Каин и Авель

– Нет, спасибо, – сказал он ей. – Что же, я весьма польщён, мистер Макстон, как вашими оценками, так и предложением.
– Я думаю, вам здесь понравится, мистер Росновский. «Стивенс» – прекрасный отель, а я намерен предложить вам для начала пятьдесят долларов в неделю и два процента от прибыли. Вы можете начинать, когда захотите.
– Мне понадобится несколько дней, чтобы обдумать ваше предложение, хотя, признаюсь, оно кажется мне заманчивым, – сказал Авель. – Но у меня ещё остались нерешённые проблемы по «Ричмонду».
  
– Зелёная фасоль, сэр? – Та же официантка и та же улыбка.
Лицо показалось ему знакомым. Быть может, она работала когда-то в «Ричмонде».
– Да, пожалуйста.
Она пошла дальше, а он смотрел ей вслед. Было в ней что-то необычное.
– А почему бы вам не остаться в отеле на несколько дней в качестве моего гостя? – спросил Макстон. – Вы сами увидите, как здесь всё работает. Вам будет легче принять решение.
– В этом нет необходимости, мистер Макстон. Всего один день в качестве гостя – и я уже знаю, как обстоят дела в отеле. Проблема в другом. В том, что я – владелец группы «Ричмонд».
На лице Макстона отразилось крайнее удивление.
– Не знал об этом, – сказал он. – Я думал, что теперь отелями владеет дочь Лероя.
– Это долгая история! – И Авель рассказал, как он стал хозяином группы. – Так что моя проблема очень проста, мистер Макстон. Мне надо найти два миллиона долларов и превратить сеть во что-то приличное.
– Понятно, – сказал Макстон и вопросительно посмотрел на пустую тарелку перед собой. Официант тут же убрал её.
– Хотите кофе? – Та же официантка. То же знакомое лицо. Авель начал нервничать.
– И вы говорите, что Фентон из «Континентал Траст» ищет покупателя от вашего имени, так?
– Да, уже почти месяц. Впрочем, сегодня во второй половине дня я узнаю, были ли его поиски успешными, хотя и не очень на это надеюсь.
– Но всё это чрезвычайно интересно. У меня и в мыслях не было, что группа «Ричмонд» ищет покупателя. Прошу вас проинформировать меня в любом случае.
– Конечно, – пообещал Авель.
– Сколько ещё времени даёт вам бостонский банк на то, чтобы найти два миллиона?
– Всего несколько дней, так что я не задержу вас с ответом на ваше предложение.
– Благодарю вас, – сказал Макстон. – Приятно было познакомиться, мистер Росновский. Я верю, вам понравится у нас. – Он тепло пожал руку Авелю.
– Спасибо, сэр!
По пути к выходу из ресторана Авель прошёл мимо той официантки, и она опять улыбнулась ему. Он подошёл к старшему официанту и спросил, как её имя.
– Извините, сэр, нам не разрешается раскрывать имена наших сотрудников клиентам, это противоречит политике компании. Если у вас есть жалобы, прошу вас рассказать об этом мне, сэр.
– Никаких жалоб! Наоборот, обед был превосходен.
Имея в кармане предложение работы, Авель более спокойно чувствовал себя перед встречей с Кертисом Фентоном. Он почти не сомневался, что банкир не нашёл покупателя, и тем не менее, в банк «Континентал Траст» он заходил уверенной поступью. Ему по душе пришлась идея стать управляющим лучшего отеля в Чикаго. Возможно, ему удастся сделать его лучшим отелем Америки. Когда он вошёл в здание банка, его тут же проводили в кабинет Кертиса Фентона. Высокий худощавый банкир – интересно, он каждый день носит один и тот же костюм или у него три одинаковых? – предложил Авелю сесть, и на его строгом лице появилась широкая улыбка.
– Мистер Росновский, рад видеть вас снова! Если бы вы зашли утром, у меня не было бы для вас никаких новостей, но буквально минуту назад я получил сообщение от заинтересованной стороны.
Сердце Авеля подпрыгнуло от удивления и радости. Он какое-то время молчал, а затем спросил:
– Вы можете сказать мне, кто это?
– Боюсь, что нет. Заинтересованная сторона строго-настрого приказала мне хранить её анонимность, поскольку сделка будет представлять собой частную инвестицию, которая могла бы привести к конфликту интересов с бизнесом его компании.
– Дэвид Макстон, – прошептал Авель еле слышно. – Благослови его Бог…
Кертис Фентон никак не отреагировал и продолжил:
– Я же сказал, мистер Росновский, я не могу…
– Всё нормально, всё нормально, – сказал Авель. – Как вы думаете, сколько времени понадобится, чтобы узнать, каковы предложения этого джентльмена и что он решил?
– Ну, сейчас я ничего не могу сказать, но, может быть, к понедельнику у меня будут известия для вас, так что, если вы случайно будете проходить мимо…
– Случайно проходить мимо? – удивился Авель. – Вы же решаете вопрос всей моей жизни.
– Ну, тогда давайте назначим точное время встречи утром в понедельник.
Авель пошёл назад в «Стивенс» по Мичиган-авеню. Начинало моросить, и он вдруг понял, что мурлычет модную песенку «Поющий под дождём». Он поднялся на лифте в свой номер, позвонил Уильяму Каину и попросил его об отсрочке до следующего понедельника, сказав, что нашёл покупателя. Каин с неохотой согласился.
– Вот сволочь! – повторил Авель несколько раз, повесив трубку. – Ну погоди немного, Каин! Ты ещё пожалеешь, что убил Дэвиса Лероя!
Авель сел на кровать, барабаня пальцами по дереву изголовья и размышляя о том, как ему провести время, оставшееся до понедельника. Он спустился в холл отеля. И опять эта девушка была там, теперь подавая чай в Тропическом саду. Любопытство Авеля взяло верх, он зашёл в зал и сел в дальнем углу. Она подошла к нему.
– Добрый день, сэр. Не хотите ли чаю?
– А ведь мы знакомы, не так ли? – спросил Авель.
– Да, Владек, знакомы.
Авель вздрогнул при упоминании этого имени и слегка покраснел. Он вспомнил, что её короткие светлые волосы когда-то были длинными и мягкими, а прикрытые глаза манили к себе.
– Ты Софья. Мы приплыли в Америку на одном корабле. Конечно же, ты ведь поехала в Чикаго. Что ты тут делаешь?
– Как видишь, я тут работаю. Хочешь чаю?
– Поужинаем вечером вместе?
– Не могу, Владек. Нам не разрешают встречаться с клиентами. Иначе нас тут же уволят.
– Но я не клиент, – возразил Авель. – Я старый друг…
– …который собирался приехать ко мне в Чикаго, как только устроится на новом месте, а когда приехал сюда, то и не вспомнил, что я здесь, – прибавила Софья.
– Всё так, всё так. Прости меня, Софья. Давай поужинаем вместе сегодня вечером. Ну хотя бы раз, – попросил Авель.
– Ну если только раз… – повторила она за ним.
– Встретимся в «Брангэйде» в семь. Тебе удобно?
Софья покраснела, услышав название. Это был один из самых богатых ресторанов в Чикаго, и она испытывала дрожь при мысли о том, чтобы работать там, не говоря уже о том, чтобы пойти туда в качестве гостя.
– Нет, давай найдём место поскромнее, Владек.
– Хорошо, где?
– Ты знаешь сосисочную на углу Сорок третьей улицы?
– Нет, не знаю, – признался он, – но я найду. В семь часов.
– В семь часов, Владек. Я буду рада. Кстати, а чаю не хочешь?
– Нет, спасибо, эту чашку я пропущу.
Софья улыбнулась и пошла дальше. Он несколько минут наблюдал за тем, как она подаёт чай. Она была гораздо красивее, чем образ в его памяти. Что ж, убивание времени до понедельника может оказаться не таким уж плохим занятием.
Сосисочная пробудила в нём самые тяжёлые воспоминания о его первых днях в Америке. В ожидании Софьи он потягивал лимонад и с профессиональным неодобрением наблюдал за тем, как официанты небрежно швыряли тарелки на столы. Он так и не смог определить, что именно ему не нравилось больше – обслуживание или кухня. Софья опоздала почти на двадцать минут, но вот она появилась в дверях, нарядная, в жёлтом платье с иголочки, коротком – по последней моде, и сразу было видно, насколько привлекательнее стала её фигура по сравнению с прежней худобой. Её серые глаза обшарили зал в поисках Владека, и розовые щёчки покраснели, когда она заметила, сколько мужских глаз на неё уставилось.
  
– Добрый вечер, Владек, – сказала она по-польски.