Излом (СИ)

Я на миг замер, не решаясь его трогать. Откуда-то сбоку высунулась лисья морда и облизнулась. Янтарные глаза вопросительно блеснули — все было понятно без слов.
Мы переглянулись, на лицах Барсука и Хельги одобрительные улыбки.
Я взглянул на хвостатого и произнес:
— Твой трофей. Заслужил. И спасибо за помощь.
Лису два раза повторять не пришлось. Зубастая пасть щелкнула — и черный сгусток исчез. Рыжий хвост скользнул по камню — и дух растворился, но остался где-то рядом: я продолжал его ощущать.
  
Мы снова переглянулись.
— Целы? — спросил я.
Оба посмотрели друг на друга. У Хельги побелели губы, но в глазах знакомый азарт — эта явно не прочь продолжить. Барсук, как всегда, осторожен, однако смотрит одобрительно, значит, и этому охота пришлась по душе.
За бой мы все по нескольку раз опустошали и восполняли источники, но каких-то негативных побочных эффектов не наблюдалось. Видимо, черная мана действует на нас иначе. Осталось понять, что с нами будет там, в реальном мире.
От мыслей отвлек насмешливый голос Инэс:
— Очень неплохо, маленький дикарь. Правда, это был всего лишь разведчик-потрошитель, но даже так — очень неплохо.
Я обернулся. Ауринги двигались мимо нас в направлении черноты, видневшейся за холмами. Ремигий лишь мазнул по нам отрешенным взглядом, а Инэс подмигнула.
Я скользнул взглядом по горизонту, а потом крикнул им вдогонку:
— Мне нужны ответы!
Инэс на ходу обернулась. В ее уставших глазах плясали искорки веселья.
— Следуйте за мной, ауринги, и вы их получите, — не оборачиваясь, прогудел старший дух, при этом не сбавляя темп.
Мы переглянулись с Хельгой и Барсуком. Источники полны. Щиты на месте. Я коротко мотнул головой — вперед. И почти одновременно мы двинулись следом за этой парочкой, которая, похоже, направлялась именно туда, где за гребнями холмов клубились темные сгустки. Воздух там дрожал, как над раскаленным железом.
Двигаясь за аурингами, мы заметили одну странность: как бы мы ни пытались ускориться и сократить между нами дистанцию, эти двое постоянно оставались впереди на расстоянии дюжины шагов.
Я два раза попытался обратиться к ним, но меня молча игнорировали. Лишь Инэс периодически оборачивалась и бросала на нас задумчивые взгляды. Было в них что-то такое… Помимо вековой усталости, я видел в ее глазах сожаление и, кажется, грусть.
Сперва мы двигались в низине, лишь иногда огибая по широкой дуге холмы, а затем из-за очередного поворота вынырнула гора, и ауринги начали на нее подъем.
На вершине этого огромного холма наши провожатые остановились и, замерев, уставились куда-то вниз. Когда мы поравнялись с ними, я хотел было уже задать мой первый вопрос, как слова застряли в глотке. От открывшегося перед нами вида захватывало дух, а призрачное сердце готово было выпрыгнуть из груди.
Перед нами зиял разлом исполинских размеров, не трещина, а целое ущелье, уходящее в глубь Изнанки без видимых границ. Края обвалов были абсолютно черными, словно обожженные. Из нутра ущелья рвались вверх плотные клубы черного пара. Они тянулись, свивались и распадались в странные вихри.
Воздух над гигантским ущельем дрожал и рябил. Эта вибрация ощущалась даже здесь, на холме. Там, где край разлома обрывался, вниз тянулись рваные нити мрака. Они шевелились, словно огромные змеи. Из непроглядной тьмы время от времени проступали короткие вспышки мутного света.
Я понял, почему раньше мы почти ничего не ощущали. Холмы отражали эту странную вибрацию. Плюс в Изнанке все работает по-своему.
Мой источник реагировал на отголоски инородной магии тяжелым гулом. Я мельком взглянул на бледные и ошарашенные лица моих спутников и понял, что им сейчас намного хуже, чем мне. Особенно Барсуку с его новым навыком.
— Что это? — одними губами прошептал я.
Но Ремигий, похоже, без труда разобрал мой хрип.
— Излом, — ответил он коротко.
— А что там? — это уже дрожащим голосом спросила Хельга.
— Бездна, — с тяжелым вздохом ответила Инэс.
  
Глава 23
 
В столовой было тихо. За окнами моросило, в очаге мерно потрескивали дрова. Помощница Люкаса, приготовив нам завтрак, уже ушла заниматься своими делами. Кроме нас троих в столовой никого не было.
Я сидел в конце стола с кружкой горячего травяного отвара и задумчиво посматривал то в окно, то на очаг. Иногда мой взгляд пробегал по моим спутникам.
Хельга сидела в центре длинного стола, откинувшись на спинку стула и положив руки на столешницу. Глаза были слегка расширены. Она смотрела, не мигая, в одну точку. Ладони были сжаты. К еде так и не притронулась.
Барсук расположился поближе к очагу. Еду, в отличие от Хельги, не игнорировал, но ел как-то вяло, насыщаясь, скорее, машинально. Его ложка мерно постукивала о край глиняной миски.
М-да… Неплохо их накрыло. Они пришли в себя только сегодня, считай, около получаса назад. Двое суток их мотало между сном и явью. Слишком много энергии хапнули. Плюс перенапрягли энергоканалы и энергоузлы, каждый раз пропуская через себя столько маны. Благо, что в Изнанке все это происходило. В реальном мире они бы уже сожгли себя изнутри.
Собственно, мы теперь лучше понимали, почему нельзя долго находиться в Изнанке. Там время течет иначе, и энергетическое тело развивается быстрее. Нет сдерживающих факторов в виде физического тела, которое, если переусердствовать с накачкой маны, может просто не выдержать после возврата из Изнанки. Грубо говоря, лопнет словно воздушный шарик.
Когда охотились на обычных жрунов, это не так бросалось в глаза. Энергии брали столько, сколько нужно, и уходили. Кроме того, тела Барсука и Хельги, привыкшие к мане, нормально справлялись с добытым объемом.
А вот тварь из Бездны — это уже другое дело. Там и энергии на порядок больше, и ее концентрация выше. В общем, по краю они прошли…
Что же касается меня, погружение прошло для моего тела без негативных последствий. Наоборот, последний заход в Изнанку дал мне больше, чем я ожидал. Тот объем энергии, что я пропустил через тело, позволил завершить начатые ранее метаморфозы. Похоже, я перешел на новый этап развития. Внешне особых изменений не заметишь, а вот внутри… С каждым таким этапом я все меньше становлюсь похожим на обычного человека. В прошлой моей жизни о такой силе я даже мечтать не мог.
Источник заметно уплотнился и потяжелел. Защитный каркас маноядра стал толще, а многослойные энергоканалы теперь были похожи на тросы. Энергоузлы тоже уплотнились и аккумулировали в себе больше маны, чем раньше.
Мне даже не понадобился сон после возвращения. Энергия, словно лава разбуженного вулкана, требовала выхода. Так что как только Селина вернула меня, я открыл глаза и направился за городские стены, подальше в лес, чтобы попрактиковаться и опробовать свои новые возможности.
После того как я разнес в труху несколько больших деревьев боевыми заклинаниями, немного успокоился. С нынешним объемом я мог создавать вдвое больше средних плетений.
А еще мне удалось повторить в реальном мире свой новый навык из Изнанки. Я теперь мог накрывать пеленой невидимости не только себя, но и других. Похоже, пришло время совместных медитаций с Селиной — будем копаться в памяти лисолюда. Вдруг снова повезет вытащить из воспоминаний еще какое-нибудь плетение.
Я снова мазнул взглядом по Барсуку и Хельге. Сейчас, после отдыха у обоих пульс ровный и дыхание стабильное. Правда, источники перегреты. Тела реагируют с запозданием. Но я видел, что каждый час отходняка поднимал планку их возможностей.
  
У обоих метаморфозы перешагнули начальный этап. У Хельги паразит уже лег в основу ее энергосистемы, полное слияние состоялось.
У Барсука тоже все получилось. Нужно отдать должное его опыту и дисциплине, а также терпению. Покореженная ранее энергосистема наконец собралась в единое целое. Лишние узлы отгорели, мутные петли растворились. Старый характерник проделал колоссальную работу.