Самодовольный наглец (ЛП)

Встав, я делаю шаг вперед и упираюсь коленями в край матраса, наклоняюсь над Антонией и просовываю пальцы под резинку ее брюк.
— Подними бедра, — приказываю я.
Сжимая в кулаке одеяло, она выгибается всем телом. Попка приподнимается над матрасом, и я медленно стягиваю кожаные брюки Антонии, обнажая тонкий кусочек кружева, прикрывающий самую сладкую часть ее тела.
— Господи, — хриплю я, заставляя себя сосредоточиться на текущей задаче. Как только я снимаю штаны, то сразу раздвигаю ее ноги еще шире и подношу два пальца к обтянутой кружевами киске. — Насквозь мокрая…, — скольжу пальцами вверх и вниз по щели. — Насколько тебе дороги эти трусики?
— А что? — задыхается Антониа.
— Я их сейчас разорву.
Не даю ей шанса ответить и просовываю пальцы под кружево, сдвигая его в сторону сильным рывком. Ткань рвется, я опускаюсь на колени и прижимаюсь ртом к обнаженной киске. Медленно облизываю ее, проводя языком по клитору.
— Черт возьми, да! — кричит Антониа, когда я закидываю ее ноги себе на плечи. Схватив ее за ягодицы, притягиваю девушку к своему рту. Толкаюсь языком все глубже и глубже, а Антониа сама приподнимает бедра и насаживается на мой язык, преследуя кайф, который отчаянно хочет почувствовать.
Прежде чем она достигает пика, я отстраняюсь и поправляю разорванные трусики, используя кружево в качестве инструмента трения, и возвращаю пальцы к клитору, потирая его медленными движениями.
— Ты убиваешь меня, Пирелли, — хнычет Антониа. — Хочу еще твой рот, я была почти у цели…
— Пока нет.
— Но…
— Ноги шире! — рычу я, убирая пальцы. Наконец я сдаюсь и подношу пальцы ко рту, высасывая дочиста. Ее вкус взрывается у меня на языке. Если бы я мог зарыться между ее ног и наслаждаться им каждый день до конца своей жизни, я бы умер счастливым человеком.
— Марко!
Я качаю головой, с влажным хлюпаньем разжимая пальцы. Опускаю руку на пояс джинсов, когда наши с Антонией взгляды встречаются.
Я, бля*ь, больше не могу этого выносить.
— Шире, Антониа, — приказываю я, расстегивая пуговицу на поясе. Стягивая джинсы с ног, я отбрасываю их в сторону и обхватываю член поверх боксеров, наблюдая, как Антониа пятками впивается в матрас, сильнее раздвигая ноги. Она проводит рукой между ног и отодвигает порванное кружево в сторону. Затем не сводя с меня глаз, вставляет два пальца в свою киску.
— Раз ты не…
— Убери пальцы! — рычу я.
— Но…
— Вытащи пальцы, Антониа.
Она подчиняется, и я сжимаю ее запястье, подношу ее пальцы ко рту и посасываю их. Дыхание Антонии прерывается, когда я вытаскиваю их изо рта и прижимаю к ее губам.
— Открой рот, куколка. — она даже не колеблется, приоткрывает губы, и я засовываю пальцы ей в рот. — Моя девочка, — шепчу я, наблюдая, как ее щеки вваливаются, и она сосет их.
Она будет чудесно выглядеть с моим членом во рту.
Чертовски прекрасно.
Терпение, чувак.
Иначе это убьет тебя.
Разрушит нахрен.
Антониа кружит языком вокруг моих пальцев, и я медленно вытаскиваю их из ее рта.
— Боже, ты просто загляденье, — хриплю я.
Охрененно красивое зрелище.
Девушка сжимает мой член поверх боксеров.
— Пожалуйста, — умоляет она. — Я не могу больше ждать.
— Скажи, чего ты хочешь.
— Разве это не очевидно? — она обхватывает мошонку через черную ткань.
— Я с тобой еще не закончил, — возражаю я, прикусывая ее сосок.
— Ты доказал свою точку зрения…
— Неужели? — язвительно спрашиваю я, прижимаясь к ее груди.
— Да! — кричит Антониа, опуская мои боксеры и высвобождая член. Ее пальцы смыкаются вокруг него, а мои губы застывают вокруг ее соска. Закрыв глаза, позволяю себе на мгновение насладиться прикосновениями, прежде чем накрываю ее руку своей, направляя вверх и вниз вдоль ствола, а затем отталкиваю ее.
— Марко!
— Перевернись, — требую я, стягивая боксеры. Как и мои джинсы, они улетают куда-то на пол. Антониа хмурится, когда смотрит на меня в ответ. — На четвереньки, Антониа. Сейчас же.
Ее глаза загораются от возбуждения, и я наблюдаю, как она переворачивается, открывая мне захватывающий вид на задницу. Член дергается, когда девушка принимает позу, встав на колени и приподнимаясь с матраса.
 
Я забираюсь на кровать позади нее. Просовываю руки между ее ног, раздвигаю их и опускаюсь спиной на матрас так, что моя голова оказывается как раз под щелочкой. Обхватываю бедра Антонии, а она смотрит на меня сверху вниз. Закрыв глаза, провожу языком по кружеву.
— Хочешь кончить? — спрашиваю я.
Она кивает, и я сдвигаю ее трусики в сторону.
— Тогда объезжай мое лицо, пока не кончишь, красавица.
  
Глава 15
 
Антониа
Марко не нужно повторять дважды. Я опускаюсь на его жаждущий рот, крепко обхватываю пальцами кованое изголовье кровати и медленно покачиваюсь на его языке. Нахождение сверху позволяет уловить оргазм без осечек. Марко больше не дразнит меня и не может довести до пика, чтобы потом украсть мое удовольствие. Я сама контролирую ситуацию, и мне все нравится.
Щетина.
Игривые покусывания.
Томные движения языка и давление на клитор.
Абсолютно все.
Чем быстрее я объезжаю его, тем более безумной становлюсь. Каждый чувствительный нерв оживает, и мне кажется, что внутри меня взрывается фейерверк. Я пытаюсь замедлиться, чтобы насладиться ощущением, но не могу — нахожусь во власти своего удовольствия.
Марко, должно быть, чувствует это, потому что одним резким движением обхватывает мои бедра и тянет меня вниз с такой силой, что у меня подгибаются колени, и я обнаруживаю, что фактически сижу на его лице. Мое тело подчиняется его языку, и я кончаю быстро и жестко, разрываясь на части от удовольствия.
Когда кажется невозможным выдержать еще одно прикосновение языка, Марко перекатывает меня на спину. Мой взгляд пытается сфокусироваться и находит его красивое лицо. Дьявольски облизывая губы, Марко тянется за презервативом и зубами разрывает упаковку из фольги.
Пытаясь отдышаться, я смотрю, как он раскатывает резинку по толстому члену. Затем на секунду сжимает его в кулак, прежде чем берет мои руки и заводит их мне за голову.
Мои волосы, влажные от пота и спутанные, прилипают к лицу. Я собираюсь заправить их за уши, чтобы лучше рассмотреть Марко, когда он будет входить в меня, но его хватка на моих руках усиливается.
— Держи руки над головой и не шевелись, — грубо требует он.
Я приоткрываю рот в знак протеста, но Марко качает головой, еще раз сжимает мои запястья и сам нежно убирает волосы с моих глаз. Я изо всех сил пытаюсь держать руки над головой, как мне велели.
— Так лучше, — бормочет он, прежде чем завладеть моим ртом. Понятия не имею, откуда он черпает свое терпение и выносливость. До сегодняшнего вечера часть меня задавалась вопросом, не пудрил ли он мне мозги, но этот мужчина такой же самоуверенный и в сексе. Если джентльмены трахают именно так, что ж, я согласна умолять о всех последующих разах.
— Ты так чертовски красива, когда кончаешь, — произносит Марко мне в рот.
Он посасывает мою нижнюю губу и осыпает поцелуями гладкую кожу моей шеи. Мне становится все труднее держать свои руки подальше от него, особенно когда он хватает меня за бедра и встает на колени между моих ног. Притянув меня ближе, Марко помещает головку своего члена у моего лона. Закрыв глаза, я прикусываю внутреннюю сторону щеки и жду, когда почувствую его внутри себя.
— Антониа, посмотри на меня, — приказывает Марко.
Глядя на него, я чувствую себя очень уязвимой. Мои глаза подобны зеркалу для каждой эмоции. Я не в состоянии прятаться за маской крутой девчонки. Каждое чувство и каждая мысль выставлены напоказ. Это очень интимно и в равной степени пугающе.
— Моя девочка, — хвалит он, наклоняя голову, чтобы коснуться своим лбом моего. Марко скользит в меня, дюйм за дюймом, растягивая, пока я не оказываюсь полностью насаженной на его член. — Боже, ты потрясающая, — бормочет он, начиная двигаться.