Удержать мою девушку (ЛП)

Пробираясь в большую столовую на другой стороне комплекса, я нахожу своих родителей, сестру и Бенито, которые уже поглощают аппетитный ужин. Это любимое блюдо моего отца — спагетти с домашним хлебом и салатом.
— Ты опоздал, — упрекает меня Ария с усмешкой.
— Я был занят, — бормочу я, прежде чем сесть.
Мама улыбается мне, прежде чем передать большую миску.
— Как Селина?
— Лучше, — признаю я, накладывая немного салата себе на тарелку. Я рад, что могу наконец сказать это и не совсем солгать. Видеть ее трезвой, а не под воздействием каких-либо веществ, мягко говоря, освежает.
— Она уже знает, кто ты? — Вмешивается Ария.
— Пока нет. Но я скажу ей, — говорю я, хмурясь.
— Когда? — Спрашивает Ария.
Я закатываю на нее глаза. Ария всегда была из тех, кто вмешивается в мои дела. Она любопытная, маленькая, своевольная сестренка, которую я никогда не хотел, но, честно говоря, я не могу представить жизнь без нее, хотя большую часть времени она заноза в моей заднице.
— Скоро, — неопределенно отвечаю я.
Она неодобрительно хмыкает, а затем снова обращает свое внимание к еде.
Я собираюсь положить в рот первый кусочек еды, когда мой отец говорит мне: — Константин в городе. Похороны его сына завтра. — Я открываю рот, чтобы заговорить, но он поднимает руку, останавливая меня. — Просто чтобы внести ясность, Нико, мы и близко не подойдем к похоронам или кладбищу. У Константина повсюду будут глаза и уши, и мы не можем позволить себе привлекать еще больше нежелательного внимания к нашей семье. Я не допущу, чтобы кто-то оказался в таком уязвимом положении и рисковал быть схваченным или еще хуже.
Несмотря на то, что мы упускаем возможность выследить Константина и собрать информацию, возможно, даже достаточную, чтобы разрушить его и его империю раз и навсегда, я согласен с моим отцом. Я уже всем все испортил, и теперь мы все должны быть настороже, и что будет когда Константин выяснит, что это я убил его сына.
— Селина какое-то время была с Константином, — объявляю сидящим за столом. Я слышу, как Бенито тихо ругается, но продолжаю. — Он причинил ей боль. Я чувствую это нутром. Я не знаю, как долго она была с ним, но я знаю, что этот ублюдок напугал ее до такой степени, что она боится, что он придет за ней даже сейчас.
— Это могло бы объяснить, почему мы так и не нашли ее, — предполагает отец. — Мы едва могли отследить Константина за годы, прошедшие с тех пор, как его выпустили из тюрьмы.
Я киваю в знак согласия. Если бы Селина была с ним все это время, то предыдущие недостающие части головоломки постепенно сложились бы вместе, создав кристально чистый образ. Константин каким-то образом заполучил Селину и удерживал ее на своей яхте посреди океана, где правила не распространяются на таких, как он. Он держался на расстоянии от Нью-Йорка и не высовывался, продолжая по пути осквернять женщин и, вероятно, Селину без каких-либо последствий за свои дерьмовые действия.
Чего я не могу понять, так это как Селина связалась с такими, как он. Как их пути пересеклись? Я надеюсь, черт возьми, что это произошло не из-за нашей связи с ней, но я не чувствую, что дело в этом. Есть кое-что еще. В этой истории отсутствует большая часть.
Я размазываю салат по тарелке, пока сижу и погружаюсь в свои мысли. Я думал, что возвращение Селины домой все исправит, но знаю, что впереди у нас долгий путь. Она медленно выздоравливает, поэтому все, что я могу сделать, это дать ей время на данный момент.
Если Лина была с Константином, я могу только представить ужасы, которые она пережила и была свидетельницей за последние десять лет. Я содрогаюсь при мысли о том, что она проходит через этот живой, дышащий кошмар.
Единственное утешение, которое могу найти, — это тот факт, что она сейчас здесь, со мной. Она наконец-то дома. Впереди у нас будет нелегкий путь, но я собираюсь быть с ней на каждом шагу. Я никогда не откажусь от Селины, потому что знаю, что она сделала бы то же самое для меня, поменяйся мы ролями.
Я был замкнутым, угрюмым сукиным сыном с тех пор, как она исчезла, но я постараюсь стать лучше. Для нее. Только для нее.
 
Моя человечность отключилась давным-давно. Когда она ушла, мое сердце перестало биться, оставив темную, пустую дыру в груди. Весь мой мир остановился. И теперь, когда она вернулась, я чувствую, как этот темный мускул снова начинает биться. Она медленно возвращает меня к жизни, сама даже не осознавая этого.
Единственное, что принесет мне больше покоя, — это ощущение шеи Константина в моих руках, когда я выжиму из него саму жизнь и увижу, как свет в его глазах медленно угаснет.
Он причинил боль моей девушке. Я чувствую это глубоко в своей душе. И его кровь на моих руках помогла бы мне немного успокоиться. Я уверен, что это также очень помогло бы Селине. То, что ее реальный бугимен мертв и не может больше никогда причинить ей боль, было бы отличным подарком, который я планирую преподнести.
— Все в порядке, Нико? — спрашивает мама, выводя меня из мрачных мыслей.
Я поднимаю на нее глаза и заставляю себя улыбнуться.
— Пока нет. Но скоро будет, — уверяю ее.
Глава 11
Селина
Я нахожусь в этом месте уже несколько недель, медленно восстанавливаясь после травм. Проходить через ломку от смеси наркотиков, на которой я сидела годами, было неприятно и отупляюще. По крайней мере, процедуры наконец закончены — доктор Каталано сообщила мне сегодня утром. Полагаю, маленькие чудеса, раз уж я от них так устала.
Я не видела ни единого признака Константина с тех пор, как приехала сюда, что, мягко говоря, настораживает. Я не знаю, то ли он просто выжидает удобного момента, то ли человек, убивший его сына, в конце концов, говорил правду. Может быть, я заперта где-нибудь, где Константин действительно не сможет меня найти. Пока.
В конце концов, он всегда находит меня, и я не думаю, что в этот раз будет по-другому. Единственный способ по-настоящему сбежать от него — это покинуть землю. Я не думаю, что на этой планете есть место, куда он не отправился бы, чтобы найти меня. Он никогда бы не оставил своего маленького питомца.
При одном воспоминании о том, как он сказал мне эти два коротких слова, у меня по спине пробегает сильная дрожь страха.
— Тебе холодно? — спрашивает доктор Каталано, возвращая меня в настоящее. Она находится в моей комнате уже несколько минут, молча оценивая меня и делая пометки.
— Нет, я в порядке, — отвечаю я ей приглушенным шепотом.
Она пожилая женщина с серьезным отношением к делу. Но меня это совершенно устраивает, потому что мне нравится слышать факты прямо, а не то, что кто-то пытается пустить дым мне в задницу. И эта женщина определенно не ходит вокруг да около. Она рассказывает все именно так, как есть. И хотя мои бесчисленные просьбы о наркотиках остались без внимания, сейчас я почти рада, что она мне не уступила. Не помню, когда в последний раз был трезва. Я как будто смотрю на окружающий мир свежим взглядом. Даже еда пахнет и кажется вкуснее. Я как будто в каком-то смысле переродилась.
Доктор Каталано встает и говорит: — Я сообщу мистеру Витале, что вы готовы к физиотерапии и …
— Подождите, — выдыхаю я, прерывая ее, когда мои глаза встречаются с ее.
— Что вы сказали… Ви-Витале? — Спрашиваю я, заикаясь. Все мое тело начинает трястись, когда одна эта фамилия вызывает поток воспоминаний.
— Да. Николас Витале. Это он привез тебя сюда, — объясняет она, приподняв бровь. — Что-то не так, Селина?
— Нет. Я… — Мой голос замолкает. По моему телу пробегает горький шок от того факта, что Нико убил Джино прямо у меня на глазах без малейших угрызений совести. Молодой Нико, которого я знала тогда, был милым и добрым. Он никогда бы никого не убил. — Нет, этого не может быть, — шепчу я.