Штормовой предел (СИ)

— Сейчас за городом.
— Согласен! — хмель в мгновение ока схлынул с меня.
Расплатившись с хозяином корчмы, мы вышли на улицу. Мой конь и конь Врошека стояли во дворе. Оседлав их, мы выехали из города. Дорога довольно скоро привела нас к небольшому лесочку, на опушке которого мы и остановились.
— Мне нужна уверенность, что вы выполните свои условия, — обратился я к барону.
— Одно то, что я сейчас с вами разговариваю, даёт вам уверенность, что я не предам. Как только герцог узнает об этом, меня ждёт смерть, но если я начну готовить его смерть, то…
Не закончив фразу, барон стал корчиться от боли. Через пару минут его отпустило. Стряхнув обильный пот, выступивший на лбу, он продолжил.
— … то умру. Как видите, я не вру. Больше ничем подтвердить свои слова я не смогу.
— Этого более, чем достаточно, — я пожал плечами.
Иллюзий я никаких не пытал, всё могло быть подстроено, или оказаться простой случайностью, или подставой, или ещё чем. Да и хрен с ним, я ко всему был готов. Снятие наложенного заклинания было простым, как и всё гениальное. Возможно, когда-то в незапамятные времена, это было сделано для того, чтобы в любых условиях можно было избавиться от клятвы и перейти к другому сюзерену. А возможно, что и нет. Разобравшись с заклинанием, я приступил к процессу его уничтожения.
Взяв щепотку земли, приложил её к татуировке Врошека. Собранную в горсть воду щедро впитала в себя приложенная к печати земля. Лёгкое дуновение ветерка разожгло магический огонь и опалило им влажную корку, доведя до каменной твёрдости.
Печать вассала оказалась полностью закрытой от любого взгляда и готова к ритуалу развоплощения. Непрерывно проводя пассы, я стал нараспев читать давно забытые арии на латинском языке. Тональность моего голоса непрерывно изменялась, обрабатывая печать.
Вскоре татуировка начала покрываться мелкими трещинами. Трещины образовывали сеть, а сеть постепенно разрушала печать. Раскрошившись, кусочки печати начали превращаться в пыль, развеиваясь по ветру. И чем выше поднимался мой голос, тем быстрее шёл процесс рассеивания печати, пока не прекратился.
Барон Пьер фон Врошек с удивлением смотрел на своё тело, на то место, где раньше была печать вассала. Она исчезла! Она полностью исчезла. Он удивленно рассматривал себя и молчал. Потом поднял голову и посмотрел на меня.
— Я не верил, что такое возможно. Кто же ты такой?
— Я тот, кто пришёл забрать сеньориту де Сильва. Ты готов мне помочь? — и я снял свою повязку с левого глаза, уставившись на него в упор.
— Гм. Готов, разве я этого не говорил. Я помогу провести тебя в замок и открыть дверь в её башню, но не больше. Поверь, и это очень много, но дальше наши пути разойдутся, я исчезну, а тебе придётся бежать вместе с сеньоритой. И должен предупредить тебя, русский, что её нельзя касаться, иначе она умрёт.
— Почему?
— Я слышал, что для того, чтобы спасти свою честь, она наложила на себя заклинание прикосновения. И теперь коснуться её может только любимый, и то, наверное, если будет её любить.
Я молчал. Барон не врал, я чувствовал это всем своим сердцем.
— Что же тогда делать?
— Надо придумывать план. Лучше всего, если это будет открытое нападение на замок или его штурм крупным отрядом. Можно было бы напасть на герцога, но в последнее время он не выезжает из замка. Поэтому нет шансов убить его во время выезда.
Есть ещё одна проблема — это его старший сын Себастьян. Он часто выезжает из замка и всегда во главе очень крупного отряда всадников. Его стоит убить, это именно он захватил Мерседес. И он же её удерживает и хотел сделать своей наложницей. Именно из-за него она и пострадала. Но он очень осторожен. Убить нужно обоих: и герцога, и его сына Себастьяна, иначе ничего не получится, и они успеют убить заложницу. Но одновременно это сделать невозможно.
А есть ещё и вассалы герцога, и в случае победы за вами всё равно будет организована погоня, а чем она закончится, абсолютно неизвестно. У фон Крацлау много друзей и должников, и тебе, северянин, не простят убийство любого из фон Крацлау.
 
Я задумчиво кивнул, обдумывая полученную ценную информацию.
— Хорошо. У меня есть боевой отряд, но нас мало. Через сутки я жду тебя здесь же, барон, и мне нужно знать, где будут в это время и герцог, и Себастьян.
Врошек улыбнулся.
— Я буду, нет ничего проще! Но мне нужны деньги и очень много…
— Держи! — и с лёгкостью фокусника я явил плотный мешочек с золотыми монетами.
Пьер мельком взглянул на монеты, и его брови поползли вверх от удивления.
— О! Этого хватит не только мне лично, чтобы исчезнуть отсюда, но и подкупить с десяток воинов герцога. Дело выгорит, я теперь в этом уверен. Ну, что же, ты выполнил все мои условия, теперь моя очередь расплачиваться по долгам. До встречи!
— До встречи, — эхом отозвался я, — но хотел бы тебя предупредить. Ты взял от меня золото и тем самым заключил со мной договор. Если ты предашь, то тебе не позавидует никто. Уж извини, это было необходимостью.
Барон задумчиво взглянул на свою ладонь, где мигнула чёрным огоньком метка заключённого договора
— Я от своих слов не отказываюсь и договор выполню. Я же тебе сказал об этом. Но, сдаётся мне, что ты не московит, а морской дьявол в его обличье. А может быть, ты и есть тот самый испанец-пират, жених Мерседес?
— Может быть, — отозвался я и отправился к своему коню.
Врошек застыл и, пока я не скрылся из вида, провожал меня внимательным взглядом. Что он думал, я даже не мог предположить. Я сказал то, что хотел сказать, а он должен сделать то, что обещал сделать.
В это время Врошек тряхнул головой и, отбросив все сомнения, лихо запрыгнул в седло и умчался в сторону замка герцога Фридриха фон Крацлау.
  
Глава 19 Неожиданности. ​
 
Маркиз де Тораль, крайне расстроенный, вошёл в гостиную особняка, недавно купленного в городе Киль. Из Испании ему пришлось форменным образом бежать, благо король Франции и вассалы обеспечили его деньгами. Да и сам маркиз успел продать кое-что из своего имущества, того, что не было заложено.
Теперь придётся заново строить свою карьеру, но, как известно, у дворянина нет национальности, у него есть только сюзерен. Титул маркиза у него также не могли отобрать. Во Францию маркиз пока не собирался ехать. Проще было осесть в Ганзейских городах.
Может быть, потом, когда сможет доказать свою преданность королю Франции новыми делами, он и переедет в одну из провинций Франции. А возможно, что ему даже посчастливится возглавить одну из захваченных у Испании провинций, всё может быть. Но пока он сидел в гостиной и ожидал своих дочерей. Вскоре появились и они.
— Элеонора, Эльвира?
— Да, папа?! — в один голос ответили сёстры.
— Как вам в нашем новом доме?
— Отлично! — снова в голос ответили девушки.
— Гм. Прекрасно! Но это вам не Испания, а Германское герцогство, не тот масштаб, не те люди, не тот климат.
— Ничего страшного, отец, мы привыкнем, — ответила Элеонора.
— Хорошо, дочери. Советую вам уже определиться со своими предпочтениями в магии и готовиться ехать в Париж ко двору Людовика IV.
— Но зачем, папа? Нам и здесь очень хорошо.
— Не спорьте! Это вынужденная мера. Нам нужно торопиться, пока мои заслуги перед Францией ещё свежи, а то потом будет поздно.
— Папа, а у нас для тебя сюрприз.
— Это какой же?
— Эльвира хочет выйти замуж за Гарсию, и я тоже бы не отказалась уехать с ним в Новый Свет. Там конкуренции нет, а старые дворянские роды предпочитают не оседать в Новом Свете.
Маркиз поперхнулся вином, которое решил в этот момент отхлебнуть.
— Вы сошли с ума? Какой Гарсия, какая женитьба? Вы… что задумали, дочери???
— Ну, нет, так нет. Кто бы сомневался. А ведь мы нашли его! — Элеонора таинственно улыбнулась отцу.
— Кого?
— Гарсию!
— Где?
— В Чехии.
— Где???