Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Благодарю за оказанную честь, — сказал я. — Но зачем мне в ваш клан вступать? Какой смысл?
Прапорщик и фельдфебель удивлённого переглянулись. Наверное, думали, я сейчас обосрусь от счастья.
— Тебе разве не нужны друзья? — спросил Бурдюков.
— Так у меня есть друзья, — сказал я. — Пока хватает.
— Но есть и враги, и довольно сильные.
— Не без этого. Как раз недавно встретились, я им объяснил, что не стоит больше выкобениваться. Но это мой личный конфликт. Зачем вам за меня впрягаться?
— О! Так вот почему те трое в медблок попали, — воскликнул Якут. — Хорошо ты с ними поговорил. Но они не успокоятся. Наоборот, ты их только сильнее разозлил. Клан Филина обиды не прощает.
— Клан Филина тут ни при чём, — перебил фельдфебеля Бурдюков. — Мы все объединены общей идеей. Каждый из нас идёт по пути силы. Это великий труд, он требует много времени и стараний. Я вижу, что тебе это тоже интересно, что твои устремления близки нам. Поэтому предложил. Ты сможешь больше времени посвящать тренировкам, и меньше — повседневным обязанностям. Но если не хочешь — дело твоё. Уговаривать не буду.
— Слушай, ну серьёзно, ты от такого отказываешься?! — добавил Якут. — Мы к тебе со всей душой…
— Да погоди ты, — остановил его Бурдюков. — Пусть человек подумает. День даю. Завтра вечером скажешь.
— Вот именно, — сказал я. — Подумать надо. А то слишком неожиданно. Что я должен делать, если вступлю в клан? Давайте начистоту только.
— Правила у нас просты, — проговорил прапорщик. — Мы — семья. А в семье принято помогать друг другу и, если возникнет необходимость, защищать своих братьев и свои идеалы. Если ты имеешь ввиду незаконную деятельность, то такое мы не практикуем и не поощряем.
— И чем я могу помочь? Я здесь никто. У меня нет ни должности, ни власти.
— Ну вот смотри, — сказал Якут. — Будешь, допустим, на КПП дежурить, а кому-то из клана понадобится пойти куда-нибудь вечером или вернуться попозже. Ты будешь докладывать дежурному по части? Ну вот. А если кто-то из наших будет сидеть на КПП, то и про тебя не доложит. Едрён олень, тебе таки простые вещи объяснять надо? Взаимовыручка, понимаешь? Тут без неё никак, если хочешь нормально жить, а не за…ываться каждый день.
— Всё равно надо подумать, — ответил я.
— Сутки даю на раздумье, — повторил Бурдюков. — Можешь идти.
— Хорошо. И насчёт соревнований, — вспомнил я. — У меня уровень поднялся до шестнадцатого. Это шестая категория, а не пятая. Исправь.
— Чего?! — у Якута аж глаза расширились. — В смысле?! Когда?
— На выходных.
— Едрён олень…
— У нас из шестой категории только офицеры несколько человек, — Бурдюков сделал вид, что новость его ни капли не удивила. — Но раз такое дело, то тебя тоже запишем. Якут, поменяй категорию.
— Понял. Поменяю, само собой.
— А я пойду, — сказал я. — Отбой скоро.
Едва покинул кабинет, как столкнулся с Соней. Она тоже направлялась к выходу.
— А я думал, ты сразу после ужина придёшь, — сказал я.
— Да я хотела. Опять ничего не получилось. Ты домой?
— Конечно.
— Пошли. Мои девки никак не научится автомат собирать. Маникюр, блин, мешает, что ли… — с досадой проговорила Соня. — А я должна за всю группу… то есть, отделение отдуваться. Две криворучки не справляются, а я сиди с ними после ужина.
Мы вышли на улицу и быстро зашагали к общежитиям. Близился отбой, и гулять было некогда.
— Хворостова донимает? — догадался я.
— Она самая… Какая же она стервозная. Только и делает, что гоняет нас. А ты где бегал все выходные?
— Извини, но об этом я говорить не могу. Старшие офицеры мне дают некоторого рода поручения, но информацию разглашать я не должен. Подработка.
— Надо же как… Ну ладно, если это тайна, тогда не буду спрашивать. А у нас стрельбы были. До обеда стреляли, а потом вернулись, кино смотрели. Вчера в Москву съездила. Ну и город тут. Ужас просто. Захолустье. Никогда бы не подумала, что в России есть такие города. У нас-то в Нижнем красиво, особенно на набережной, возле кремля. В Екатеринбурге я была — там тоже хорошо. А ты в Нижнем бывал?
 
— Нет, ни разу…
Мы очень быстро добрались до женского общежития. Тут всё находилось рядом. До одиннадцати оставалось пять минут. Фонари освещали небольшой плац перед крыльцом, вокруг никого не было.
— Ну всё, надо прощаться, — сказала Соня. — Побегу, надеюсь, успею. А ты, наверное, опоздаешь.
— Завтра потренируемся вместе?
— Да я бы с радостью. Надеюсь, получится.
Мы стояли лицом друг к другу, я взял Соню за руку и наклонился к её губам.
— Ты не против?
Не говоря ни слова, Соня подалась ко мне и наши губы соприкоснулись.
— Подожди, давай не здесь, — Соня прервала наш короткий поцелуй. — Тут офицеры иногда ходят. Мы же у всех на виду.
— Значит, завтра прогуляемся в более уединённом месте.
— Ага…
— Так, это что такое? — раздался окрик. От крыльца к нам направлялась унтер-офицер Хворостова. — Капрал Куракина, ты что тут устроила? Отбой через пять минут. Бегом в расположение.
Принесла нелёгкая. Эта мегера словно специально нас караулила.
  
Глава 21
 
Подпоручик Козлов караулил прапорщика Бурдюкова возле подъезда. Они жили в соседних дома и часто виделись. Но сейчас Бурдюков совсем не ожидал встретить Козлова. Время было позднее, да и никакие совместные дела обсуждать не требовалось. Но поскольку подпоручик Козлов возглавлял клан Филина, то Бурдюков сразу понял, что речь пойдёт о неких разногласиях, о которых обе группировки уже давно старались не вспоминать во избежание никому не нужных конфликтов. Уже больше года клан Филина и клан Дракона соблюдали перемирие.
— Добрый вечер, прапорщик, как поживаете? — приветствовал Бурдюкова Козлов.
— Добрый вечер, подпоручик. Не жалуюсь, — ответил Бурдюков. — А у вас, вижу, ко мне имеется некое дело?
— Есть к вам дело, верно. Давайте пройдёмся.
Они медленно зашагали по дороге между двумя рядами домов.
— Недавно к нам в школу курсант один поступил, Кирилл Князев, — проговорил подпоручик Козлов. — И стало мне известно, будто ваш клан его опекать начал. Однако курсант этот сильно навредил моим людям, а потому хочу предостеречь вас и попросить не защищать его. А если захотите его в свой клан принять, то этого и вовсе не стоит делать. Поскольку у нас к Князеву имеются претензии, ваше заступничество, в этом случае, может привести к непредвиденному столкновению между моими и вашими людьми.
Бурдюков прекрасно понимал, что клан Филина имеет зуб на Кирилла Князева, однако считал, что вмешиваться в дела клана — верх наглости, а особенно — указывать, кого можно принимать в клан, а кого нет.
— Кого принимать в клан, решается внутри клана, — ответил Бурдюков.
— В данном случае, это не только ваше дело. Я бы даже сказал наоборот. Конфликт с Князевым у нас возник раньше вашего с ним знакомства. А потому ваше заступничество я могу расценить, как вмешательство в наши дела.
— Если однажды Князев станет членом клана Дракона, вам придётся оставить его в покое.
— Новый конфликт не нужен ни нам, ни вам, ни вышестоящим офицерам. Стоит ли ссориться из-за какого-то первокурсника? Подумайте над этим.
— Вот и я задаюсь таким же вопросом. Стоит ли?
Бурдюков не верил, что Козлов решит развязать очередную войну. Причина была настолько несущественной, что даже разговаривать о ней казалось глупо. Возможно, Козлов считал, что удастся надавить, но он ошибался, если так думал. Позиция Бурдюкова оставалась неизменной: никто не имеет права вмешиваться в дела клана.
— Я в ваши дела не вмешиваюсь, так будьте добры, не лезьте в наши. Таков был уговор, и мы его соблюдаем, — напомнил Бурдюков. — Ещё раз повторяю: кого принимать в клан — это внутреннее дело клана.
— Таково ваше последнее слово?
— Да, таково моё последнее слово. Больше я это обсуждать не намерен.
— Что ж, я предупредил. Тогда всего хорошего, прапорщик, — попрощался Козлов, развернулся и быстро зашагал прочь.