Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (СИ)

С ухмылкой я продолжил:
— Будешь делать то, что я скажу.
Бум!
Все вокруг заволокло белым светом, последнее, что я запомнил — перекошенное от злости лицо Элис и острую вспышку боли.
Затем весь мир померк. Осталась только боль — но не та, привычная, которая сопровождала меня с детства и истязала даже по ночам, от которой я не мог избавиться, а простая и честная.
Как если бы меня приложили по голове, по спине и по остальным частям тела чем-то тяжелым.
  
* * *
— Вставай! — раздался надо мной злобный мужской голос. — Вставай, подлец!
Кто-то от души залепил мне по морде… чем-то. Не больно, но обидно.
— Вставай, говорю! Я тебя зачем лечил месяц⁈ Ночей не спал! Чтобы что⁈ Чтобы ты в первый же день, как очнешься, снова влез в передрягу⁈ Вставай немедленно!
Гидеон.
Я открыл глаза, прищурился и сел. Солнце уже садилось, но я отлично видел, хм… дыру в стене магазина Элис. Дыра была наскоро заколочена досками и, видимо, пробита моей спиной.
Сам я лежал на узкой дороге между магазином Элис и соседним домом. В стене соседнего дома тоже была… не то чтобы вмятина, но ясно было заметно, что недавно туда что-то врезалось.
Я, например.
— Как ты умудрился⁈ Что опять натворил? — рявкнул Гидеон. — Я тебя на минуту одного оставил, на минуту! И что в итоге? Что ты натворил⁈ Вылетел из этого магазина, как пробка из бутылки игристого⁈ Ты что, решил все боевые артефакты разом активировать? Да ты в сознание час не приходил! Идиот!
Гидеон снова залепил мне по морде… петушком на палочке.
Я огляделся и подпер ладонью голову, опершись локтем в колено.
А Элис, конечно, не промах.
Нет, во-первых, магии она впитала достаточно, чтобы приложить меня до полной потери сознания — это о чем-то говорит.
Во-вторых… Какая женщина! То есть, она пробила мной стену в магазине и… невозмутимо принялась заколачивать дыру, оставив меня валяться на дороге?.. А потом ушла?
Хозяйственная! И крайне циничная. Интересно, она хоть пульс пощупала? Или решила, что я сдох — и проблема решена?
— Что ты молчишь? — рявкнул Гидеон. — У тебя совесть есть? Зачем ты трогал боевые артефакты⁈ Решил, раз дракон — тебе море по колено? А то, что ты чуть не помер раз десять за последний месяц — забыл?
— Я не трогал боевые артефакты, — вяло отмахнулся я. — Меня приложила моя истинная, когда я полез к ней целоваться.
— Что? — от удивления Гидеон сел рядом со мной прямо на дорогу. — Ты серьезно⁈ Тебя? Как… как такое возможно? Откуда у нее столько сил?
Вопросов было по-прежнему больше, чем ответов, но кое в чем я был точно уверен.
— Похоже, я все-таки влюбился, — безнадежно признал я.
* * *
Даже наскоро заколоченная дыра в стене казалась приятной для глаз.
Спину, правда, ломило от удара. И грудь, куда впечатался поток магии Элис, ощущалась так, как будто от ребер осталась одна каша.
А так вообще все было неплохо. Даже хорошо. Погода, опять же, теплая, ясная.
— Чего? — снова переспросил Гидеон. Он окинул меня взглядом, а потом, как будто что-то для себя решив, спросил: — Петушка на палочке хочешь?
Он сунул его мне под нос, и я отмахнулся.
— Где Рольф? — спросил я, вставая.
Сделать это оказалось не так-то просто. Это, можно сказать, был целый процесс. Сначала голова закружилась, пришлось упереться рукой в стену дома. Потом я начал заваливаться на бок и упал бы обратно в пыль, если бы Гидеон меня не подхватил.
— Да подожди ты! — возмутился он. — Идиот! На ногах не стоишь — а туда же! Обопрись на меня! Ну-ка! Сейчас дойдем до кареты, а там — в госпиталь! И я тебя оттуда не выпущу, пока ты не придешь в норму — даже если ради этого придется тебя всю жизнь там продержать! Идиот! Уже единорогов видишь! Допрыгался! Сдохнешь — мне же легче! Работы меньше!
— Ч… Чего? — настал мой черед смотреть на него удивленно.
— Того! Еще немного — и у тебя коровы по небу полетят! Истинная его приложила! Десяток лучших королевских стражников ничего с твоим магическим фоном не смог сделать, пока ты, неуязвимый ты кусок дракона, без сознания валялся, а какая-то деревенская девка смогла тебя усыпить! Идиот! Доболелся до глюков, а я говорил…
— Она меня не усыпила, — с достоинством поправил я и выпрямился. — Она пробила мной стену, и я потерял сознание. Большая разница! И костюм еще вот порвал.
Брови Гидеона поползли вверх. Хмурясь, он сунул в рот сахарного петушка, облизал и скривился.
— Фу. То есть как это — пробила тобой стену⁈ Да тебя… тебя же ничто не берет! Седрик! Тебя же даже лечить невозможно, потому что с твоим магическим фоном ни артефакты, ни целители совладать не могут. Воевать — туда же! И заговоры против тебя никто не плетет, потому что ты один раз разозлишься — и отскребай потом интриганов от стен! В смысле — «приложила»? Ты все-таки с ума сошел, я так и знал, что месяц в отключке даром для твоего мозга не прошел! Как был идиотом, так и…
— А еще, — с удовольствием перебил я, — Элис украла запечатанную в кольце магию рода Мэлори, до которой много лет никто не мог даже дотронуться.
— Что⁈
Выражение лица Гидеона было бесценным, а у меня почти перестала кружиться голова. Старая знакомая боль вернулась — но сейчас к ней добавилось еще жжение в отбитых ребрах и спине.
— Рольф где?
— Ушел вместе с Элис, — проборомотал Гидеон и встряхнулся. — Сказал, он сейчас у нее живет в обмен на «услуги» — и в школу возвращаться не намерен. Уж не знаю, что у них там происходит, но не силой же мне его было держать! К тому же, не похоже, что он в беде, — а я ему не опекун и не законник, чтобы что-то запрещать. И… подожди? То есть… пока, мы с Рольфом болтались в кондитерской…
— Элис пробила мной стену, а потом заколотила дыру, забрала Рольфа и ушла, — подтвердил я.
— Так вот, зачем она искала доски… — пробормотал Гидеон и сунул в рот сахарного петушка.
Она еще и доски ходила искать, пока я был без сознания и отчаянно цеплялся за жизнь.
Очаровательно.
Оглядевшись, я заметил, что мы с Гидеоном привлекли внимание местных, которые, сбившись в кучку, наблюдали за нами с противоположной стороны широкой торговой улицы.
Должно быть, мы с Гидеоном, замершие в узком проеме между двух домов, зрелищем были необычным.
Сосредоточившись, я даже смог услышать разговор зевак.
— Очнулся, — пробормотал мужчина с окладистой бородой. — А я-то думал — все! Убила его ведьма-то! Дракона! Самого дракона! Это ж… герцог наш, а? Или не он? Глаза-то подводят…
— Да какая она ведьма! — шикнула на него стоящая рядом женщина в желтоватом от долгой носки льняном платье. — Это ж Дурочка Элис! У нее мозгов — с воробьиный хрен! Возомнила себя только важной дамой!.. Здороваться даже перестала — забыла небось уже, как год назад у меня молоко клянчила! А гонору-то, как у королевы! Сдружилась с этой сумасшедшей…
— Тихо! Цыц! — одернула ее соседка пониже ростом. — Еще раз на Элис рот откроешь — я тебе косы-то повыдергиваю! Мне ее артефакты детей спасли!
— И все-таки она ведьма, — подытожил мужчина. — И с ведьмой водится! Недаром рыжая! И ублюдки у нее такие же! Еще и этот, третий! Как посмотрит — так аж сердце заходится!
— Подождите, точно герцог…
— Да какой герцог? Тот был в лиловом, а этот вон, в черном! Дракон! Он на нас уставился! Мамочки! — мужчина с окладистой бородой безуспешно попытался спрятаться за невысокой женщиной.
— Подожди, — вклинился в сознание голос Гидеона. — Подожди! Седрик, ты или сошел с ума — или повтори еще раз! Эта твоя истинная, Элис, нашла способ добраться до магии Мэлори и…
— И присвоила ее, и только что врезала по мне всей силой рода, к которой у меня доступа все это время не было. Ты все верно понял.
  
Я снова прислушался к разговору на той стороне дороги.
— Говорят о чем-то, — пробормотала женщина в засаленном платье и темном переднике. — Кто ж это такие? Надо на постоялом дворе спросить, вдруг они там остановились. Уж Старик Грин-то должен что-то знать!