Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона (СИ)

— И чем ты хотел меня удивить? — поторопил я Гидеона, рывком выныривая из воспоминаний, и на секунду прикрыл глаза.
Боль прокатилась от макушки до самых пяток, разлилась по телу и стиснула его, как будто тисками. Сжав зубы, я направился вперед по коридору: нужно как можно скорее еще раз поговорить с Рольфом. Этот мальчик-бродяжка был на удивление щедро одарен магией и, если вздумает всерьез драться с остальными, то я недосчитаюсь уже к утру с десятка учеников. Возможно, придется поставить на его магию частичный блок до поры до времени. Выяснять отношения и драться — не запрещено, но до смертоубийств лучше все-таки не доводить.
  
— Стой! Да стой ты! Ты принимал лекарство? Ты понимаешь, что тебе даже двигаться во время твоих приступов опасно? Ты от болевого шока можешь умереть, полоумный!
— Гидеон…
— Ладно-ладно, — мгновенно притих он. — Птичка нашептала мне, что пожар в борделе разгорелся не просто так: его устроила некая рыжеволосая девушка, которая что-то не поделила с хозяйкой, мадам Розой.
— Элис устроила пожар?
— Это еще не все. Как я понял, сделала она это… магией.
Я остановился. Магией? В Элис магии было — как в пустой скорлупе, я проверил ее, как только она ступила на порог моего дома.
Просто потому, что мне показалось: она меня околдовала, притянула к себе — сам не знаю, как.
Я ненавидел это. Я ненавидел терять контроль: над своим телом, над своими мыслями, над своими желаниями. Мне ли не знать, что случается, когда это происходит.
Я ненавидел Элис, потому что меня к ней тянуло. Потому что сейчас, когда она оказалась моей истинной, у меня не было никакой возможности держаться от нее подальше, как я планировал.
Потому что внутри от желания защищать и оторвать руки каждому, кто ее тронет, дать ей все, чего она захочет, не оставалось места ни для чего другого.
Я уже не помнил, что говорил, когда она пришла. Кажется, хотел задеть посильнее — но Элис, которая показалась мне девушкой небольшого ума, держалась с таким достоинством и спокойствием, что впору было позавидовать. Мне самому понадобилось много лет, чтобы с такой спокойной насмешливостью сносить оскорбления. Я ничего не мог поделать с тем, что она мне нравилась только сильнее с каждой минутой — только злился. И тоже — все сильнее и сильнее.
— Седрик, стой! Тебе нужно в палату, пойдем! Я подключу тебя к обезболивающим артефактам…
— Мне нужно поговорить с Рольфом.
— С кем?
— С мальчишкой, которого я подобрал на улице.
Гидеон закатил глаза, и тут за нашими спинами часто-часто застучали каблуки. Я знал, что это значит, еще до того, как услышал:
— Директор Мэлори! Директор Мэлори, Рольф сбежал!
Пр-р-роклятие!
Куда подевался этот дурачок? И где его теперь искать?
И его и… Элис. А что с ее детьми? У нее есть муж? Любовник? И как мне удержаться и его не убить⁈ И нужно ли сдерживаться?.. Проклятие, Элис! Как же я тебя ненавижу.
* * *
Стоило мне вернуться в особняк — как на шею тут же бросилась Кэти, чем-то неуловимо напомнив мне сидевшую в засаде змею.
Она обвила мою шею руками, потянулась за поцелуем, обдала сладким цветочным запахом духов.
— Я так соскучилась! Люблю тебя, милый.
Какой-то части меня хотелось бы ответить тем же. Пожалуй, чувства к Кэти были ближе всего к тому, что я мог бы назвать «любовью». Но они были удобными: не туманили разум, не заставляли не спать ночами и совершать глупости. В отличие от…
С ними было спокойно, да и Кэти было на меня плевать, хоть она и обожала изображать, как будто мы в самом деле друг друга любим.
— Прекрасно выглядишь.
Это было правдой.
Она разулыбалась.
Пожалуй, из-за этого я и выбрал ее среди всех остальных женщин: она была достаточно честной и превыше всего ценила деньги, которые я мог дать ей и ее давно обедневшей семье. Сделки — это всегда понятно и просто.
Кроме того, Кэти не претендовала на место герцогини, раз и навсегда смирившись с тем, что я не собираюсь продолжать славный род Мэлори. Не собирался. А потом… Элис… Проклятие! Не хотелось размышлять: я решил завести наследника просто потому, что это истинная сможет родить его в самом деле сильным, или просто… просто придумал для себя складное оправдание, которое позволило бы мне… позволило бы… коснуться Элис и…
— Ты рано сегодня — но у нас все готово! Идем, там уже накрыт ужин! Сегодня я распорядилась запечь мясо по особому рецепту. Раздевайся и приходи, я пока проверю, все ли готово!
Она упорхнула в сторону столовой — а меня ноги почему-то понесли в гостиную. Как будто я мог найти там Элис.
Ослабив узел галстука, я осмотрел пустую комнату и замер. Подошел к каминной полке и уставился на фамильное кольцо рода Мэлори. Я не мог его носить — даже дотронуться не мог без того, чтобы потерять сознание от боли. Никто не мог этого сделать, пока кольцо, а вместе с ним и запечатанная внутри магия рода Мэлори, не признает нового хозяина.
Кольцо лежало под стеклянным куполом, как и раньше.
Вот только магии в нем больше не было — обычная побрякушка.
Как такое возможно?
Кто-то… прикарманил себе магию рода Мэлори?
* * *
Элис
— Давайте снимем вязанку, я помогу ее донести. Мы… домой. Вернулись.
Старушка, которая как раз скидывала веревки с плеч, замерла.
— Куда ж домой, дурында? Нет у вас дома теперь, совсем что ли последние мозги потеряла? Куда ж ты возвращаться собралась?
От слов старухи все внутри оборвалось. Рука, которой я тянулась к горе хвороста на ее спине, замерла. Но как же… как… Элис говорила Руби, что в Верхних Петушках у нее есть «развалюха», куда она собирается «возвращаться».
— Как… Что вы… Вы, должно быть…
— Ишь, как заговорила после своих столиц! — проворчала старуха. — Куда ж ты возвращаться решила? За долги у тебя забрали его — все, забудь! Снесли уже давно, там теперь новые люди дом строят! Пару месяцев как. Ты ж должна еще осталось, дуреха! Сейчас тебя как возьмет ростовщик за сиськ…
— Я поняла, поняла!
Старушка замолчала — я чувствовала ее тяжелый взгляд на лице, пока помогала подняться. Только когда ей удалось встать на ноги, тишину разрезал отборнейший мат. Похоже, нога все-таки не в порядке. Я отметила это механически, хотя голова была занята совсем другим.
Да чтоб его! Элис, должно быть, в самом деле была не слишком умной — иначе почему у нее в памяти было множество не самой нужной информации, а такой важный момент — совсем стерся! Зато глаза лорда Мэлори в деталях запомнила!
Ладно. Ладно, все хорошо. Мне все равно: что в столице угла своего нет, что тут. Хью, хвала всему святому, что есть в этом мире, не потерял корзинку с деньгами, честно наворованными.
Выкручусь.
— Неужели не боишься? — спросила вдруг старуха.
— Чего?
— Как чего? Его. Черного. Думаешь, он так просто про тебя забудет? Не-е-ет, не из тех он, крепко ты ему в душу запала, а он привык свое получать. Зачем вернулась? Тебе бы лучше подальше отсюда быть. Правильно ты убралась.
Что? О чем она?
Что еще за «Черный»?
— Идемте, — задумчиво проговорила я, надеясь позже выведать еще информацию. — На дороге стоит карета — мы довезем вас до дома.
А по пути поговорим. Старушка снова уставилась на меня тяжелым взглядом. Я чувствовала его, даже несмотря на то, что сумерки вокруг стали настолько плотными, что я едва видела свои собственные руки и белеющие седые волосы старухи.
Неожиданно старуха подняла руку и зажгла на ней огонь — такой яркий, что пришлось зажмуриться. Она владеет магией!
— А пойдем. Ты подсоби-ка мне, Элис. Где там твоя карета? Ишь, важной дамой заделалась, карета у нее!
  
Она, прыгая на одной ноге, прислонилась к моему плечу — я подхватила ее под руку. Что-то в тоне старухи мне не понравилось, но я никак не могла сообразить, что не так.
— Давно решила из столицы-то убраться? — спросила она, тяжело на меня опираясь.
— Буквально вчера.
— Ага. Надо ж. А говорила — не вернешься… А что ж так, Хью-то в эту твою школу — не взяли? Вот говорила я — херня все это! А ты как того дракона увидела, так аж глаза на лоб полезли, вот дурища, поверила! «Всем одаренным детям двери открыты» — да сейчас же! Тьфу!