Руководство по соблазнению

Билли покачала головой.
– Я не рассказала им о Кайдене.
– Почему?!
– Не знаю. Наверное, из-за чувства вины. Я не думаю, что была неправа, пригласив сюда всех его женщин, но, возможно, я переборщила с татуировкой. Просто… – Билли покачала головой и вздохнула. – Можно сказать, что мне не очень везет в любви. Я несколько раз обжигалась, а в случае с Кайденом вообще довела все до точки кипения.
  
Я кивнул.
– Понимаю. У меня самого не лучший послужной список в отношениях.
– Да? Хочешь со мной посоревноваться? Проверим, у кого самая плохая история отношений.
– Безусловно. – Я улыбнулся и вздернул подбородок. – Дамы вперед.
– Полагаю, мои худшие отношения были с Лукасом. Мы познакомились, когда мне было двадцать и я путешествовала по Австралии с одним рюкзачком. Я только что прошла обучение мастерству тату и решила взять месяц отпуска, прежде чем выйти на полный рабочий день. Я люблю путешествовать – пожалуй, это единственное, что объединяет нас с мамой, – поэтому я прилетела в Мельбурн и начала свой путь по Великой океанской дороге [5]. Я познакомилась с Лукасом на пляже Беллс, где ежегодно проводятся соревнования по серфингу. Однажды рано утром я была там и наблюдала за восходом солнца, а он подошел со своей доской и предложил научить меня серфингу. Следующие пять недель мы провели вместе, путешествуя по всей Австралии. Лукас родом из Калифорнии, работал в Кремниевой долине и рассказал мне, что недавно продал приложение за двадцать миллионов долларов и решил сделать перерыв, чтобы понять, что делать дальше. Когда мне пришло время возвращаться в Нью-Йорк и приступать к работе в качестве татуировщицы, Лукас поехал со мной домой. Я была по уши влюблена, и мне казалось, что он тоже.
Я кивнул. От этой истории у меня уже скрутило живот.
– Мы с Лукасом стали жить вместе, – продолжала Билли. – Скоро мы поняли, что моя квартира слишком мала для нас двоих, и сняли отличное жилье, которое я никогда не смогла бы позволить себе в одиночку, завели совместный банковский счет, на который он перевел свои деньги (более двухсот тысяч долларов). Я была счастлива как никогда. У меня был парень моей мечты и работа, которую я обожала. Я даже познакомила его со своей мамой, и мы собирались поехать в Калифорнию, чтобы я познакомилась с его семьей. Заодно он планировал собрать там свои вещи и перевезти их в Нью-Йорк. Все шло прекрасно… но однажды я вернулась домой с работы и обнаружила, что из моей квартиры пропали все ценные вещи. Наш общий банковский счет, на котором также лежало шестьдесят тысяч долларов наследства, полученного мной после смерти бабушки, тоже был пуст.
Я взволнованно пригладил волосы.
– Господи Иисусе. Мне так жаль, Билли! И что произошло дальше?
Она пожала плечами.
– Я обратилась в полицию. Оказалось, что парень – известный мошенник и уже много раз проделывал это с другими. Но поскольку он переезжает из страны в страну, его никак не поймают. Я бы никогда не подумала, что он заберет мои деньги. Он тратил наличные так, словно у него в банке действительно лежали двадцать миллионов.
Билли допила свой напиток и указала на меня.
– Твоя очередь. Думаю, это единственный конкурс, в котором я одержу победу. Я знаю тебя совсем недавно, но все равно уверена, что ты бы так не сглупил.
Я махнул рукой.
– Я бы не был так уверен. Не думай, что за этим смазливым личиком спрятаны достойные мозги. Я тоже наделал столько глупостей, что мама не горюй!
Билли откинулась на спинку кресла и заложила руки за голову.
– О, не могу дождаться, когда услышу твой рассказ.
– Да, наверное, я вышел из этих передряг с лучшим результатом. Однако в прошлом я определенно руководствовался не только этой головой. – Я указал на ту, что была у меня на плечах.
Чтобы рассказать свою историю, требовалось мужество, так что настала моя очередь опустошить стакан.
– Почти пять лет назад я встретил женщину по имени Рэйвен. Очевидно, я чертовски банален не только в выборе татуировок: Рэйвен была стриптизершей, и я познакомился с ней в стриптиз-клубе на Хэллоуин. Я гулял с приятелями, после шоу разговорился с одной из женщин, и в итоге мы с Рэйвен поехали ко мне. Она ушла на следующее утро, и я больше ничего о ней не слышал – до августа следующего года, когда она появилась на пороге моего дома с пятинедельным ребенком.
Глаза Билли стали круглыми, как блюдца.
– Не может быть!
Я кивнул.
– Ага. Она сказала, что это мой ребенок и что у нее собеседование, которое она не может пропустить, а присмотреть за ребенком некому. Она произнесла всего три предложения, оставила на пороге переноску и пакет с подгузниками, развернулась и ушла. Я с минуту стоял в шоке, потом помчался за ней. Через два дома я понял, что оставил ребенка одного в своей квартире, и рванул обратно.
– Что ты сделал, когда она вернулась?
Я посмотрел Билли в глаза.
– Я дам тебе знать, когда это произойдет.
– Боже мой, Колби, ты хочешь сказать, что мать Сейлор оставила ее на пороге твоего дома и ты ее больше ни разу не видел?
Я кивнул.
– Честно говоря, поначалу я даже не был уверен, что ребенок мой. Я понятия не имел, что делать. Я никогда в жизни не менял подгузники.
– Ты пытался ее найти? – спросила Билли.
Я снова кивнул.
– Долгое время. Но я ничего о ней не знал – только то, что она работала в стриптиз-клубе. Разумеется, я пришел туда, но менеджер сказала, что она уже шесть месяцев как не работает. Я даже нанял частного детектива, чтобы ее разыскать, но ее нигде не было. Оказалось, ее звали не Рэйвен, а Майя, и она находилась в стране нелегально, так что бумажных следов было довольно мало.
Билли покачала головой.
– Ни фига себе. Вот так история!
– Я выиграл?
Она рассмеялась.
– Думаю, да.
– Значит, я выиграл дважды. Потому что Сейлор оказалась лучшим, что когда-либо со мной случалось. Моя безумная история, возможно, и превзошла твою, но, в конце концов, я получил любовь всей своей жизни.
Лицо Билли стало расслабленным и мягким.
– Это прекрасно, Колби.
Через несколько минут вошел Дик. Он оглядел нас и ухмыльнулся Билли.
– Я помешал, босс?
Билли закатила глаза.
– Нет, Дик, не помешал. Мы с Колби просто разговаривали.
– Угу. Как дела, чувак? – осведомился он.
Я вскочил с его тату-кресла и протянул руку.
– Неплохо. Думаешь, это ее бывший, Кайден, разбил окно? Может, нам с тобой стоит с ним поговорить?
Дик улыбнулся.
– Мне нравится ход твоих мыслей.
– Э-э… с Кайденом никто разговаривать не будет, – заявила Билли. – Мы спишем это на то, что какие-то дети повели себя как придурки, и забудем про это.
Я посмотрел на Дика, и он пожал плечами.
– Она мой босс. Хоть и мелкая, но ее сумасшедшей задницы я опасаюсь.
Я усмехнулся.
– Хорошо. Но если передумаешь, ты знаешь, где меня найти.
Билли покачала головой.
– Думаю, мне пора уходить. Тебе что-нибудь от меня нужно, Дик?
– Нет. Все хорошо.
– Ладно, я пойду. Жюстин тоже уходит, так что я запру за нами дверь на всякий случай. А ты следи и не пропусти момент, когда тебе постучат.
– Да, босс.
Билли посмотрела на меня и кивнула в сторону двери.
– Пойдем. Я знаю, тебе пора к дочери. Я выйду с тобой.
Мы с Билли вышли на тротуар и постояли минуту, глядя на лист фанеры.
– Я могу чем-то помочь? Позвонить в стекольную компанию или еще куда-нибудь?
– Спасибо, но я уже договорилась с одной фирмой. Они приедут завтра утром и установят новое стекло. А в субботу здесь поставят сигнализацию – с камерами. Если в следующий раз случится что-то подобное, я буду знать, кто это натворил.
  
Я кивнул. Билли была сильной, но ей нужно было встряхнуться после трудного дня.
– Хорошо. Могу я хотя бы проводить тебя домой?
Она улыбнулась.
– Ценю твое предложение, но сегодня я собираюсь взять такси. Я слишком ленива, чтобы проделать путь длиной в полторы мили, и у меня нет желания ехать в метро с пересадкой. День был долгим, и я просто хочу вернуться домой и понежиться в горячей ванне с бокалом вина.