Код Заражения 2 (СИ)

Содержимое рюкзака – около десяти килограммов тротила, извлечённого из противотанковых мин. Этого вполне хватит, чтобы уничтожить решётку и стальную дверь за ней, но недостаточно, чтобы обрушить лестничный пролёт. Длины шнура, по моим расчётам, должно хватить минут на пятнадцать горения.
Поначалу я отказался, когда Динамит в последнюю минуту предложил установить этот «сюрприз», но потом согласился. В любом случае решение поджигать шнур или нет, я приму сам, исходя из обстановки наверху.
  
Закончив с установкой фугаса, я обошёл зомби, упёршегося лбом в стену, и забрался в лифтовую шахту. Она оказалась намного меньше той, что вела на подземный уровень исследовательского центра, но для одного человека вполне просторно.
Честно говоря, забрызганные кровью стены оптимизма не внушали. К тому же рваное тряпьё под ногами ужасно воняло. Частично помогали фильтры дыхательной системы, но без специальной очищающей жидкости эффективность падала.
Обнаружив кабель-канал, о котором говорил Динамит, я разогнул жестяные скобы и вытащил оттуда часть толстенного электрического кабеля. Потянув его от стены, увидел, что расположенные выше проржавевшие скобы неохотно поддаются.
Ну а дальше – дело техники. Стараясь не соскользнуть, я полез вверх, аккуратно перебирая руками и опираясь ребристыми подошвами о стену. Когда-то, будучи хорошо натренированным солдатом, я вряд ли смог бы преодолеть подъём на пятнадцать метров в полной боевой экипировке. Но после серии заражений я стал гораздо выносливее и мог бы сделать это намного быстрее, если бы не необходимость соблюдать тишину.
Добравшись до пробитого взрывом дна лифтовой кабины, я подтянулся и выглянул наружу. Взору предстала разгромленная касса кинотеатра с закопчёнными афишами киноблокбастеров и прилавком, где когда-то продавали попкорн. Дальше виднелся вход в выгоревший кинозал. Вокруг не было ни души, и я спокойно выбрался из шахты и спрятался за кучей картонных киногероев, чудом уцелевших в игровой зоне.
Честно говоря, несмотря на рассказы Динамита и подтверждения Хромого, я давно привык делить всю входящую информацию на четыре. Опыт подсказывал, что люди склонны преувеличивать чужие недостатки и скрывать свои собственные, чтобы навязать именно свою точку зрения.
Мы слышали только одну версию событий, произошедших в микрорайоне за последние два года. Интуиция подсказывала, что жители шестнадцатиэтажки навряд ли желают нам зла, но и в непрекращающийся террор со стороны люде Азиза я верил с трудом.
Конечно, после заражения все изменились, но те редкие гастарбайтеры, что мне встречались в рабочем посёлке, чаще всего вели себя адекватнее многих коренных жителей Российской Федерации.
Поэтому, чтобы сделать выводы, мне сначала нужно всё лично проверить.
Первое, что я услышал, – это едва различимая восточная музыка, доносившаяся с первого уровня торгового центра. Беглый осмотр показал, что третий и второй уровни полностью разорены. Вниз по-прежнему можно было спуститься по одному из эскалаторов, но остальные были специально взорваны. Именно возле единственного эскалатора, в свете расставленных электрических светильников, я и заметил первого местного обитателя.
Это был мужчина, вооружённый автоматом, сидевший в роскошном кресле за прилавком сувенирной лавки. Судя по его расслабленному виду, этот пост считался безопасным и, скорее всего, служил для того, чтобы не пропускать наверх тех, кого не положено.
Немного понаблюдав, я заметил ещё двоих парней, прогуливавшихся по периметру нижнего уровня торгового центра. Закончив обход, они уселись рядом с постовым и начали играть с ним в нарды.
Не обнаружив ничего криминального, я почуял манящий запах восточного плова и начал пробираться к противоположному концу торгового центра, туда, где находился фуд-корт.
Как выяснилось спустя несколько минут, музыка доносилась из брендовой бургерной, расположенной на первом уровне, справа от главного входа в торговый центр. Видимо, местные использовали эти помещения для приготовления пищи и проживания.
Житейский шум, доносившийся снизу, заглушал хруст стекла, то и дело раздававшийся под моими ребристыми подошвами. Иначе передвигаться было практически невозможно, так как большая часть витрин бутиков и магазинов была разбита вдребезги.
Как и предполагал, часть товара осталась на полках, другая кое-как сложена в более или менее сухих закутках, а третья, раскидана, частично затоптана и пришла в негодность. Намётанный глаз мародёра со стажем мгновенно определил: после начала заражения торговый центр избежал участи быть разграбленным толпами людей, и здесь до сих пор ещё было чем поживиться.
Похоже, после атаки боевой химией в микрорайоне выжило очень мало людей. Непонятно только одно, почему, имея под боком наполненные товарами, торговый центр и оптовую базу, эти люди не объединились, чтобы жить припеваючи, без вырезания соседей и грабежа случайных путников. По неведомой причине этого не произошло, и всё продолжало катиться к неизбежному мрачному финалу.
Когда до огромной зоны фудкорта оставалось не больше сотни метров, я, погружённый в раздумья, едва не угодил на глаза людям Азиза. Спасло лишь то, что я выбрал путь через разгромленный книжный магазин.
Чудом устоявшие полки с боевой фантастикой и фэнтези заслонили меня от двух суровых бородачей, вышедших из незамеченного прохода. Эта пара разительно отличалась по экипировке и вооружению от сопливых патрульных внизу.
Не заметив меня, они собирались пройти мимо книжного, переговариваясь и рассекая тьму мощным лучом фонаря. Усиленная аудиосистема шлемов выхватывала обрывки фраз, дав возможность их подслушать.
– Рашид опять всю ночь на крыше проторчит в обнимку со своей винтовкой. А завтра Азиз может нас к многоэтажкам погнать, всё проверить. Али, вот зачем ты ему сказал, что тебе что-то померещилось?
– Надир, но я реально кого-то видел в бинокль. Очень далеко, но несколько фигур точно шли в нашу сторону, от прогремевшего взрыва. А потом я видел сквозь кроны деревьев, как кто-то шёл по аллее.
– Да там постоянно что-то мелькает между деревьями. Скорее всего, это этот придурок Динамит, ставит новые мины. А то, что ты видел вдалеке, это были зомби.
– Зомби, везде вокруг эти зомби. Как же они надоели. Вот скажи мне, Надир, зачем братья держат их прямо здесь? Мало им той рыжей шлюхи, что давно мозгами тронулась? Будь моя воля, я бы всех, кто в клетках сидит, давно перестрелял, а потом бы и парковку подземную зачистил от нечисти.
– Эх, Али, Али, зелен ты ещё. Вот сходи завтра со мной к рыжей бестии, сам всё поймёшь. И вот ещё что: не вздумай нести подобную чушь при Азизе или Рашиде, иначе они забудут, что ты их земляк.
Я заметил, как говоривший последним указал на перегородку из пеноблоков, отделяющую половину фудкорта. А сами бойцы вышли из дверей, ведущих, судя по значкам, к туалетам и лестнице на крышу.
Дождавшись, пока бородачи скроются из виду, я уже собирался проскочить опасное место, но в этот момент отворилась незаметная дверца в перегородке. Оттуда вышли здоровенный усатый мужик с пистолетом, Стечкин в деревянной кобуре и парень с автоматом, освещающий фонарём их путь.
Они быстро прошли с другой стороны, от огороженного проёма и направились к эскалатору. Я едва успел разглядеть усатого, но, судя по его холёному виду, это вполне мог быть сам Азиз.
Выждав ещё немного, я, наконец, добрался до перегородки и уже на подходе услышал всхлипывания и злобные шипения. Дверь не была заперта, и увиденное за ней в кромешной тьме заставило вмиг закипеть от ярости.
  
Посреди огороженной зоны стояла длиннющая клетка, разделённая на три части. В боковых отсеках томились по две обнажённые зомби женского пола. Они были прикованы наручниками к верхним решёткам. Твари, извиваясь, шипели, как змеи, и оскаливали рты. Но не это заставило мои зубы скрежетать от злости.
В центральной камере, прикованная к дивану по рукам и ногам, лежала рыжая женщина. Она не видела меня в темноте, но явно почувствовала чьё-то появление. Вздрогнув, она попыталась прикрыть обнажённое тело клетчатым пледом и быстро зашептала себе под нос нечто нечленораздельное, отдалённо похожее на молитву.