Троллья поганка

Ледяные грани… наш спальник! Еще бы костер развести – и я бы была совсем счастлива. Хотя сейчас мне хватит и теплой шкуры. Правда, про дальнейшие планы мне так и не рассказали, но уже было все равно.
– Спокойной ночи, госпожа. Я разбужу вас перед уходом.
– Спасибо, – проговорила я, быстро залезая в теплый уютный мешок чуть ли не с головой. И уснула, сразу, как только закрыла глаза.
   
Часть 1. Глава 12 (четвертый день в пути)
 
Синдр:
Проснулся я очень резко и как-то неправильно. Тело ноет, голова болит, во рту – словно бабкиной мушиной настойки перепил.
И тут я вспомнил! Да чтоб их всех горные тролли порвали… Ведь точно, перепил. Только не бабкиной, а той самой, которой меня от чистого сердца хозяин всей этой забегальни угостил. А потом я еще пигалице высказался, потому что это ее снисходительное «мой подданный» за живое задело. Тоже мне, придумала!..
Хотя вот сейчас, на больную, но выспавшуюся голову, я никак не мог понять, с чего вдруг настолько разозлился. Ну да, был повод огрызнуться, но ведь я ее… хлопнув дверью, на вампиров бросил!
И что потом было – не помню.
Во двор выскочил вроде… Да, точно! Ночь, звезды, забор прямо передо мной, а потом… сзади, за спиной, хруст ветки под чьими-то ногами, я поворачиваюсь… и все!..
– Очнулся наконец-то? – поинтересовался кто-то из темноты. Я привстал, пригляделся и прям так на попе в сторону и отпрыгнул. Хорошей я компанией обзавелся, пока без сознания лежал!
– Да не волнуйся ты так, я уже сытый.
Успокоил! И главное, как назло, топора под рукой нет… Пропал топор!
– Ты хоть помнишь, что с тобой было?
– По голове кто-то тяжелым сзади стукнул, – процедил я, нащупав рукой в темноте подходящую дубину. – И если это ты, клыкастая образина…
– На себя посмотри, – рассмеялся вампир и… исчез! И тут же меня кто-то по плечу похлопал. Резко развернувшись, я замахнулся дубиной, но… тварюга опять исчезла, чтобы снова постучать меня по спине.
– Ладно, поразвлекались – и хватит, – объявила клыкастая сволочь, когда я все же умудрился целых два раза заехать по нему палкой. Только сам я к тому времени был злой и уставший, словно полдня бежал с тяжелым грузом на плечах.
– Тебя хотели гномам продать, в пещеры. И если бы не драконица, то рассветов тебе больше не видать. А так вот-вот полюбуешься, как солнце восходит.
– Какая драконица?
Эльфа помню, вампиров помню, тролленка с кружкой, чтоб его кикиморы сварили, помню…
– Ты что, не знаешь? Забавно! Ладно, у меня с солнцем сложные отношения, мы друг друга не любим. Так что пойду в тенечке прилягу, а ты сиди тут, охраняй. Можешь еды добыть, а то скоро твоя спутница проснется, голодная… как дракон!
И, сам рассмеявшись своей странной шутке, клыкастый весельчак опять исчез. Наверное, тенечек искать побежал.
Пока мы развлекались, я успел вокруг оглядеться. Так что уже заметил и чахлу, нагло сопящую в моем спальном мешке, и похрапывающего белобрысого тощего хмыря рядом с ней, накрытого плащом. И то, что эти придурки костер развести не додумались, так что сейчас проснутся и начнут зубами боевые марши выстукивать. Я-то, пока с дубиной крутился, согрелся так, что даже вспотел!
Обойдя полянку, я здраво предположил, что раз мой спальный мешок тут, значит, и остальное где-то поблизости валяется. Ну и точно, нашел! И запасы свои, и топор… И даже ручеек поблизости обнаружил.
Так что, когда поганка завозилась, просыпаясь, я уже и костер развел, и мешанину из яиц сварганил, и отвар на травах замутил, бодрящий.
– Синдр?! Ты очнулся!
Немощь, конечно, слабенькая и тощая, но когда она с разбега напрыгивает и за шею душить начинает, то на пару минут дыхание перехватывает. Особенно если она при этом еще и целоваться лезет… Так, как привыкла… Чтобы прямо раз – и из глаз искорки, а в голове туман. К тому же моей голове сейчас много и не надо.
– Уф! Ну ты меня и напугал! Не смей так больше делать!
Едва чахла нацеловалась, она принялась меня отчитывать, громко и со всей своей самоуверенностью.
– Как?! Ты первая начала…
– Я тебя признала своим подданным! А ты напился какой-то дряни, нагрубил мне и сбежал. Бросил меня, хотя обещал довести до дома. Тебе стыдно должно быть!
Ну… мне на самом деле и было стыдно. Только не говорить же об этом поганке? Она вон опять разбушевалась не по делу. То есть по делу, конечно, но… тут вопросов куча, не понятно ничего, а она меня отчитывает словно мальчишку.
– Вот я тебя не бросила! – гордо заявила пигалица, задрав нос кверху. – И эльфа еще спасла. За компанию.
– Лучше бы ты лошадь какую-нибудь спасла, – пробурчал я, покосившись на еще одно белобрысое недоразумение. Мало мне поганки, так теперь вторая немощь на мою голову!
– Знаешь что… вот про лошадь я меньше всего думала, когда тебя в сарае искала, среди таких же, как ты, упившихся ядом. И если бы мне не помогли тебя оттуда вынести, даже думать страшно…
– Выходит, это не ты меня спасла, а кто-то другой?! – подколол я поганку, стараясь не заводиться снова на пустом месте. Ну да, глупостей натворил и в беду вляпался, как в трясину, по уши.
Пока, правда, не очень понял, в какую именно… но картинка постепенно уже складывалась.
Во дворе меня по голове оглушил кто-то. А потом чахла уже в сарае нашла, среди таких же оглушенных. Значит, переживала, искать отправилась. Причем не одна, а с кем-то в компании, раз потом тот меня из сарая вытаскивал.
– Да если бы не я, этот другой палец об палец бы не ударил ради тебя! – пробухтела в это время пигалица. – Дети неба и гор своих подданных не бросают!
Посмотрел я на это дите, и что-то мне ее так жалко, бедную, стало. Сидит, глазищами в пол-лица сверкает, губки бледные от злости сжала, бровки нахмурила. Смешная, сил нет! Вот орчанку в таком настроении я бы по кривой дуге обошел, а это чудо на руки подхватил и прямо в пушистую макушку поцеловал.
– Ты лучше скажи, что тут вампир делал?
Вот уже когда вопрос задал, внезапно понял, что ответа услышать не хочу. Потому что как-то оно все одно за другим хорошо уж больно складывалось. Я ее оставил мило беседующей с этой нежитью, о которой у нас до сих пор детям страшилки рассказывают. И спасать меня она не одна пошла, а потом утром я об вампира споткнулся… Вот ведь тля болотная! Это ж получается, что нежить вместе с немощью мне жизнь спасли?!
– А он ушел? – Судя по голосу, поганка расстроилась. – Я же его даже поблагодарить как следует не успела.
– А было за что?
Ну глупо же от правды бегать. Какая разница, кто меня спас и по какой причине? Спас же… И если это был вампир на пару с какой-то драконицей… Уф!
Я и так-то не всегда быстро соображал, а сегодня ну прямо тугодум из тугодумов!..
– Ты мне лучше на другое ответь, только честно. Это вот твое «дитя гор и неба», оно ж неспроста? То есть драконы не вымерли? И ты… ты знаешь, где они живут, верно?!
Что-то я в последний момент струхнул немного прямо вот в лоб спрашивать, дракон она или нет. Решил плавно так, мягко. Потому что ну какой из поганки дракон? Кикиморам на смех! Скорее, пока я в отрубе валялся, дракон мимо пролетал и меня из сарая по знакомству вынес. Вот такое на правду похоже, а главное, вампир совсем ни при чем!..
– Знаю, – поганка внезапно порозовела вся и глазки опустила. А у меня внутри предчувствие очень нехорошее начало зарождаться, что все же подозрения изначально были верные. Моя пигалица – вымерший летающий монстр. После вампиров мне только этого на больную голову не хватало!
– Мы туда и идем… к драконам. Ко мне домой идем.
  
– А чего та драконица тебя с собой не забрала? Ну та, что меня из сарая вынесла? – Надежда решила последний раз попытаться вякнуть, прежде чем ей рот болотной жижей заткнуло.
– Вампир тебя из сарая вынес. Потому что я попросила. И оплату с тебя за это он уже взял. А драконица… Драконица – это я!
И тут у чахлы за спиной вторая моя бледнолицая обуза, уже начавшая шевелиться и просыпаться, издала какой-то не очень членораздельный звук и снова шмякнулась головой оземь.