Возродившийся (СИ)

— Вопрос в том, желаешь ли ты оставить как есть?
— Да ты что⁈
— Ну, мало ли?.. Дослужишься до генеральского звания, обрастешь связями, подготовишь своих детей и когда все посыплется, сможешь подхватить жирные куски в виде пары заводиков… лет шестьдесят тебе будет, если не забросишь себя, то останешься еще крепким и еще успеешь прихватить богатой и красивой жизни, на личной яхте будешь плавать, особняк на Багамах или еще в ком райском местечке.
  
— Кхе-кхе! — аж поперхнулся Демид. — Неожиданно… Ты прямо змей-искуситель… Хм-м… в чем подвох Влад? Я успел узнать тебя достаточно… чтобы понять, что ты не идейный фанатик… тебя не устраивает то, что есть сейчас, но при этом не сильно нравится то, что в итоге получится. А ты точно смог бы подготовиться к тем событиям, о которых говоришь и стал бы хозяином жизни с заводами и пароходами… то бишь яхтами.
— Смог бы. Больше того, я смог бы устроить себе на Западе красивую жизнь и сейчас.
— Верю… тогда почему?
— Скажу так… коммунизм как идея… принцип общественной жизни мне нравится… эта формация позволяет концентрировать ресурсы для больших проектов, амбициозных… она дает жизни смысл… как отдельному индивидууму, так и обществу в целом. Обществу нужна цель… она морально возвышает… делая человека человеком… если хочешь.
— А капитализм разобщает…
— Верно. Человек человеку — волк, вот девиз капитализма. Каждый сам за себя. Умри ты сегодня, а я — завтра. Я не хочу жить в окружении… диких животных, что рвут друг друга ради куска получше. Я не хочу жить в обществе, где главная цель людей: сладко пить, жрать, спать и сношаться… Я не хочу сам становиться таким животным. Мне нужна цель Демид. Цель, ради которой можно пожертвовать собой… гореть. Я хочу трудиться ради чего-то большего чем просто сраная яхта с красивыми блядями готовыми на все за пачку денег или особняк на личном острове. Я хочу, чтобы и мои дети тоже были людьми, жили в чистом и светлом обществе которое тоже имеет какую-то возвышенную цель, чтобы его переполняло от восторга от осознания того, что он вместе с другими людьми работает для чего-то значимого… да хоть строит космический корабль для полета к другой звезде… чтобы он познавал, развивался прежде всего духовно, а не был… потребителем, — буквально сплюнул это слова Дмитрий, — главной целью которого будет купить новый айф… какую-нибудь новую техническую хрень или модную шмотку. Понимаешь меня?
Дальше развивать Носов мысль не стал, хотя много чего еще мог сказать, просто сейчас это было бы лишним. Ну, например о том, что люди стали этакой биомассой — гумусом на котором выращивали дикие состояния всякие религиозные тоталитарные секты, инфоцыгане, просто телефонные и интернетмошенники. Но эти скороспелые богачи, а также мажоры — детки миллионеров… какие же они оказались нищими духом. Все на что хватило их фантазии — это скупать дорогие машины и устраивать ночные заезды. И чтобы хоть чем-то заполнить пустоту срывались во всякое непотребство вроде «голых вечеринок» и оргий. Ни одного созидательного действия…
Дмитрий так же считал, что одной из главных причин демографического кризиса, по крайней мере в России, является отсутствие идейного смысла жизни… общественной пассионарности. Людям нужно желать, чтобы их дело продолжили потомки, а если нет никакого дела и нечего продолжать, то и потомки вроде как не нужны… Материнским капиталом тут ничего не исправить.
Фактически европейская цивилизация, а вместе с ней и русская окончательно умерла в 21-м веке не сумев выйти из идеологического кризиса, идея общества потребления стала могильной плитой, дальше уже агония, что продлится 200–300 лет и все… Может потом еще останутся какие-то замкнутые анклавы европейцев, какие-нибудь сектанты вроде амишей или староверов, но это будет сродни анклавам диких полинезийцев или там индейцев в джунглях Амазонки. Но по мнению Дмитрия, скорее всего азиаты и африканцы, что вскоре колонизируют Россию и Европу, исповедующих агрессивный ислам эти анклавы уничтожат… ибо по их мнению неверные недостойны жить… ну, разве что в качестве рабов, и вымрут белые европейцы, что твои неандертальцы.
Но это если ничего кардинально не изменится в будущем… что точно не проглядывается с учетом возможно начавшейся ядерной войны, что сократит и без того невеликий срок «агонии». Разве что сама ядерная война, что-то сдвинет в сознании, но… сомнительно.
«Или сейчас в настоящем-прошлом самым кардинальным образом не изменю ситуацию я», — подумал Носов.
— Абсолютно, — долетел словно издалека до Дмитрия ответ и вернувший его из задумчивого состояния в реальность.
— Но… ничего этого не будет… если все останется как есть…
— И… что ты предлагаешь? — спросил Демид.
— Вернуть корабль на прежний курс… для чего придется встать за штурвал.
— Кхм-м… и как ты это представляешь?
— Да в общем-то просто… Другое дело, что для этого нужно несколько больше людей.
— Да… вот только где ты их собираешься брать?
— Согласен. Это главная проблема… при этом нужно отбирать тщательно, потому как мы сейчас будем в положении сапера, одна ошибка и ага… Полиграф тут нам в помощь… но все равно, придется работать очень тщательно, без единой осечки.
— Так что, есть у тебя ответ на этот вопрос? А то мы можем рассчитывать лишь на пару-тройку ребят со своего курса по Школе и то без гарантии.
— Есть… Нужно как-то выйти на старые кадры… которые в свою очередь могут дать наводку на достойных людей.
— Есть такой контакт?
— Сомнительный… придется проверять. Но я тебя хочу спросить: ты со мной?
— Да. Проверять на полиграфе будешь?
— Нет. Если я ошибся в тебе, и ты, кого я считаю правильным человеком, меня сдашь, то значит… гори оно все огнем… и мы не достойны лучшего.
  
Глава 18
 
Бутурлин несколько удивился звонку от своего бывшего подопечного с просьбой о встрече, все-таки он больше не его куратор. Но видимо парень попал в какую-то неприятную ситуацию, раз ему потребовалось «посоветоваться». Оставалось решить, стоит ли ему вписываться за Громкого.
Ввязываться в чужие проблемы не хотелось, но проснулся профессиональный интерес.
«Ладно, послушаю, что там у него случилось и на месте уже определюсь», — решил он.
Встреча была назначена в кафе «Ромашка», но вместе с Владленом оказался еще один парень.
— Здравствуйте, товарищ капитан, — поздоровался Владлен. — Это мой друг Демид, он тоже… боец невидимого фронта.
— Месяц как майор…
— Поздравляю.
— Не с чем. Скоро на пенсию.
— Сочувствую.
— Так чего хотел Владлен?
— Ситуация сложилась непростая товарищ майор и нам бы не помешал совет старшего товарища. Вот только говорить об этом в кафе все же думаю не стоит. Лучше пообщаться в более приватной обстановке. Но если вы голодны, то давайте пообедаем…
— Обойдусь.
— Тогда идемте…
Они вышли из кафе и подошли к синей «победе». Дмитрий открыл дверцу и сел за руль. Демид расположился на заднем сидении, где стоял чемодан и майору Бутурлину не осталось ничего другого как сесть на переднее пассажирское сидение.
— Откуда у вас машина? Служебная? — спросил он.
— Нет. Угнал. Видите замок выломан, приходится проводками заводить.
Носов завел машину и тронулся с места.
— Вы что… в бегах?
— Нет, — улыбнулся Дмитрий. — Просто ехать до квартиры кою я присмотрел для разговора немного далековато. Так-то минут пять, но зачем пешком идти, ноги сбивать?
— А в машине поговорить нельзя?
— Можно… но лучше все-таки в квартире, с чувством, толком и расстановкой.
— Ребята… что-то мне это все уже стало не сильно нравиться…
— Мы тоже не в восторге от ситуации Валерий Константинович, но очень надеемся, что все закончится более чем благополучно.
— Останови машину…
— Мы почти приехали товарищ майор… И не дергайтесь. Вы сейчас в ситуации, когда нога попала в колесо и вам не остается ничего другого как пищать, но бежать.