За пределами официальных хроник
— Э…
— Говорите же, в чем дело. Я действительно спешу.
— Хм, я спокойно общаюсь с Пирсоном, но не могу подобрать слова для Митоса.
— А ведь мы не на Святой земле, месье Зальцер, и я никогда не был ревностным христианином. Как там говориться, ах да, «не убий». Не дергайтесь, что вы хотели мне сообщить?
— То, что произошло с Дарием, — несчастный случай.
— Забавная формулировка. Я предпочитаю ясность — его убили, скорее всего — именно ваша организация.
— Официальный Орден здесь не при чем. Это группа экстремистов.
— Ничего нового. Дайте угадаю лозунг: свободу человечеству, убьем Бессмертных-поработителей.
— Да, примерно так. Мы не знаем точного состава, а брать исполнителей, упуская верхушку — нецелесообразно. Вы должны понять, никто не ожидал нападения на Дария. Все причастные будут найдены и наказаны.
— И почему я должен вам верить?
— Я могу дать вам результаты расследования. Нам не нужна война.
— Вы можете ее получить в ближайшее время. «Убийство в церкви», «Обезглавленный священник», «Новый культ сатанистов» — представьте завтрашние заголовки прессы. Дарий был заметной личностью. Многие из нас начнут задавать вопросы. Если Наблюдатели верят в неприкосновенность тайны Ордена — то вы, господа, глупцы. Я попытаюсь сдержать наиболее отчаянных. Вам повезло — почти все, кто догадывается о Наблюдателях, уже переросли этап, когда все проблемы решаются размахиванием острым колюще-режущим оружием.
— Благодарю.
— Ради чистого любопытства, когда вы нашли Митоса под личиной Адама Пирсона?
— С самого начала. Но эту тайну знает лишь шесть — восемь человек. Вы самый засекреченный проект.
— Даже приятно. Пусть все так и остается.
* * *
— Вы, вы! Это безответственно, как можно было так поступать! Я вам доверял.
— Дон, если вы о переводе, я закончу к шести часам.
— Митос! Я о Маклауде! Зачем вы подкинули ему пятую хронику, да еще вывели его на личного Наблюдателя?
— Свою часть сделки я выполнил, смертью Дария не будут интересоваться. А Маклауд — страховка, что вы выполните свою.
— Вы беспринципный тип.
— Вижу, у вас уже нет проблем с обращением ко мне. И с вас ужин.
— Как обычно, в пятницу, Адам. Кристин будет рада, я тоже.
8. Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать
(во время эпизода «Охотники», в продолжение истории «Высокие Договаривающиеся Стороны»)
Раз. Париж, Франция. Маркус Константин:
«Странная история, Наблюдатели, отступники. Митос всегда рассказывал странные истории, но это уж слишком. Дарий убит на Святой Земле, а он просит меня не вмешиваться. Конечно, я доверяю Митосу, ну почти всегда. И они с Дарием были друзья, насколько известно. Все равно странно. Ладно, пожалуй я не буду лезть. Если Митос общается с Наблюдателями, он может узнать о… Нет, я люблю свою жену, зачем вспоминать Египет. Хотя, найти Нефертири можно, а вдруг…»
Два. Мултан, Пакистан. Малик:
«Почему Старейший думает, что меня волнует смерть Дария? Что мне этот неверный. Если волноваться обо всех, можно не успеть насладиться жизнью. Что происходит в Париже — не моя забота. Кто убил, зачем убил? А здесь я знаю всех наблюдателей, помню их отцов, дедов, прадедов. И они меня знают, всегда зовут на свадьбы, помнят, что Малик всегда поможет. Здесь не любят чужаков, у нас, хвала Аллаху, все спокойно, если что — меня предупредят, пусть другие ищут себе неприятности».
Три. Сидней, Австралия. Хана:
«Ну, да. Митосу опять скучно, нашел себе забаву. Прекрасное занятие — так профессионально рассказывать байки, что никто не верит и никто не усомнится. Что-то он темнит про Дария, не могу поверить в его смерть. Просто нашему святому надоело быть святым, сбежал от постов, молитв, исповедей. А старый лис его покрывает. В любом случае это не мое дело. Но стоит уехать, мало ли что. Бедный Анджело, мальчик уже настроился, что я куплю ему «Феррари». Ничего, мой маленький наблюдатель найдет новую богатую любовницу и новый объект для слежки. Мельчает Орден, теперь они собирают информацию в моей постели».
Четыре. Буэнос-Айрес, Аргентина. Хайме:
«Нет, я не верю в причастность наблюдателей. Митос тоже может ошибаться или недоговаривать. Скорее всего Дария выманили со Святой земли, а потом просто перенесли тело в церковь. Я найду того, кто это сделал. След витано Дария будет в ауре победителя еще месяцев пять-семь. Вначале стоит проверить знакомых и учеников Митоса, может поэтому Старейший придумал эту дикую историю? А потом будет видно».
Пять. Шанхай, Китай. Сэн Цю:
«Да, Митос всегда был опасным противником. Ясно, что это он стоит за смертью Дария, сумел заставить Наблюдателей служить своим целям. Как изящно! Истинное мастерство, скрывается среди Стражей и руководит их настроением. Что он задумал, устраняет конкурентов? Если бы он хотел остаться последним, он мог им стать уже давно. Почему он мне позвонил, ищет союза? Кто я такой, чтобы мешать его планам? Подождем. Но эту историю стоит запомнить, когда-нибудь оступится и Старейший».
P.S. Париж, Франция. Митос:
«Я рассказ одну и ту же историю пять раз. Ну хорошо, я рассказал ее разными словами. Каждый услышал по-своему и сделал свои выводы.
Плюс: ни один из них не будет вмешиваться.
Минус: никто из них мне не поверил.
Плюс: ни один из пяти не выказал недоверия — не решаются на открытый конфликт.
Минус: ни один из пяти не выказал недоверия — нужно беречь спину от удара.
Вывод: репутация — великая вещь. Первую тысячу лет ты работаешь на нее, потом она на тебя. Может, стоит снова сменить имя?».
9. Проблемы досуга
«Здесь есть все для всех — для театралов, меломанов, ценителей живописи, для гурманов, любителей всевозможных развлечений и деловых людей» Из путеводителя по Парижу
Субботнее утро Адама Пирсона началось стандартно, как уже начиналось каждое субботнее утро в последние годы, — с просмотра оперативной информации Ордена «Страж». Нужно было решить, как лучше всего провести уик-энд.
С тех пор как на барже напротив острова Сен-Луи обосновался Маклауд, Адам Пирсон старался бывать в Латинском квартале только по делам. На Вандомскую площадь и в район Оперы он тоже старался не попадать — в отеле «Риц» часто останавливались Бессмертные, приехавшие в Париж.
16-й округ для Адама вообще был под запретом. В самом респектабельном районе Парижа Бессмертные жили кучно: Кедвин, Ребекка и более молодые, ну уж нет, ноги его там не будет. И вообще, скромнее надо быть, господа, скромнее.
Общением с живой природой Пирсон был сыт по горло, даже немного больше, за все предшествующие столетия ночевок в лесу, поле, степи, пустыне, горах и болотах. Булонский лес и другие зеленые насаждения вызывали стойкую неприязнь.
Иногда по выходным Адам ходил по музеям. Особенно он любил музей Родена. Лежа на деревянном шезлонге можно было смотреть на пруд и дом Родена, любоваться скульптурами мастера в парке и куполом Дома Инвалидов и наблюдать за суетящимися туристами с путеводителями в руках, уверенными, что никто не понимает их замечаний на японском, китайском, русском, испанском и прочих языках.
Но это место теперь тоже было под запретом, после того как в одну из суббот Пирсон встретил там Маркуса Константина. Маркус повел себя почти идеально — только уронил очки, наступил спутнице на ногу и почему-то заговорил на варварской латыни. Его спутница засмеялась и посчитала все шуткой, но Адам предпочел уйти — береженного Бог бережет, судьба предупреждает один раз.
Интересных концертов в эти выходные не было.