыкин.
Он сконцентрировался, выставил руки перед собой, и перед ним образовалась огненная пелена, закручиваясь в спираль. Прямо перед мишенью появились в этом огненном вихре несколько пламенных стрел, которые обрушились на неё со всех сторон.
— Это очень круто, — выдохнул один из студентов, когда табло над мишенью высветило коэффициент убойной силы, перевалившей за стандартное значение.
После этого каждый из нас начал тренироваться на мишени. Я же, как и ещё двое защитников, по традиции выступили в спаррингах.
И вновь против меня вышел Шустов. Решил попробовать на мне комбинированное заклинание. Мало того что криво его выполнил, так ещё и мой многослойный щит не смог пробить. В итоге у меня ещё одна оценка «отлично» за этот день.
После занятия мы перешли в Главный корпус, где пожилая женщина заунывным голосом начала лекцию об этикете. Многие студенты задремали за партами, не выдержав этой монотонности. Я же обдумывал прошлый урок.
Он вновь подтолкнул меня на идею, которая появилась недавно. Раз я могу ставить магические щиты и сдвигать их в пространстве, значит, и пространственные руны можно на них изображать.
Магические способности всё ещё не позволяли мне воплотить это в реальность, даже если я буду находиться в доме медитации. Но уже скоро я смогу это сделать. Уже скоро.
На этом все пары в Академии закончились, и я с чистой совестью собрался на выход. По пути прихватил Рону, которая продолжила ворчать об условиях содержания. Затем увидел Кирилла. Он меня встретил на выходе из корпуса.
— Иван, привет, — поздоровался он со мной. — Решил тебя встретить. Как раз беседовал с Дербенёвым насчёт твоего дела. Седой решил взять его под свой личный контроль.
— Отчего такая щедрость? — ухмыльнулся я, когда мы спустились со ступеней и направились в ближайшее кафе.
— Ты удивишься, но дело здесь попахивает чем-то тёмным, — ответил Кирилл.
— Уж не хочешь ли ты сказать, мой дорогой друг, что Коротков — сектант? — удивился я.
— Пока ничего не понятно, но мы ненавязчиво будем следить за всеми, — напряжённо произнёс Кирилл. — Одуреть можно, в Академии сектанты завелись.
— Ты удивлён? Они могут быть повсюду, — хмыкнул я. — Уж если Гордеев куратор секты, то почему бы в Академии им не завестись?
— Мы следили за ещё одним… вот таким аристократом, — процедил Кирилл.
Мы в этот момент зашли в не очень просторное кафе. Всего пять небольших столиков, все из которых уже были заняты студентами.
— Пройдём к стойке, — махнул мне Кирилл и покосился на Рону. — Ты питомца, что ли, нового приобрёл.
«Ага, свеженького», — засмеялась Рона.
— Познакомьтесь, — широко улыбнулся я, усаживаясь на высокое кресло с металлическими ножками. — Кирилл — это обновлённая Рона, Рона — это очень удивлённый Кирилл.
— Да не может быть! — воскликнул радостно безопасник, вглядываясь в мою питомицу. — Это же тот самый щенок. Но… как он подрос так быстро?
— С магическими питомцами всегда так, — произнёс я, поглаживая Рону.
— Ты же в курсе, что магических питомцев надо регистрировать? — пристально посмотрел на меня Кирилл.
— Не всех, — уточнил я.
— Выглядит твоя Рона вполне безобидно, но я-то видел её в деле, — Кирилл натянуто улыбнулся. — А может кто-то увидеть ещё, и стуканёт кому надо. В общем, ты понял. Давно хотел с тобой поговорить об этом, и раз случай представился — сообщаю, что могут быть проблемы.
— Займусь на днях, — пообещал я. — Так что с тем аристократом, за которым вы следили?
— Граф Кривошеев, который, кстати, был на вечере Суворова, — прищурился Кирилл. — И этой твари передали странную коробку. Сосед его по участку довольно странный старичок. Каждое утро замеряет магический фон в своём поместье. Вот и засёк тёмную энергию… В общем, нас по тревоге подняли.
— И что в той коробке? — заинтересовался я.
— Некий артефакт непонятного происхождения, — ответил Кирилл. — За ним ведётся наблюдение, так что жду новостей.
  
Что-то затевает Пастырь. Неспроста ведь он появился на том вечере. Вот и договорился с этим Кривошеевым о чём-то. А вот о чём — пока непонятно.
В это время официантка принесла наши заказы. Каждому по кофе и круассану.
— Что-то грязновато здесь, — огляделся я. — Может, в ресторан переместимся?