Семисвечник царя Соломона

Они были одеты в одинаковые лиловые пиджачки с изображением голубя на лацкане – видимо, это была здешняя униформа.
И все эти женщины внимательно смотрели на меня, пытаясь определить, какое впечатление произвело на меня тропическое великолепие их офиса.
– Здорово у вас! – проговорила я восхищенно, чтобы не обмануть их ожидания.
Я уже поняла, что не найду здесь своего таинственного незнакомца с дефектом дикции, и только искала приличный повод, чтобы ретироваться из этого ботанического сада.
– А то! – с гордостью проговорила высокая, статная женщина с толстой русой косой. – У нас обстановка способствует психологическому комфорту…
Выдав эту красивую тираду, она сделала небольшую паузу, затем продолжила:
– К нам люди на работу устраиваются, чтобы вылечиться от депрессии. И некоторым клиентам оказываем психологическую помощь. А начиналось все с голубей…
– С голубей? – переспросила я из вежливости.
– Ну да, мы ведь занимаемся срочной доставкой почтовой корреспонденции. Ну вот и решили наладить голубиную почту. А что – это ведь очень быстро, а главное – голубиная почта очень надежная… некоторым клиентам очень понравилось, мы прикупили голубей и взяли на работу Машу. – Она взглядом показала на миниатюрную брюнетку, которая скромно потупилась.
– Маша – орнитолог, она работает с голубями. Она и предложила прикупить других птиц и организовать группу психологической помощи. Общение с птицами очень хорошо действует на людей.
Потом и зимний сад развели, чтобы птичкам было комфортнее… кстати, вы к нам с какой целью? Письмо отправить или от депрессии вылечиться? Взгляд у вас какой-то озабоченный…
– Нет, у меня нет депрессии. Я к вам по ошибке заглянула, дверь перепутала.
На всякий случай я не стала повторять свою прежнюю историю про посылку, которую я ищу, ведь в этой фирме как раз занимаются доставкой писем и посылок, так что это может привлечь ко мне ненужный интерес.
– Ах, перепутала… ну, тогда не смею задерживать. А то имей в виду, если что, обращайся…
Я вежливо простилась, вышла в коридор и направилась к следующей двери.
Это была фирма «Гутенберг», и в соответствии со своим гордым названием она занималась оперативной печатью.
Я вошла в офис.
Если в компьютерной фирме работали исключительно парни, а в почтовой – представительницы прекрасного пола, здесь коллектив был смешанный.
На стенах были расклеены образцы изделий фирмы – конечно, не визитки и рекламные буклеты, а большие яркие постеры и тематические календари.
Мое внимание сразу привлек яркий календарь, на обложке которого скалил зубы свирепый тигр. Надпись на календаре сообщала, что он выпущен к десятой годовщине живого уголка детского сада номер семнадцать.
Интересно, у них в живом уголке действительно имеется настоящий тигр?
– Нет, это была идея председательницы родительского комитета. По секрету она сказала нам, что этот тигр ей очень напоминает директрису детского сада.
– Вы что, умеете читать мысли? – спросила я девушку, которая так вовремя ответила на мой невысказанный вопрос.
– Нет, просто все посетители первым делом спрашивают про этого тигра. Я увидела, что вы на него смотрите, и сразу ответила… а кстати, вам, наверное, нужно напечатать визитки?
– Вот на этот раз не угадали. Я к вам совсем по другому вопросу.
– По какому же?
– А эта девушка посылку ищет, – раздался вдруг жизнерадостный голос из-за стойки с образцами рекламной продукции. – Ей посылка пришла из Хабаровска… или из Новосибирска, но курьер, видимо, офис перепутал и не туда отнес.
Я вздрогнула: это какая-то фантастика! Как быстро моя домашняя заготовка про посылку разлетелась по всему бизнес-центру! В следующий раз нужно тщательнее продумывать легенду!
Но тут из-за стойки выглянул парень в черной толстовке со знакомой надписью, и фантастика получила вполне реалистическое объяснение. Это был парень из фирмы «Панацея».
– Гаврик! – Я вспомнила, как его зовут. – Но ты же вроде не здесь работаешь!
– А я сюда зашел девушкам с компьютером помочь.
  
– А, девушкам… тогда понятно…
Гаврик подмигнул мне и снова скрылся за стойкой.
– Ну так что, к вам курьер не заходил? – спросила я свою проницательную собеседницу.
– Нет, к нам сегодня никто не заходил, кроме Гаврика.
– Понимаете, это очень важная посылка… я обязательно должна ее найти…
– Михаил Михайлович, – моя собеседница повысила голос, – вы, случайно, курьера не видели?
Пожилой дядечка с длинными седыми волосами, который что-то старательно рисовал за столом возле окна, оторвался от своей работы и взглянул на нас. – Что? Курьера? Нет, не видел. И я вас очень прошу, Стася, не отвлекайте меня от работы, мне нужно использовать естественное освещение.
– Да никто вас не отвлекает! – отмахнулась девушка. – Работайте уже… все сроки прошли!
– Но я никак не могу передать психологический портрет своего персонажа!
– Какой портрет?
– Психологический!
– Да ну вас! Третий день не можете простого кота нарисовать! Сколько можно!
– А у меня никак не складывается его образ…
– Какой там особенный образ вам нужен? Всего-то кот для рекламы сухого корма!
– Я не какой-нибудь халтурщик! – гордо проговорил Михаил Михайлович. – Я отвечаю за каждую свою работу!
– Нам завтра непременно нужно готовую работу заказчику сдать! Заканчивайте уже!
В любом случае пожилой художник говорил вполне внятно, значит, это не он разговаривал на лестнице по телефону.
Я оглядела присутствующих.
Кроме Гаврика и Михаила Михайловича в офисе было еще два существа мужского пола – улыбчивый толстяк с круглой блестящей лысиной и бледный, тщедушный молодой человек с бесцветными редкими волосами и уныло обвисшим носом.
Я решила проверить этого тщедушного типа.
– Простите, это не вы сегодня в кафе обронили карточку? – с этими словами я достала из сумки завалявшуюся там скидочную карту из магазина косметики.
Тщедушный тип вздрогнул, побледнел пуще прежнего и испуганно пролепетал:
– Нет, нет, это не я! Только не я!
– Гога в кафе никогда не ходит, – пояснил за него жизнерадостный толстяк. – Он… – Толстяк округлил глаза, прикрыл рот ладонью и громко прошептал: – Он боится людей!
– Ничего я не боюсь! – выпалил унылый субъект.
– Боится, боится! – повторил толстяк. – У него эта… как ее… агорамфибия!
– Агорафобия! – раздраженно поправил его унылый.
– А какая разница?
Как бы то ни было, я услышала обоих подозреваемых – и ни один из них не обладал нужными мне дефектами дикции.
Значит, и здесь мне не повезло…
Я поблагодарила общительную девушку и снова вышла в офисный коридор.
Мне осталось проверить последнюю фирму – с загадочным названием «Анакруза», оказывающую непонятные консультационные и сопутствующие услуги.
Я подошла к двери «Анакрузы», толкнула ее и вошла в большой, красиво обставленный современный офис.
В отличие от трех первых фирм в «Анакрузе» был чрезвычайно строгий дресс-код.
Мужчины были в темных костюмах с синими галстуками, женщины – тоже в темных брючных костюмах, но вместо галстуков у них были повязаны синие шелковые шарфики.
Едва я вошла в офис, ко мне тут же устремились две молодые девушки в фирменной униформе, одна – блондинка с волосами до плеч, вторая – коротко стриженная брюнетка.
– Чем мы можем вам помочь? – спросила блондинка.
– От кого вы узнали о нашей фирме? – перебила ее брюнетка.
Блондинка неодобрительно взглянула на коллегу, незаметно оттеснила ее от меня и повторила с наигранным энтузиазмом:
– Так чем вам помочь?
Я немного растерялась и проговорила неуверенно, вспомнив надпись над входом:
– Мне нужна консультация.
– Да, я понимаю, мы оказываем именно консультационные услуги широкого спектра…
– И сопутствующие! – добавила брюнетка.
Блондинка взглянула на нее волком, но не сдалась.