Системный Творец (СИ)

Горст, не снижая шага, прошёл мимо них, и я последовал за ним. Сержант с бойцами шли позади.
Внутри пахло пылью и затхлостью. За длинным, заляпанным чернилами прилавком копошилось несколько служащих. Увидев входящего капитана в полном боевом снаряжении в сопровождении солдат, они замерли, разинув рты.
Навстречу нам уже спешил пухлый, лысеющий мужчина в дорогом, но мятом кафтане. По всей видимости старший по чину. На его лице застыла смесь подобострастия и паники.
  
— Капитан Горст! Что случилось? Чем мы можем… кхм… помочь столь высокому…
— Где архив земельных учётов? — перебил его Горст, не глядя на него, а осматривая помещение.
— Архив? Но… это закрытая территория, доступ только по специальному пропуску, санкционированному главой…
— Я сейчас главный в этом городе. — голос Горста прозвучал тихо, но с такой ледяной металлической ноткой, что чиновник побледнел. — И я санкционирую. Ведите нас немедленно.
— Но… процедуры… документооборот… — чиновник пытался что-то сказать, но его голос дрожал.
В этот момент снаружи донесся шум, и в здание вошла Агата в сопровождении двух солдат.
— Малинов, хватит трепаться! — рявкнула она так, что тот дёрнулся. — Ты у меня ещё под стол пешком ходил, когда я уже эти архивы наизусть знала! Ведёшь нас в основной зал, приказываешь принести реестры по Нижнему городу за последние пять лет, и чтобы никто не смел чихать без моего разрешения! Быстро!
Чиновник по имени Малинов растерянно заморгал, переведя взгляд с грозного капитала на эту внезапно ожившую легенду канцелярии и беспомощно захлопал губами.
— Агата? Но вы же… на пенсии…
— А ты не в отставке лишь до тех пор, пока я тебя к ответу не призвала! — парировала старуха. — Капитан, прикажите этому болвану не мешать работе!
Горст кивнул сержанту и он сделал шаг вперёд, а его железная рука легла на плечо Малинова.
— Гражданин, вы препятствуете проведению служебного расследования по приказу коменданта города. Следующее действие будет расценено как мятеж и карается по законам военного времени. Ведите. Или мы найдём дорогу сами.
Угроза трибунала и холодная сталь в глазах солдат сделали своё дело. Малинов, обречённо кивнув, поплёлся вглубь здания. Мы последовали за ним по длинным, тёмным коридорам, мимо запертых дверей с потускневшими табличками.
Наконец мы остановились перед массивной дубовой дверью с тяжёлым замком. Малинов дрожащими руками стал подбирать ключи из связки.
— Эй, вы чего тут устраиваете? — из соседней двери высунулось другое лицо, молодое и наглое. — Это что за самовольство? Я сейчас стражу позову!
Горст даже не повернул головы.
— Сержант, объясни гражданину его ошибку.
Сержант двинулся к человеку, но он сразу отступил, подняв руки.
— Ладно, ладно, я ничего… Я просто спросил…
Дверь со скрипом открылась, и нас окутало облако пыли и запаха старой бумаги. Это был огромный зал, заставленный стеллажами до самого потолка. На них лежали кипы папок, фолиантов, свитков — вековая история города, записанная чернилами и кровью.
Агата, будто сбросив с себя двадцать лет, решительно шагнула вперёд.
— Реестры сделок! — скомандовала она Малинову. — Зелёные книги, с позолотой! Быстро! И принеси мне личное дело Орна, кузнеца! И семью Кузнецовых! И все дела по кварталу у Нижнего города!
Она завладела пространством мгновенно. Малинов и ещё пара приведённых им подчинённых засуетились, носясь между стеллажами. Агата стояла посреди зала, её пальцы быстро листали принесённые фолианты, глаза выхватывали нужные строки.
— Вот! — её крик прозвучал как победный клич. — Смотрите! Дарственная запись от старого лорда Ториана! Весь этот квартал является имуществом города, но передан в вечное пользование гильдии ремесленников с правом наследования! Его невозможно продать! Вот она, печать!
Она тыкала пальцем в пожелтевший лист. Горст склонился над ним, его опытный глаз сразу выхватил официальные печати, подписи.
— А это что? — он указал на другой документ, лежащий поверх, свежий, с глянцевыми чернилами.
— А это… — Агата схватила его, пробежала глазами, и её лицо исказилось от гнева. — Это фальшивка! Липа, состряпанная в прошлом месяце! Смотрите, номер дела не сходится, печать поставлена криво, подпись регистратора подделана! Иди сюда, Малинов! Это твоих рук дело⁈
Малинов, стоявший поодаль, побледнел как полотно и затрясся.
— Я… я не знаю… Это не ко мне… Это приходило сверху… Мне приказали подшить…
— Кто приказал? — голос Горста прозвучал громоподобно в тишине архива.
Чиновника, ответственного за земельный отдел, звали Элвис Кор. Его привели в кабинет Горста, который капитан на время проверки превратил в свой штаб. Кор был немолод, одет с иголочки, но его напускное спокойствие не могло скрыть дрожи в руках и испарины на лбу.
Он пытался улыбаться, изображать недоумение.
— Капитан, это какое-то недоразумение! Мы всегда действуем строго в рамках закона!
Горст молча положил на стол перед ним две папки. Старую, подлинную, и новую, с фальшивой долговой распиской и приказом об изъятии.
— Объясните разницу, гражданин Кор.
Кор бросил беглый взгляд на бумаги и сделал вид, что внимательно изучает.
— Увы, капитан, старые архивы часто бывают в беспорядке. Возможно, какая-то ошибка…
— Ошибка? — перебила его Агата, которая стояла рядом, опираясь на палку, но смотря на него с таким презрением, что он попятился. — Ты, щенок, мне будешь про ошибки рассказывать? Я эти книги вела, когда тебя ещё на свете не было! Это не ошибка! Это подлог! И ты в нём участвовал!
— Капитан, я протестую! — Кор попытался встать в позу. — Я не обязан выслушивать оскорбления от этой… этой старухи!
— Она — главный свидетель обвинения. — холодно заметил Горст. — И её слова подтверждаются документами. Кто ваш сообщник? Кто стоит за этой аферой? Кто эти «новые хозяева»?
Кор замялся. Он понимал, что игра проиграна и его глаза метались по сторонам, ища выход, но везде видели только каменные лица солдат и ледяной взгляд капитана.
— Я… Я не могу… У меня семья… Они пригрозили…
— А я не угрожаю. — голос Горста стал тихим и очень опасным. — Я констатирую факт. Вы обвиняетесь в государственной измене, мошенничестве в особо крупных размерах и злоупотреблении должностными полномочиями в военное время. Знаете, какое наказание за это? Виселица. А вот если вы назовёте имена тех, кто вас покрывает, ваша семья, возможно, останется без кормильца, но хотя бы не будет разделять вашу участь как сообщники.
Это был прямой, грубый и безжалостный удар. Кор сломался, его плечи опали и он повалился на стул, закрыв лицо руками.
— Лорд Вернон… — прошептал он. — Это он… Он скупал долги через подставных лиц… Он планировал очистить квартал и построить там новые склады… Близко к воде, выгодно… Он сказал, что все высшие чины или сбежали, или на его стороне… Что нам ничего не будет…
— Лорд Вернон. — Горст кивнул, и сержант тут же сделал пометку в блокноте. — Где он сейчас?
— В своём поместье в столице, наверное…
— Теперь он наш враг. — заключил Горст. — Сержант, взять этого человека под стражу и предать суду военного трибунала. И найти Клейна. Привести его сюда, живым. У меня к нему тоже есть вопросы.
Солдаты взяли под руки совершенно обессилевшего Кора и повели его прочь. В кабинете воцарилась тишина. Первый этап был выигран, правда восторжествовала и, казалось, можно выдохнуть.
И в этот самый момент дверь в кабинет с грохотом распахнулась. На пороге стоял молодой солдат, гонец. Его лицо было белым от ужаса, он дышал так, словно пробежал марафон, и в его глазах читалась паника, которую не удавалось скрыть даже железной дисциплиной.
  
— Капитан! Срочное донесение с десятого наблюдательного поста!
Горст резко поднял голову. Он знал, что таким тоном сообщают только о самом страшном.
— Что там?
— Монстры, капитан! — гонец сглотнул ком в горле. — Они идут сплошной стеной! Уже на подступах к дальним фермам! Скоро будут у стен!