Удержать мою девушку (ЛП)

— Думаешь о Селине? — Спрашивает Ренато, садясь на скамейку рядом со мной, дерево скрипит под его весом.
Я киваю и одариваю его улыбкой.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что ты думаешь только о ней, чувак. К тому же, у тебя на лице эта дурацкая гребаная ухмылка.
Он хихикает, когда я показываю ему средний палец.
— Чувак, я просто рад хоть раз увидеть тебя счастливым.
— Я не был счастлив раньше? — Я задаю вопрос, хотя знаю, что не был.
— Нет. Ты был жалким ублюдком в течение многих лет после исчезновения Селины. Я рад, что ты нашел ее. И я рад, что у нее есть ты сейчас.
— Спасибо, чувак, — говорю я. Ренато не из тех, кто любит сентиментальные моменты, и знаю, что он попытается испортить настроение за три… два… один…
— Я могу только представить, что глупая ухмылка, которая была на твоем лице последние несколько дней, это потому, что вы, ребята, наконец-то трахаетесь, — предполагает он.
И вот оно.
— Ну и что, что в этом такого?
— Черт возьми, да, — говорит он с выразительным кивком. — Молодец.
А затем он бормочет себе под нос: — По крайней мере, хоть кто-то здесь получает немного пизды.
Мои брови хмурятся от его слов. Я просто думал, что он трахал мою сестру годами, но, возможно, ошибался. Я и раньше заставал их целующимися в темных углах комплекса, но, возможно, она бережет себя для замужества или чего-то в этом роде. Кто знает, когда дело доходит до Арии. Мы были действительно близки, когда были детьми, но теперь чувствую, что она дистанцируется от всех.
Я знаю, что она чувствует себя здесь пленницей, принцессой, запертой в позолоченной клетке, но также это для ее же чертовой пользы. Посмотрите, что случилось с Селиной. И, возможно, нам не следует сравнивать Арию с прошлым Селины, но мы все это делаем. Мы должны обеспечить безопасность Арии здесь.
Мысль о том, что кто-то похитит мою сестру или, не дай Бог, Селину, заставляет мою кровь закипать. Мои родители поставили своей жизненной миссией уничтожать таких людей, как Константин Карбоне, и я хочу продолжать эту миссию сейчас и еще долго после того, как они умрут. Если бы я мог спасти миллион таких девушек, как Селина, то сделал бы это. И я это сделаю.
— Ты закончила отдыхать, принцесса? — Спрашивает Ренато.
— Да, пошли, — говорю я ему, свирепо глядя на него.
— О черт. Он вернулся! — говорит он, хлопая в ладоши. — Это должно быть весело.
— Очень, — говорю я, прежде чем встать.
С моим подавленным гневом и разочарованием из-за своих ужасных внутренних мыслей я готов оторвать кому-нибудь голову.
Похоже, что позже в кабинет Сары все-таки придет Ренато.
Глава 39
Николас
После того, как закончил свою дневную работу, я тайком спускаюсь в спортзал, где, как знаю, Селина проходит сеанс физиотерапии.
Терапевт укладывает ее на скамейку, а сам вытягивает ее ноги и бедра. То, как его руки касаются ее, мгновенно приводит меня в бешенство. И если бы у Дуэйна не было парня, и он с большей вероятностью приударил бы за мной, чем за Селиной, я бы отрезал эти руки к чертовой матери.
По мере того, как я становлюсь ближе к ним, Дуэйн поднимает глаза и улыбается. Он склоняет голову набок, вероятно, заметив напряжение в моих плечах и хмурое выражение моего лица.
— Мы почти закончили, Нико, — говорит он мне, подмигивая, возможно, зная, что меня так разозлило.
— Как поживает моя девочка? — Спрашиваю я, не придавая значения, хотя Дуэйн не представляет угрозы. Просто в Селине есть что-то такое, что заставляет моего внутреннего пещерного человека проявлять себя всякий раз, когда я рядом с ней. Я хочу ее больше всего на свете, и чувствую, что одержимо защищаю ее. Я уверен, что это моя собственная психологическая травма из-за того, что ее забрали у меня много лет назад, и постоянный страх потерять ее снова, но отчасти это просто первобытный инстинкт заботиться о ней и защищать любой ценой. Я никогда раньше не испытывал таких чувств к кому-то другому. Только к ней.
 
— Честно говоря, твои серфинговые экскурсии сотворили с ней чудеса. Я как раз говорил Селине, что не думаю, что нам нужно продолжать терапию. Это наш последний сеанс.
— О, спасибо, черт возьми, — громко стону я, а затем захлопываю челюсть, когда осознаю, что только что сказал.
Брови Селины приподнимаются, прежде чем она улыбается и бросает на меня понимающий взгляд. Затем она обращает свое внимание на Дуэйна.
— Спасибо тебе. За все.
— Без проблем. Я скоро с тобой поговорю, Селина.
Он встает и выходит из спортзала, оставляя нас вдвоем. Уже поздний вечер, поэтому я сомневаюсь, что кто-нибудь еще будет проводить здесь какие-либо сеансы сегодня вечером.
Я подхожу к перекладине и хватаюсь за нее руками, прежде чем подтянуться к подбородку и несколько раз опуститься обратно.
Селина несколько раз наблюдает за мной, прежде чем встать и подойти ко мне.
— Так ты ревнуешь к Дуэйну? — Недоверчиво спрашивает она. — Ты же знаешь, что у него есть парень, верно?
— Не имеет значения, — просто говорю я.
— Я думаю, что это невозможно, — говорит она со смехом.
Я подхожу и сталкиваюсь с ней лицом к лицу.
— Ты действительно понятия не имеешь, насколько ты красива, не так ли?
С озабоченным выражением лица Селина прикладывает тыльную сторону ладони к моему лбу.
— Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь? — шутит она с лукавой усмешкой.
Я беру ее за руку и целую в ладонь.
— Я чувствую себя просто прекрасно.
Я не буду развивать тему. Знаю, Селине трудно поверить, насколько она красива. В моих глазах она воплощение совершенства. Возможно, она этого не видит, но я всегда буду рядом, чтобы заставить ее почувствовать себя особенной и красивой, как она того заслуживает.
Нахмурившись, она отскакивает и делает несколько повторений на турнике. Мой член подергивается в штанах, когда я смотрю, как она подтягивается и опускается снова и снова. Она набралась столько сил с тех пор, как приехала, и я горжусь ею как нельзя больше. Довольно скоро она сможет надрать мне задницу, и мысль о том, что она попытается, делает мой член чертовски твердым.
Когда ее глаза встречаются с моими, на ее лице появляется красноречивое выражение. Она, вероятно, думает, что все, что делает, заводит меня.
И она была бы абсолютно права.
— Знаешь, у Дуэйна самые потрясающие руки, — говорит она, снова подтягиваясь на перекладине, чтобы это выглядело легко. — Я уже скучаю по его рукам, — растягивает она слова. — Может быть, мне стоит назначить несколько частных сеансов с ним.
— Лина, — предупреждаю я, подходя к ней сзади и наблюдая, как ее упругая задница подпрыгивает вверх-вниз перед моим лицом. — Не буди зверя.
— Но что, если я захочу, чтобы чудовище ткнуло в меня? — говорит она через плечо, бросая на меня взгляд, от которого вся моя кровь приливает прямо к члену.
Кряхтя, я подпрыгиваю и хватаюсь за перекладину по обе стороны от ее руки, обхватываю ее ноги своими и делаю подтягивания, при этом ее пухлая задница упирается в мою эрекцию.
— Видишь, что ты со мной делаешь? — Я рычу ей в шею, прежде чем нежно укусить, а затем облизываю, чтобы унять боль.
Она стонет, прижимаясь ко мне, и я, блядь, пропал. Опускаясь, я обхватываю ее руками за талию и помогаю спуститься, скользя по всему моему телу, чтобы она почувствовала, как мне тяжело сдерживать себя.
Прижавшись губами к ее уху, я шепчу: — Думаю, ты забыла, что эта комната звуконепроницаема. Никто не сможет услышать, как ты кричишь.
Дрожь пробегает по ее телу, и она поворачивается в моих объятиях, чтобы посмотреть на меня взглядом, полным похоти.
— Обещаешь?